Пожар сердца
Доун так стремительно кружилась в объятиях Джека, что лица стоявших вокруг людей казались расплывчатыми пятнами. Когда прозвучал последний аккорд, она повисла на Джеке, чтобы не упасть.
– Это было чудесно, – проговорила она, задыхаясь. – Я пережила самый лучший момент за весь вечер!
К ним подошел Деннис.
– Вы устроили настоящее представление! Как ты, дорогая? – заботливо спросил он жену.
– Я на седьмом небе!
Она взяла обоих мужчин под руки, и все трое ушли с танцевального круга.
– Мы с вами – три мушкетера! – весело воскликнула она. – Во всяком случае, будем ими, когда поплывем в Индию.
Деннис улыбнулся несколько уныло.
– У тебя удивленный вид, Джек, – сказал он. – Разве мистер Робертс не сообщил тебе, что мы с Доун поедем в Азию вместе с тобой и Пигом? Мы будем вести конторскую работу в нашем новом филиале.
– Нет, он мне ничего не говорил, – пробормотал Джек, оправившись от первого потрясения.
– Ты как будто не рад? – спросила Доун.
– Дело не в этом, мисс Робертс. Просто я думал, что вы с мужем, вернувшись из свадебного путешествия, займетесь обустройством дома. Судя по тому, что я слышал и читал, Индия – это не американский Чикаго. Там водятся змеи, ядовитые насекомые и дикие звери, а знойная жара чередуется с проливными дождями.
– Не волнуйся, как-нибудь выживем. Ладно, нам с Деннисом пора. – Она пожала руку Джеку. – Приедем через месяц. А пока – auf Wiedersehen. Посмотри в своем немецком словаре, что это значит.
– Мне не надо этого делать, мисс… – Он осекся и растерянно заморгал.
Доун засмеялась:
– Ты ведь уже называл меня по имени. Неужели так трудно привыкнуть?
– Я хотел сказать, миссис Прайс, – робко произнес он.
– Я и сам еще не привык, старина. – Деннис похлопал его по плечу.
– Так что ты хотел сказать? Чего тебе не надо делать? – вернулась Доун к прерванной теме.
– Смотреть в словаре, что значит auf Wiedersehen. Это значит «до свидания».
Джек смотрел вслед новобрачным, выходившим из залы. Сзади к нему подошел Пиг.
– А ты молодец, приятель, здорово сплясал!
– Да… – рассеянно протянул Джек. Вдруг на его лице появилось решительное выражение. – Пиг, давай-ка уйдем отсюда, махнем на Ривер-стрит, напьемся и погуляем!
– Самое время! – радостно подхватил Пиг. – Я сейчас удушусь в этом крахмальном воротничке и галстуке!
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава 1
Клипер «Золотое облако» был длинным и узким как стрела: при длине двести сорок пять футов от носа до кормы он имел в ширину всего тридцать пять футов. Корпус был выкрашен черной краской с золотым ободком под самыми поручнями. Палубы были надраены до белизны, как делалось перед каждым новым отплытием, а в металлических деталях можно было увидеть свое отражение. Бушприт украшала скульптура – торс обнаженной женщины, вырезанный из полированного тика. Ветра гавани Сан-Франциско раздували висевший на корме звездно-полосатый флаг.
На самой высокой мачте «Золотого облака» развевался вымпел владельца судна – компании «Робертс ламбер», на котором были изображены скрещенные топор лесоруба и багор сплавщика.
– Какой красивый корабль, правда, Деннис? – восхищенно воскликнула Доун, идя по причалу под руку с мужем.
– Великолепный! Настоящий властелин морей. Это очень быстроходное судно, а скорость – деньги. Клиперы способны обойти полсвета с товарами на борту, затрачивая в два раза меньше времени, чем грузовые суда. Если они везут продовольствие, то доставляют его свежим.
Они подошли к подножию трапа, и Деннис крикнул двум офицерам, стоявшим на палубе:
– Мы Прайсы. Полагаю, нас ждут.
Мужчины вытянулись по струнке. Это были высокие стройные молодые люди в тщательно отутюженных темных форменных костюмах, белых рубашках, черных галстуках и черных лакированных ботинках.
– Пожалуйста, поднимайтесь на борт, мистер и миссис Прайс, – сказал тот, что пониже.
По числу золотых нашивок на его рукаве Доун догадалась, что это первый помощник капитана. Когда они ступили на палубу, ее догадка подтвердилась.
Оба мужчины отдали честь, и тот, что поменьше ростом, представился:
– Я Делано, первый помощник капитана. А это мистер Ласситер, второй помощник капитана. Мистер Робертс сейчас с капитаном и миссис Грешам в их помещении. Пожалуйста, проходите сюда.
– Ты слышала, что он сказал? Миссис Грешам! – удивился Деннис.
– Как я понимаю, капитан клипера – человек особой породы. Он обладает особыми привилегиями.
Когда они вошли в помещение капитана, Доун поняла, что «особые привилегии» еще слабо сказано. Убранство было поистине роскошным. Жилые каюты, предназначенные для капитана и его жены, состояли из просторной спальни и гостиной, обшитой палисандром и красным деревом. Здесь были встроенные в стены мягкие скамьи, разнообразные кресла и диван. Больше всего Доун поразило маленькое изящное пианино в углу.
Капитан Грант Грешам оказался молодым и красивым. Темноволосый, смуглый и кареглазый, он был сложен атлетически. Лицо его с усами-щеточкой выглядело суровым. Жена капитана Тереза, приятная брюнетка с веселыми голубыми глазами, была в довольно заметном «интересном положении», по деликатному выражению ее мужа.
Доун села рядом с ней на диван, а Деннис и Робертс отошли вместе с капитаном Грешамом к маленькому, но хорошо укомплектованному бару возле пианино.
– Мне осталось ходить еще два месяца, – доверительно сообщила Тереза.
Доун быстро прикинула.
– Значит, вы будете рожать в море.
Тереза улыбнулась.
– Это обычное дело, миссис Прайс. Стоун, наш корабельный врач, опытный специалист. Он уже не раз принимал роды в море.
– Это ваш первый ребенок?
– Да, мы с Грантом женаты три года, но детей еще не было.
– Как замечательно! И все эти три года вы сопровождали его в плаваниях?
– Конечно. Мы с ним неразлучны. Будучи еще первым помощником, Грант служил под началом капитана, который в буквальном смысле вырастил семью из троих детей на борту своих кораблей.
– Я невольно обратила внимание на то, как молод ваш муж. И его помощники тоже. Мне всегда казалось, что капитаны должны быть эдакими старыми морскими волками, седыми и бородатыми.
Тереза засмеялась и сказала с оттенком гордости:
– Капитаны клиперов – люди особой породы. С того момента, как они еще юношами вступают на борт корабля, ими овладевает одна всепоглощающая мечта: в один прекрасный день сделаться капитаном. Им надо быть сильными, напористыми и суровыми. Многие из них склонны к жестокости. Должна сказать, что Грант – первоклассный капитан. На всех судах, где ему приходилось командовать, он был безраздельным властелином, однако обходился без жестокости. – Улыбаясь, она продолжала с воодушевлением: – Весь экипаж клипера – от первого помощника капитана до простого матроса – отличные моряки. Как правило, моряки уважают капитанов, но редко любят. Люди Гранта любят его. Они считают своего камандира опытным мореходом, способным вывести судно на предельную скорость, укрепив такелаж и добавив парусов. Зато и вся команда готова служить на клипере с упорством и преданностью до тех пор, пока его корпус не рассыплется. – На бледных щеках Терезы заиграл румянец. – Прошу прощения, миссис Прайс. У меня есть дурная привычка: когда речь заходит о моем муже, я не могу остановиться.
– И это понятно. Он замечательный человек.
Доун никогда не думала, что морской капитан может быть таким щеголем. На Грешаме были безупречно сшитый синий фрак и плотно облегающие светло-серые брюки. Сверкающую парчу его жилета пересекала тяжелая золотая цепочка часов. Над столом, заваленным картами, секстантами и другими навигационными приборами, висела элегантная касторовая шляпа с высокой тульей.
Поощренная явным интересом Доун, Тереза продолжала:
– В плохую погоду Грант по трое суток находится за штурвалом. Сосульки застывают у него на усах и ресницах, он ест одни сухари, запивая их холодным кофе. Но в начале плавания, когда море спокойно и все идет своим чередом, он поручает управление судном помощникам. Грант редко вмешивается в решения подчиненных – только если находит их явно ошибочными.