Пожар сердца

– Запомни на будущее, дикарь проклятый: к приличным дамам надо относиться с уважением. Если ты когда-нибудь при мне произнесешь имя мисс Робертс, я намну тебе бока!
Фурнье смахнул слезы, градом катившиеся по щекам, и взглянул на него налитыми кровью глазами.
– Грязная свинья! – взревел он и в безумной ярости бросился на Джека.
Оба покатились по усыпанному опилками полу барака, сцепившись, как два медведя. Фурнье был короче Джека, но тяжелее его фунтов на тридцать – сорок, что давало ему преимущество в тесной рукопашной схватке. Наконец Джеку удалось вырваться и встать на колени. Он уже размахнулся для удара, но в этот момент Фурнье со всей силы пнул его сапогом в грудь. Джек повалился на спину, а француз, точно бешеный зверь, запрыгнул на него сверху.
  
Стон прошел по рядам болельщиков Джека, когда Фурнье сомкнул на его шее свои гигантские ручищи. Джек вскидывал ноги, извивался и молотил противника по голове обеими руками, но все его удары отскакивали от гранитного черепа как мячики.
Мощные пальцы крепче сдавили горло Джека, и его красное лицо сделалось иссиня-багровым. Сквозь окутавшую его пелену тумана Джек заметил, что соперник уперся сапогом в узкую скамью, стоявшую сзади. Собрав слабеющие силы, он двинул ногой по лодыжке Фурнье. Длинные стальные шипы проткнули толстую кожу сапога и уперлись в кость.
Француз отпустил горло Джека и вскинулся кверху, точно кошка, которой наступили на хвост. Джек выкатился из-под него, судорожно хватая ртом воздух, вскочил с пола и метнулся в сторону, пока Фурнье не бросился на него с кулаками. Прежде чем снова вступить в драку, надо было отдышаться.
Теперь Фурнье пустил в ход свое секретное оружие – голову. Пригнувшись, он помчался на Джека, как бык на матадора. Джек проворно отступил в сторону, и Фурнье врезался в трехъярусную койку. Койка рассыпалась как карточный домик. Француз потряс головой, смахивая щепки, развернулся и опять понесся на Джека. Тот снова увернулся и, когда Фурнье пробегал мимо, двинул его кулаком под дых.
Воздух вылетел из легких великана с таким звуком, будто сдулись кузнечные мехи. Спотыкаясь, он попятился назад и ухватился за другую койку, чтобы не упасть. Но Джек не дал ему очухаться. Подскочив вплотную, он принялся молотить его обеими руками в живот. Ноги Фурнье подкосились, и он рухнул на пол.
Джек перевернул поверженного противника на спину, сел на него верхом и, схватив с пола горсть опилок, запихал их в открытый рот француза.
– Учти, Фурнье, – сказал он, – ты будешь есть эти макароны до тех пор, пока не извинишься за свои слова о мисс Робертс. Ты меня понял?
Фурнье замычал и отчаянно закивал.
– Отлично.
Джек поднялся и встал над ним.
Фурнье сел, выплюнул изо рта опилки, отдышался и поднял глаза на Сильвера Джека, обеими руками держась за раздираемый болью живот.
– Ну ты даешь, Макхью! Однажды меня лягнул в живот мул и сломал себе ногу. Меня еще никогда в жизни не били так сильно.
Джек подошел к своей койке, достал из-под матраса бутылку крепкого тоника и вернулся к Фурнье.
– На, хлебни, француз, – предложил он, протягивая бутылку, – полегчает!
Фурнье сделал большой глоток и чуть не поперхнулся.
– Это пойло будет покрепче, чем ты! – Он вытер рот и поднялся на ноги.
– А теперь извиняйся, – потребовал Джек.
Фурнье повесил голову.
– Я прошу прощения за то, что сказал неправду о тебе и мисс Робертс. Извини меня, пожалуйста!
Спустя несколько дней Доун пришла к Деннису Прайсу в его коттедж. Они долго занимались любовью, а потом лежали в постели, обессиленные, и Деннис спросил:
– Скажи, ты слышала о большой драке между Сильвером Джеком и Фурнье?
– Нет, а почему я должна была об этом слышать?
– Ну, все-таки они дрались из-за тебя.
– Из-за меня? – Она удивленно вскинула брови. – Не может быть!
– Да, правда. Фурнье вроде бы сказал про тебя что-то непристойное, и Джек его чуть не убил.
– Я ничего не знаю! Интересно, что же сказал Фурнье?
– Он намекнул на то, что Сильвер Джек имеет на тебя виды.
Доун расхохоталась:
– Сильвер Джек имеет на меня виды? Какая неслыханная глупость! Да бедняга ни разу даже пальцем до меня не дотронулся.
– А меня это не удивляет. В конце концов, ты создала нового Сильвера Джека Макхью из крепкой и бесчувственной сосновой болванки. А мужчины боготворят своих создателей.
Позже, когда они с Деннисом вновь занялись любовью, Доун невольно представила своим партнером Сильвера Джека Макхью. Фантазия шептала ей, что это его руки ласкают ее груди и ягодицы, что это его рот нежно касается ее пупка и раскаленной бездны между бедрами, что это она оседлала его, а твердая плоть Джека раздвигает ее жаждущее лоно и входит в нее. При первых восторженных содроганиях она с упоением стала ритмично вбирать в себя живительные соки Сильвера Джека Макхью.
 
Глава 6
В конце семидесятых и начале восьмидесятых годов поля и леса Висконсина, Айовы, Миннесоты, Иллинойса, Индианы, Мичигана и Дакоты подверглись жестокой засухе. Пожары вспыхивали ежедневно, давая работу усердным дозорным и энергичным пожарным командам, состоявшим в основном из добровольцев-лесорубов. Но самым страшным было то, что лишенные воды болотные земли постоянно вырабатывали метан. Нередко огненные клубы воспламенившегося газа взмывали высоко в атмосферу и, пролетев двадцать – тридцать миль, падали с неба на обреченные города и поселки.
В начале октября 1882 года Сильвер Джек возглавлял бригаду лесорубов-высотников, которые лазили по деревьям и срезали верхушки вокруг предложенных зимних вырубок. Перед самым перерывом на ленч прискакала Доун верхом на Дасти.
– Джек, папа получил донесение из лагеря Джо Маккены. Один лесоруб-высотник заметил дым на северо-западном участке. Мы намного ближе, к тому же на возвышенности.
Джек хотел кричать лесорубам, сидевшим на верхушках деревьев, но потом передумал.
– Лучше я сам посмотрю.
Он полез на большую ель. Доун встревоженно следила за ним снизу.
– Господи, только не пожар! – бормотала она.
Джек нашел на дереве самую удобную обзорную позицию и оттуда внимательно оглядел северо-западный участок леса, сощурив глаза и приставив руку козырьком ко лбу.
– Не знаю, – наконец сказал он. – Петерсон, что ты думаешь? – крикнул он верхолазу, работавшему прямо под ним. – Поднимайся сюда!
Лесоруб залез наверх к Джеку и посмотрел в направлении его вытянутой руки.
– Не знаю, Джек. Похоже на мерцающие волны знойного воздуха.
– Возможно, но надо проверить. Вы, парни, доделывайте здесь, а я вернусь в лагерь, возьму свободных ребят и поеду туда.
Джек спустился с дерева и рассказал Доун о своем решении. Она одобрила его и похлопала по седлу позади себя.
– Садись, подброшу тебя в лагерь. Это будет гораздо быстрее, чем ехать в фургоне-буфете.
– Ты права. – Он легко запрыгнул в седло и уселся у нее за спиной. – Хорошо, что твой мерин большой и крепкий. Даже не прогнулся подо мной.
Доун похлопала Дасти по боку, и они поскакали галопом по утоптанной тропинке, ведущей в лагерь лесорубов. Прибыв на место, они тут же направились в контору посоветоваться с Уолтером Робертсом.
– Ты прав, Джек, нам нельзя рисковать. Пусть вероятность пожара мала, все-таки надо проверить. Собирай команду. Если окажется, что это пожар, ни один человек не будет лишним. А ты, Доун, возьми людей и загружай фургон.
Деннис Прайс, сидевший в углу над бухгалтерскими книгами, встал.
– Я хотел бы помочь, – произнес он.
Уолт, Доун и Джек растерянно переглянулись.
Деннис вспыхнул и сказал оскорбленным тоном:
– В чем дело, Макхью? Думаешь, я слабак и не смогу работать в твоей команде?
Холодные голубые глаза Сильвера Джека жестко впились в глаза Прайса.
– Ты слышал, что говорил Уолт: ни один человек не будет лишним.
Через пятнадцать минут конный фургон с десятком пожарных, в том числе и с Деннисом, и комплектом противопожарного инвентаря, громыхая, катил по тропе на северо-запад. Доун с отцом скакали рядом верхом. В ногах пассажиров кучей лежали лопаты с длинными рукоятями, пеньковые мешки, резиновые биты для сбивания пламени, мотыги и топоры.