То, что мы прячем от света (ЛП)

По толпе пронёсся хор соглашающихся воплей.
— Ты получил свой один удар. Теперь или разворачивай свою задницу, заведя руки за спину, или попробуй провернуть такое дерьмо ещё раз, — сказал Нэш Уильямсу.
Уильямс и Дилтон переглянулись, затем ударили одновременно. Уильямс замахнулся на Нэша, но получил по лицу кулаком от шефа полиции. Он рухнул как наковальня. Никакого покачивания. Никакого спотыкания. Один удар, и он завалился назад, потеряв сознание ещё до того, как упал на пол. Это было прекрасно.
— Да! — воскликнула я, победоносно вскинув руку.
Кулак Дилтона врезался в челюсть Нолана. Нолан сплюнул, затем улыбнулся, поднимая кулаки.
— Что происходит? Толстое пятно только что ударило Нэша? А два других пятна — это кто? — потребовала Слоан.
Наоми пересказывала происходящее Слоан, а Нолан выполнил быструю комбинацию из двух ударов по лицу Дилтона, отчего тот отшатнулся и споткнулся о свои чёртовы ноги. Он с силой грохнулся на задницу, и вся толпа расхохоталась.
Всё закончилось быстро.
— Классный удар, Нолан, — проорала Слоан.
— Демонстрация агрессии вызывает у тебя нарушить твоё правило трёх свиданий? — поддразнила Наоми.
В мгновение ока Хоппер и второй офицер уже грузили двух окровавленных и закованных в наручники ублюдков на заднее сиденье Крузера. Уильямс был немного осоловелым после своего путешествия в страну снов, а я испытала мстительное удовлетворение, когда задница Дилтона плюхнулась на сиденье, и он взвыл от боли.
Я заметила, что Люсьен остановился посреди улицы, чтобы поднять что-то с пола. Он осмотрел предмет, затем убрал в свой карман. Его взгляд просканировал толпу, затем сощурился, когда он заметил нас на столике для пикника.
— Ой-ой, — прошептала Наоми.
— Что ой-ой? — потребовала Слоан. — Я нихрена не вижу!
— Люсьен идёт в нашу сторону, — сказала я.
— И он выглядит злым, — добавила Наоми.
Слоан фыркнула.
— Я вас умоляю. Он всегда так выглядит. Это перманентный ПМС.
— О нет. Я вынуждена согласиться с Наоми. Он выглядит так, будто хочет кого-то убить, и этим кем-то можешь быть…
— Я сказал тебе стоять на месте, — рявкнул Люсьен на Слоан.
— А я сказала тебе поцеловать меня в задницу. Видимо, мы оба не делаем то, что нам сказано, — ответила она, наслаждаясь тем, что стоит выше него.
— О божечки, — прошептала Наоми, наклоняя ко мне пакетик с попкорном.
Я взяла себе горсть.
Люсьен вытянул руки, просунул ладони под мышки Слоан и подхватил её со стола. Она взвизгнула, затем принялась сопротивляться, пока он несколько секунд подержал её на уровне своих глаз и только потом поставил на пол.
— Люблю, когда парень так делает, — сказала я.
— Будь осторожнее, — прорычал Люсьен. Этот мужчина был на добрых 30 сантиметров выше неё, и он использовал этот рост, чтобы нависать над ней.
Слоан, однако, не собиралась запугиваться.
В её глазах горел огонь, когда она вплотную придвинулась к нему.
— Ну конечно. Ибо если я танцую, это провокация. Я практически напрашивалась на то, чтобы какой-то пьяный идиот меня лапал.
Наоми рядом со мной громко хрустела попкорном.
— Если не хочешь, чтобы я вмешивался, прекрати делать это невозможным, — прорычал он.
— Читай по губам, Люсьен. Ты вообще не нужен в моей жизни. Так что прекрати притворяться, будто тебе не всё равно. Мы оба знаем правду.
— Проклятье, — прошептала я, угощаясь ещё одной порцией попкорна Наоми. — Его глаза только что поменяли цвет и сделались ещё опаснее?
— О, определённо, — согласилась Наоми.
— Он выглядит так, будто хочет выгнать из неё всю дерзость, — заметила я. Тот факт, что они до сих пор не корчились на земле, пронзаемые электрическим током из-за испускаемых ими искр — просто чудо какое-то.
— Вот и я о том. Поверить не могу, что они ещё не содрали друг с друга одежду и не потрахались по ненависти.
— Готова поспорить, когда это случится, это сместит ось земли, и все мы укатимся в глубины космоса, — предсказала я.
Нэш отвлёк наше внимание от противостояния перед столом, хлопнув в ладоши в центре бывшего танцпола.
 
— Так, ладно. Это по-прежнему вечеринка. Чего вы все встали?
Он подал музыкантам нетерпеливый сигнал, и те мгновенно заиграли песню Томаса Ретта Die a Happy Man.
Перед нами появился Нокс. Потянув Наоми за руку, он завалил её себе на плечо.
— Пошли, Маргаритка, — он положил ладонь на её задницу и унёс её, смеющуюся, на танцпол.
К ним присоединились другие пары. Я осталась одна на столе для пикника, думая, что мне не помешало бы выпить ещё бокальчик, но тут кто-то схватил меня за запястье. Нэш Морган смотрел на меня снизу вверх.
— Спускайся сюда, — приказал он. Его глаз слегка опух от удара Уильямса, а в уголке рта виднелась капелька засохшей крови. Две костяшки его пальцев треснули и кровоточили. Он выглядел таким чертовски героическим, что я бы поплыла… если бы остальная его часть не раздражала так сильно.
— Мне и тут нор…
Для парня, всё ещё восстанавливавшегося после пулевых ранений, он двигался быстро. Прежде чем я успела воспротивиться, он поднял меня со столика и поставил на ноги перед собой.
— Я не буду с тобой танцевать, — сказала я, когда его руки легли на мою талию.
— Это меньшее, что ты можешь сделать после всех этих проблем, — сказал он, снова потянув так, что мои бёдра встретились с его. Эти голубые глаза обжигали, и я задалась вопросом, не могут ли мои трусики воспламениться.
— Ты не выглядишь так, будто хочешь потанцевать со мной, — сказала я, когда мои руки сами сцепились за его шеей.
— А как я выгляжу?
— Будто ты хочешь меня придушить.
— О нет, Ангел. Я думал кое о чём намного худшем.
Впервые в жизни я не собиралась играть с огнём. Я видела слишком много его, чувствовала слишком много всего к нему. Я стояла на краю пропасти, в которую совсем не хотела падать.
Мы покачивались из стороны в сторону в ритме песни, не нарушая зрительный контакт. Нэш притягивал меня ближе, тогда как я с помощью локтей отталкивала его, и мы оба прикладывали всё больше и больше силы.
— Как твоё лицо? — спросила я, когда мои руки уже начинали дрожать.
— Болит.
— Я справлялась сама, знаешь ли. Я могла сама его ударить, — сказала я, когда мои локти проиграли битву, и он привлёк меня к своей груди. И снова Нэш Морган оказался ближе, чем я хотела.
Он провёл кончиком носа по раковине моего уха.
— Я знаю, что ты могла, детка. Но я находился в лучшей позиции, чтобы нанести больше урона.
— Ты явно не получал по роже от меня.
Мы покачивались, вплотную прильнув друг к другу. Мои локти уже лежали на его плечах, а ладони были сцеплены за его шеей.
— У Уильямса стеклянная челюсть. Все это знают. Хватит одного удара по нужному месту, и он падает как груда кирпичей. Стоит ударить его туда после того, как он нападает на офицера, уже имея в прошлом два схожих обвинения, и ситуация быстро разрешается.
Я отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо.
— Ладно. Возможно, это произвело на меня небольшое впечатление.
— Что именно?
— Ты. Я злилась. Я просто хотела пустить ему кровь. Но ты был движим яростью, и всё равно обладал способностью произвести такие расчеты.
— У меня была весомая причина сделать это правильно.
— И что за причина?
— Он прикоснулся к тебе.
Нэш сказал это так просто, будто не обрушил правду с мощью молота. Будто он не чувствовал это внутри меня подобно тысяче крохотных ударов током. Будто моё дурацкое сердце не выпало из моей дурацкой груди прямо к его чёртовым ногам.
«Он прикоснулся к тебе».
И вот так просто я свалилась с края той пропасти в свободное падение.
Коротенькая блондинка Робин Гуд подскочила к нам.
— Эй, Лина? У нас заканчиваются лотерейные билеты, а я ни хрена не вижу. Ты знаешь, где…?
— Я их принесу, — вызвалась я, буквально выпрыгнув из объятий Нэша… из его гравитационного поля.