Фею не драконить! (СИ)

Лысая по моей вине нечисть оказалась не готова к столь радикальной смене места обитания. Все же в Клайдберрисе очень теплый и мягкий климат. А уж в зачарованном месте, где обитают амазонки, даже воздух горячий. И вдруг мы перепрыгнули оттуда в Эстарин. Здесь и летом не бывает сильной жары, а зимой вообще снега и морозы.
Надо горгулье найти мои детские шерстяные и меховые вещички. Немного переделаю их волшебной палочкой. Не хотелось бы, чтобы моя питомица простыла.
Почувствовав мой взгляд, нечисть встрепенулась, нашла меня глазами и помахала лапкой. Я помахала в ответ и жестом поманила всю компанию в дом. Пора обедать и решать, что делать дальше.
Но сначала — одежда.
— Зараза, пойдем, я выдам тебе свитер, — с порога обратилась я к горгулье, стоило им всем войти в холл.
Мы с Ирденом уже спустились туда и поджидали.
— Не хотю свител! Я зе девотька!
— А сопли хочешь? — спросила я.
Горгулья аж подавилась следующей фразой, которую собралась произнести.
— Мине — сопли? Ни хатю! Ты тиво, Клалотька?
— Тогда пойдем искать свитерок и штанишки. И меховую одежду.
— Меховую? Мне? Я буду мохнатая?
На морде нечисти нарисовалось совершенно неописуемое выражение. Она ошарашенно посмотрела на Ирдена. Тот кивнул. Тогда она перевела взгляд на державшего ее Жана-Луи, словно не веря в сам факт того, что я предложила горгулье натянуть на себя мех.
— Зараза, у нас холодно. Сестра права. У тебя платьишко очень красивое, но уже сейчас ты в нем замерзла, и тебя пришлось в шаль укутывать. А к вечеру, как солнце спрячется, станет прохладнее.
— Иссе плохладнее? — огорчилась та.
— Да. Без куртки или шерстяного пиджака не походишь. Вот увидишь, Клара тоже оденется теплее, хотя она местная и привычная к этому климату. А ты теплолюбивая нежная девочка. Надо свитерок. Будет очень обидно, если ты простынешь.
— Но я зе голгулья! Я зе леликтовая!
— А у реликтовых не бывает насморка и кашля? — с исследовательским интересом спросил Леандр.
Мой средний брат ревниво наблюдал за тем, как зацапал смешную гостью Жан-Луи. Пока не отбирал, но, думаю, скоро его терпение закончится и горгулью будут тягать с рук на руки. Это если папа ее у них обоих не отнимет. Видела я его взгляд, когда мы сюда все перенеслись.
Нечсить насупилась. Зачем-то выпростала из-под шали одну заднюю лапу, вытянула ее вперед и растопырила пальчики. Пошевелила ими. Вздохнула.
Мы все молчали, не мешая ей принимать неизбежное. И в этот момент чихнул и шмыгнул носом Джерзог.
— Тиво, зеененький, сопли? — грустно спросила моя питомица.
Парень смущенно улыбнулся и пожал плечами.
— Лядно узь. Согласна я на мехове и сельстяное. Но сьтобы класиво. И пусть будут видны бласлетики.
— Лети ко мне, я покажу свою комнату и поищем теплую одежду, — с улыбкой протянула я к ней руки.
— Сюмасасла? — возмутилась она. — Я зе замелзну. Неси меня! — скомандовала она моему брату.
— Я отнесу! — Как и я предполагала, Леандр не утерпел и забрал с рук Жана-Луи смешную гостью.
— Вождь! У нас вопросы, — мрачно вклинился в беседу Волилек.
— Ширкуг остался у амазонок. Димордул отправлен мною к шаману, — не дожидаясь вопросов, ответила я.
— Вождь, так нельзя. Мы твоя охрана. Мы орки! — Он хмуро глянул на Ирдена.
— Я отвечаю за все племя, — невозмутимо ответила. — Даже за тех его членов, которые при мне в других краях. Мои орки должны размножаться. Вы должны пополнить племя детьми. До тех пор я не разрешаю вам становиться бесплодными.
У орков лица вытянулись. Такого ответа они явно не ожидали. И не только они. Мои братцы фыркнули смешками, а Ирден хмыкнул.
— Не ласстлаивайтесь, зеененькие. Я вам потом все лассказу, тиво у амозонек было. Но Клалотька плава, вы снатяла долзны лодить маеньких стласненьких зеененьких олтят. Лутьсе стуськи по тли или тетыле. Они будуть моими пазя́ми.
— Кем-кем? — не понял Леандр. — Пазями? Что это?
— Пажами, — догадалась я по смыслу. — Зараза, ты горгулья, а не королева. Зачем тебе пажи?
— Плосто так, — пожала она плечиками. Замерла вдруг, скорчила страшную мордочку и громко чихнула.
  
— Будь здорова, — сказал ей вежливо Жан-Луи.
— Бозитьки… — ошарашено вытаращилась она. — У миня сейтяс натьнуться сопли… Клала, немедлення неси миня утеплять!
Следующий час мы бурно развлекались, создавая теплый гардероб для горгульи из моих детских вещей. Впрочем, не только моих. Жан-Луи, как самый юный член нашей компании, тоже принял участие, пожертвовав кое-что из чего давным-давно вырос, но что завалялось в его гардеробной. Кстати, недосмотр прислуги. Надо сказать папе, что зомби не всегда справляются со своими обязанностями и не мешало бы увеличить штат живой прислуги.
Было весело. Мы нахохотались до слез, пока Зараза ворчала, страдала, бурчала или валяла дурака в вещах, слишком теплых для нее, обитавшей всю жизнь в мягком климате. Ну а что еще делать, если нас от амазонок выгнали, в серьезных событиях участвовать не дают, еды пока тоже не дают. Кухня оказалась в шоке от внезапного наплыва гостей столь разных рас. А учитывая, что понаехавшие драконы и орки гады… простите, мужики… прожорливые, то и мясных блюд пришлось готовить в разы больше, чем в обычное время.
Наконец, гардероб для нечисти был создан. Несколько кардиганов с высоким горлом, удобными рукавами, пуговицами по пузику и с разрезами для крыльев на спине. Теплые штанишки с дыркой для хвоста. Тут, правда, возникла заминка. Зараза села, взяла свой хвостик в лапы и задумчиво на него уставилась.
— Что не так, лапушка? — спросил ее Ирден.
— Хвость. А если замелзнет?
— Сделать отдельный чехол? На завязочках?
Горгулья всерьез об этом размышляла перед зеркалом, поворачиваясь к нему то передом, то задом.
— Да ну не-е-е-е, — протянула она наконец. — Тиво я, клылатая койбася, сьто ли? Нихатю в тихол.
Было очень трудно не смеяться, потому что воображение упорно рисовало крылатую колбасу в виде горгульи, засунутой в чехол. Судя по дергающимся губам моих братьев, орков и дракона, не мне одной.
Но свитера свитерами, а пламенной любовью Зараза воспылала к меховой шубейке, которую я ей сотворила из своего детского полушубка. Внутри белый стриженный овечий мех, а сверху изумрудного цвета парча. Воротник-стоечка, манжеты, золотые пуговицы. Это была любовь с первого взгляда и с первой примерки, еще в нормальном человеческом размере. А уж когда я подогнала все для нее… Разрезы для крыльев, застежка на пузе, расклешенные полы, прикрывающие толстую попу.
На обед горгулья всерьез собралась идти именно в этом наряде. И лишь наши уверения, что сейчас ей будет жарко, остановили Заразу. Но она так сильно расстроилась, что пришлось срочно сделать ей еще одну меховую одежку — жилет. На пузе он прихватывался всего на одну пуговку, был недлинный, а достаточно свободная пройма для рукавов и разрезы для крыльев делали его уютным, но не слишком теплым.
В столовую нечисть, одетая в этот меховой жилет и пышные панталончики из шерстяного сукна, отправилась своим ходом. Точнее, ходом поочередно всех мужчин. Ей так хотелось продемонстрировать свои новые наряды, что она прокатилась и на плече Ирдена, и на шее Леандра, и на голове Джерзога. К этому молодому орку она испытывала особенную слабость еще со времен их феерического знакомства и забега по Берриусу.
— Дамы, — приветливо кивнул папа, когда мы зашли в столовую. — Клара, детка, сядешь рядом со мной на мамино место? Я соскучился. Зараза, — перевел он взгляд на нечисть. — Тебе очень идут меха. Приглашаю тебя за стол, садись рядом с Клариссой.
Собрались к ужину и все гости, и оставшиеся члены семьи Монк.
Кроме Заразы и меня, остальные расселись кто куда. Орки здесь уже трапезничали, им особо приглашение не требовалось. Папа проявил дипломатичность и позволил простым степнякам и моим телохранителям есть с аристократами за одним столом. Вероятно, пока не определился, как воспринимать членов племени, где вождем стала его дочь.