Спасение Лоусона (ЛП)

— Он пытался проверить размер моей рубашки.
— Он был слишком близко.
— Это был просто консультант в магазине!
— Он лапал твою грудь.
— Он был геем!
— В то время нет.
Она шлёпнула меня по груди, её лицо покраснело от смеха. Боже, она заставила моё сердце взорваться. Эта девушка обвела меня вокруг пальца. Я придвинулся к ней чуть ближе и осыпал её лицо поцелуями.
  
— Я знаю, чего ты добиваешься, — пробормотала она мне в губы.
— Да, и чего же?
— Ты пытаешься залезть ко мне в штаны.
— Да?
— Я не какая-нибудь шлюха, знаешь ли, — подразнила она.
Я кивнул.
— Ага, ты моя шлюха.
Я обхватил её пышные бедра и прижался к ней. Её дыхание почти сразу же превратилось в быстрые вздохи.
— Видишь, ты как желе в моих руках, — заметил я, с усмешкой пробуя её губы.
— Ты так говоришь, но на самом деле всё наоборот, — ответила она.
Я откинул голову и уставился на неё. Нельзя было отрицать того, что она сказала. Ради неё я готов был пойти хоть на край света.
— Да, — наконец, признал я. — Ты чертовски права, детка. Я таю в твоих руках. Я принадлежу тебе. Ты ведь тоже это знаешь, не так ли?
Она обвила рукой мою шею и крепче прижалась своими губами к моим.
— Знаю, — прошептала она.
Я толкнул её к стойке и провёл рукой вниз по телу Элли, захватывая каждый изгиб, который только мог. Я поглаживал её киску, и она стонала мне в рот. С её губ всегда срывались такие сладкие звуки, заставляя меня мгновенно становится твёрдым. Я просунул руку ей под джинсы и обхватил её ладонями. Мои пальцы скользнули в её уже влажные складки, и она напряглась от вторжения, снова застонав мне в рот, когда я почувствовал, насколько она готова.
Я поцеловал её в шею, сильно посасывая через каждые несколько поцелуев, чтобы вытянуть ещё больше этих восхитительных звуков.
— Мне нужно трахнуть тебя, — в отчаянии прошептал я.
Я ожидал, что она пожалуется на то, что Кайден спит в соседней комнате, или скажет, что лучше заняться этим позже. Но её бедра продолжали двигаться, когда она тёрлась о мою руку. Она хотела этого так же сильно.
Святое дерьмо, я любил эту её сторону. Она была такой чертовски рискованной.
— Поторопись, — выдохнула она, задыхаясь.
Отстранившись, я поспешно расстегнул её джинсы и стянул вниз.
Я опустился на колени, снимая их, целуя по пути её гладкие ноги.
Мои пальцы продолжали гладить её гладкую киску, и я испытывал искушение зарыться лицом в эти сливочные бедра, но быть родителем означало, что такие моменты недолговечны. Я должен был трахнуть её сейчас. И быстро.
Когда снова встал и поцеловал её, в глазах Элли появился мечтательный взгляд. Одной рукой она схватила меня за рубашку, а другой расстегнула молнию на джинсах.
— Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделала, — умоляла она в мои приоткрытые губы. — Я сделаю всё, что угодно. Хочешь, чтобы я умоляла тебя трахнуть меня?
Иисус Христос.
Видите? Как только Элли возбуждается, она становится совершенно другой.
— Нет, — пробормотал я, скользя языком по её губам. — Хочу, чтобы ты кричала об этом.
Её тело задрожало, когда я резко развернул её и перегнул через стойку. На этот раз никто из соседей не услышит её сквозь тонкие стены. Мы могли бы трахаться, как кролики, и никто не услышал бы, как моя женщина кричит от этого. Её стоны принадлежали мне, существовали только для моего удовольствия.
Я вытащил свой член и раздвинул её попку. Господи, эта задница стала больше, чем раньше. Достав из кармана презерватив, я быстро надел его. Я наклонился над её дрожащим телом, прикусил мочку её уха, и прошептал:
— Я обожаю тебя, Эллисон.
Я обожал её больше, чем она могла себе представить.
Выпрямившись, я пристроил свой член у её входа и вошёл. «Не обращайся с ней как со стеклом», — сказал я себе, вспомнив её слова. Она любила жёстко. Ей нравилась грубость. Она хотела, чтобы я выжал из неё все соки. Я обхватил её бедра руками и прижал к себе, пока она держалась за стойку, вскрикивая после каждого глубокого проникновения в неё.
Её влажное тепло вызывало привыкание. Мой член пробовал её киску, словно был создан для этого. Я не мог насытиться ею. Это никогда не надоест, именно поэтому я знал, что что-то настолько хорошее должно длиться вечно. Каждый раз, когда я брал её, это было так же волнующе и интимно, как и в первый раз.
— Хит, Боже, — стонала она, снова и снова повторяя моё имя. — Хит… Хит…
Это был самый сладкий звук. Я чувствовал, как удовольствие проходит через всё тело, когда трахал её быстро и жёстко, попадая каждый раз в её особое место. Я заставлю её страдать. Завтра она вспомнит, насколько глубоко я был похоронен внутри неё. Она узнает, кому принадлежит. Мне.
Она была моей.
Мои пальцы впились в её плоть, когда я издал стон. Я почувствовал покалывание в позвоночнике и нарастающее давление. Моя хватка стала крепче, и я был уверен, что она сейчас закричит из-за этого, но ей было всё равно. Нет, она выкрикнула моё имя, толкая свою задницу на меня. Она приняла меня так глубоко и не смела ни на секунду останавливаться. Она принимала резкие толчки, ей нравилась боль вперемешку с удовольствием. Всё её тело напряглось, и я понял, что она уже близко. Я поднёс руку к её клитору и помассировал его, продолжая входить в неё. Элли издала крик, сопровождаемый тихим стоном, и кончила подо мной, дрожа, когда её киска сжала мой член и заставила меня испытать моё собственное удовольствие. Я жёстко вошёл в неё, и наслаждение заставило каждый сантиметр моего тела покраснеть от его интенсивности.
Чёрт возьми.
Тяжело дыша, я обнял её и рухнул на пол, прислонившись спиной к стене, держа Элли на коленях. Её голова расслабленно легла между моим плечом и шеей. Она повернулась ко мне лицом и поцеловала в шею. Именно эти крошечные проявления любви всегда ломали мои стены.
Любовь. Она поглотила меня. Это заставляло сильнее бояться того, как далеко я зайду, чтобы дать тем, кого люблю, хорошую жизнь. Но Элли… Боже, именно она открыла эту часть меня. Она была моей конечной целью. Я хотел, чтобы с ней было всё. Я крепче прижал Элли к себе, боясь отпустить. Запаниковал при мысли о том, что проведу день без неё, и только эта мысль заставила меня произнести:
— Выходи за меня замуж.
Её тело замерло в моих объятиях. Прошло несколько мгновений, но обнадёживающие слова всё ещё витали в воздухе. Я ждал её ответа, и меня бесило, что до сих пор не было произнесено ни слова.
— Элли, — настаивал я, внезапно задаваясь вопросом, что же было не так.
— Я… Я не могу, — еле слышно произнесла она.
Я старался не чувствовать, что моё сердце было раздавлено бульдозером. Горький вкус отказа было трудно проглотить.
— Но почему? — Я задал этот вопрос вслух. — Я никогда не причиню тебе вреда. Разве ты этого не знаешь?
— Это не имеет к тебе никакого отношения. Это…
Я ждал, что она продолжит. Затаив дыхание, надеялся на хорошее оправдание. Однако всё, о чём я мог думать, это о Райкере, стоящем на нашем пути, и моей паранойе, которая питалась моими страхами.
— Это из-за Райкера? — Я разозлился сильнее, чем собирался. — Ты не хочешь меня из-за него. Ты… Ты всё ещё любишь его, Элли?
— Нет, — сразу ответила она, качая головой. — Нет, Хит. Это не имеет никакого отношения к Райкеру. Я так устала от того, что ты думаешь, будто я влюблена в него.
— Как можно разлюбить кого-то, Элли? — Я был удивлён своим вопросом. Мне действительно нужно было знать это. — Я ничего не понимаю. Потому что… То, что я чувствую к тебе, насколько сильно люблю тебя. Скорее ад замёрзнет, чем мои чувства угаснут.
Она выдохнула и закрыла лицо руками.
— Я никогда не была влюблена в Райкера. Он… Он был моим лучшим другом. Я уже много раз говорила тебе об этом. Ты предпочитаешь не верить этому, поэтому прошу тебя не развивать эту тему.
— Тогда скажи, почему ты не можешь взять на себя обязательство. Ты сомневаешься во мне? Думаешь когда-нибудь уйти? Или нет?