Раздвоение соседки (СИ)
- Кстати, не хочешь пострелять?
- Чего?
- Мы с друзьями стрелковый клуб недавно открыли. Лазертаг, пейнтбол, тир, стрельбище.
- Прикольно.
- Ну так что? Умеешь держать в руках винтовку? Или пистолет?
- Я что, похожа на тайного киллера?
- Это круто, поверь мне. Отличный способ сбросить напряжение.
Чего-чего, а напряжения у меня хватает. Я вся – одни сплошной натянутый нерв! Но усложнять ситуацию общением с Богданом, пожалуй, не стоит.
- Верю. Может, как-нибудь...
- Отшиваешь меня?
А он очень догадливый.
- Вроде того.
- Все мысли – об этом перце, который зовет тебя Анфисой?
- Ага, - вздохнула я.
- Ладно, понял. Но я не прощаюсь. И предложение пострелять – в силе. Звони, чисто по-дружески. И помни – я не страшный.
Я рассмеялась. И мне захотелось немедленно встретиться с Богданом и расстрелять какую-нибудь мишень. По-дружески.
С ним так легко и просто. Не надо притворяться, можно говорить все, что взбредет в голову. Я так устала от собственных интриг и притворства! И очень хочу как-нибудь разрулить совершенно запутавшуюся ситуацию.
В первый раз Гоша позвонил Анфисе вчера вечером. Она не ответила. Он позвонил еще раз, через час. Она снова его проигнорировала. Не сбросила звонок, а просто не взяла трубку.
Я не могла заставить себя ответить. Я была в апатии. Мне ничего не хотелось, особенно – продолжать эту затянувшуюся игру. Не было сил. Меня одолело желание снова провалиться в депрессию, смотреть сериалы, переживать за героев, отправив собственную жизнь на свалку. Там ей самое место.
Нет, ну а что это за жизнь?!
Гоша возобновил звонки с утра, когда я была на работе. Апатия отступила, я с увлечением занималась сайтом, обсуждая детали с Егором. Естественно, я не могла ответить своему соседу. Чтобы натурально сыграть Анфису, мне нужно настроиться и уединиться. Я не могу изображать свою стервозную сестру при слушателях!
Я выключила звук телефона и убрала его в сумку. Извлекая его оттуда время от времени, я видела, что количество непринятых звонков увеличивается. Да что ему неймется?! Три дня не звонил, а теперь не может остановиться! Припекло ему, видите ли.
Видимо, припекло серьезно, потому что перед самым обеденным перерывом Гоша заявился ко мне в редакцию. Я увидела, как он входит, и бросилась в туалет. Не прятаться, это невозможно, меня сейчас начнут искать всей редакцией. Я просто хотела стереть красную помаду. И снять очки. Избавиться от шпилек я, к сожалению, не могла - кроссовки остались в машине.
Да, сегодня я опять пришла на работу в стервозном прикиде, знала, что противостояние с Милой продолжается, и мне необходимо быть наготове. Но все же я умеренная стерва: на мне черная юбка, не особо узкая и сексуальная, обычная белая блузка и бежевые туфли, а не те красно-черные монстры. С разлохмаченными волосами, без макияжа и очков я вполне могу сойти за Нику. Наверное...
Смыть ярко-красную помаду без специальных средств оказалось не так-то просто. Мне пришлось намыливать губы мылом и тереть салфетками. И теперь я похожа на мартышку, потому кожа вокруг губ покраснела. Черт! Как я покажусь Гоше в таком виде? А он уже, наверное, меня обыскался. Расспросил всех, и сейчас кто-нибудь из коллег обнаружит меня в дамской комнате.
У меня в сумочке есть пудра. Вот бы пробраться к своему рабочему месту незамеченной... Я выскользнула из уборной и, выглянув из коридорчика, попыталась оценить обстановку.
И тут я увидела такое, от чего у меня в груди взорвалась атомная бомба.
Гоша был с Милой. Я видела его сквозь распахнутую дверь ее кабинета. Он сидел на ее столе, она стояла напротив и что-то ему говорила, томно улыбаясь.
Внезапно они пропали из моего поля зрения. Их загородила чья-то спина. Кто-то вошел в кабинет. Похоже, это Настя из рекламного отдела. Оказывается, она принесла кофе. Надо же, Мила гоняет за кофе своих любимых рекламщиков! Совсем озверела.
Мила взяла кофе у Насти и поставила его на стол рядом с Гошей. Она знает, что он любит горький эспрессо без сахара. Они же когда-то встречались... А я об этом совсем забыла.
Я не знаю, что у них была за история. Может, они знакомы давно. Может... Да как он может?!
Неужели он пришел к ней? Не могу в это поверить. Анфиса не отвечает, и он решил утешиться в объятиях другой стервозной красотки? Вот кобелина!
Гоша взял в руки чашку, отхлебнул. Настя вышла, закрыв за собой дверь. Судя по выражению ее лица, она была не в восторге от роли официантки. Я же просто в ярости от происходящего!
Я вернулась на свое место, рухнула в кресло и порадовалась, что Егор уже ушел на обед, а Ольга сегодня вообще не пришла – заболела. Достав пудру и зеркальце, я привела лицо в порядок. Пусть он пришел к Миле, это не значит, что я должна ходить мартышкой... Хотя вообще я зря стерла помаду. Вряд ли он ко мне заглянет.
Работать у меня не получалось, я не могла унять бешено колотящееся сердце, собрать мысли в кучу и сосредоточиться. Весь этот макет... он совершенно дурацкий! А я – полная бездарность. Делаю какую-то ерунду. Даже журналы двадцатилетней давности выглядят лучше, чем то, что создаю я!
Тут меня осенила одна идея, и я решила достать какой-нибудь из старых журналов, что пылились на полках позади меня. Я встала, дотянулась до стопки, ухватила один... вся стопка рухнула вниз, прямо на меня.
Я громко чихнула, потом еще раз... наконец, облако пыли, окутавшее меня, улеглось. Да что за день сегодня такой?! В раздражении, я пнула стопку журналов, а потом все же решила их собрать.
- В первый момент я подумал, ты Анфиса, - услышала я голос за спиной.
- Что?
Я резко обернулась, каблуки скользнули по глянцевой бумаге, и я потеряла равновесие. Нет, только не это! Я не хочу падать! Я изо всех сил махала руками, пытаясь удержать равновесие, но мне это не удалось. Гоше тоже не удалось меня поймать, хотя он старался. Его попытка вполне могла увенчаться успехом, если бы я не врезала ему ладонью по лицу, попав куда-то в район глаза.
Через секунду я лежала на полу, раскорячившись в позе морской звезды, а Гоша стоял надо мной, держась за пострадавший глаз.
- Извини, - произнесла я, и попыталась принять боле пристойную позицию.
- Сам виноват, - отозвался Гоша. – Напугал тебя.
Он шагнул ко мне, наклонился, ухватил меня за руки и резким движением перевел в вертикальное положение. По инерции я завалилась на него и он меня обнял... Ну, или просто удержал на месте. Одну очень долгую и очень приятную секунду его руки покоились на моей талии. А потом он усадил на стул.
- С тобой все в порядке? – поинтересовался мой сногсшибательный сосед, заглядывая мне в глаза.
- Вроде, да. А с тобой? Я тебе в глаз заехала.
- Это было неожиданно, - улыбнулся он.
- Так же, как твое появление.
- Вообще-то я уже пару минут тут стою.
Вот как? С какого момента он за мной наблюдал, интересно? И почему я его не заметила?
- Увидел тебя со спины и на секунду принял за Анфису, - пояснил Гоша.
- Я не Анфиса, - брякнула я.
- Я вижу. Раньше я не замечал, что вы так сильно похожи.
И он внимательно уставился на меня. Слишком внимательно и пристально. Я поежилась и отвела глаза. На мне нет маминых очков, мне трудно выдерживать его пронзительный завораживающий взгляд.
- Глаза почти такие же, - медленно произнес Гоша. – И губы... такой же формы. И фигура.
- Я не Анфиса!
- Да вижу я! Как только ты обрушила журналы и начала чихать, я сразу понял, что ты Ника. Даже до того, как ты обернулась!
Ну, конечно, Ника. Смешная неудачница, которая все роняет и спотыкается на ровном месте, чтобы упасть в его объятия.
До разоблачения еще далеко. Можно радоваться. Но мне, почему-то, совсем не радостно.
- Я звоню Анфисе уже второй день, - сообщил Гоша. – Она не берет трубку.
Я закатила глаза. Он снова жалуется мне на нее!
- Ну и?
- Да я просто разволновался. Не случилось ли чего...