То, что мы прячем от света (ЛП)

Она бросила на меня взгляд, который сообщал, что я говорю глупости.
— Медсестра, которая спасла жизнь моего шефа полиции? Неа. Никогда не слышала. И совсем не имею у себя четыре её подвески и три пары серёжек.
— Ладно. Ясно. У её племянника аутизм.
— Да, конечно. Я знаю Алекса.
— Он не разговаривает, ростом метр восемьдесят, и чёрный, — продолжил я, покачиваясь на пятках.
Хилли шумно выдохнула.
— Я понимаю, к чему ты ведёшь. Матери чёрных детей много разговаривают со своими детьми о том, как взаимодействовать с копами.
— И я хочу, чтобы с нами, копами, говорили о том, как безопасно и уважительно взаимодействовать с такими детьми. Со всеми детьми. Особенно с теми, кто не может ответить. Мне не нравится, что некоторые наши жители до сих пор не чувствуют себя в безопасности. Именно поэтому я занял свою должность, и мне по-прежнему надо многому научиться и проделать немало работы.
— Разве это касается не всех нас, шеф? Так как нам это сделать?
— Я бы хотел поговорить с Иоландой Суарез. Она долго работает соцработником, и у неё будут идеи. В данный момент я думаю, надо организовать обучение в департаменте и выезды с соцработниками на вызовы, касающиеся психического здоровья. В департаментах более крупных городов есть подобные программы, и у них уже видны результаты. Возможно, мы могли бы подключить Наоми Уитт, раз она координатор по связям с общественностью.
— Чертовски хорошая идея.
— Я тоже так думаю.
— Почему бы тебе сначала не организовать встречу для тебя, меня и Иоланды? А там будем действовать по ситуации.
— Я это ценю. Наверное, мне лучше отвезти вашего ползучего соседа в его новый дом.
Хилли передёрнулась.
— Шеф, когда закончу сжигать этот дом дотла и убивать своего мужа, я выпишу тебе прибавку к зарплате.
Я помедлил. Если Хилли что-то и оберегала ценой своей жизни, так это бюджетные средства Нокемаута.
— Мне это не показалось бы правильным. Учитывая всё, что происходит в последние несколько месяцев.
Она протянула руку и потрепала меня по щеке.
— Вот именно поэтому тебе и полагается прибавка. Ты заботишься. Ты берёшь на себя ответственность. И ты создаёшь решения. Этому городу повезло иметь тебя. Я чертовски горда тем, каким мужчиной ты вырос.
Обычно я не испытывал ком в горле из-за нескольких комплиментов, но детство без матери, которая одаривала бы меня ими, оставило после себя бездну. Глубинную бездну, которую я только теперь начинал осознавать.
Я давным-давно не имел близкого человека, который гордился бы мной.
Я удивил нас обоих, наклонившись и поцеловав её в щёку.
— Спасибо, мэр.
Она сделалась ярко-красной.
— Иди уже. Увези эту чёртову змею с моей территории и возвращайся к работе. Нам надо служить людям.
Я отдал честь и направился к машине.
— Проследите, чтобы у вас было алиби на период поджога и убийства.
— Будет сделано, шеф.
Глава 28. Дерьмовый Час Акульей Недели
Лина
Я рано пришла на своё несвидание с Ноланом. Это делалось не из-за энтузиазма, а в попытках избежать встречи с Нэшем, когда они с Пайпер вернутся с работы. Но после долгого дня сидения в машине и наблюдения за тем, как приспешник низшего уровня посещает спортзал, китайскую забегаловку и стрипклуб, мне действительно не терпелось поболтать с маршалом.
Толпа в «Хонки Тонк» в основном состояла из женщин, и на столиках стояли маленькие таблички «Предупреждение: Акулья Неделя». Я усмехнулась. С Нолана станется выбрать вечер, в который менструальные циклы сотрудниц бара синхронизировались.
Зная правила, я заняла пустой столик на двоих и не пыталась подозвать официантку Макс, которая была занята — одной рукой поправляла грелку, приклеенную к животу, второй заталкивала в рот шоколадный кексик.
Макс примет мой заказ, когда будет готова, а получу я свой напиток, когда бармен Сильвер закончит бить током пресс дородного байкера с помощью мини-устройства для электротерапии.
Это было нововведение в Дерьмовый Час Акульей Недели10. Электрические импульсы от электродов симулировали спазмы при месячных. Обитатели Нокемаута не привыкли отступать перед вызовом, и надо признать, довольно весело было смотреть, как татуированные байкеры и мускулистые фермеры выстраиваются в очередь, чтобы попытаться ходить со спазмами на 10 уровне мощности.
 
Прошло где-то минут пять, и Макс наконец-то приковыляла к моему столику и плюхнулась на стул напротив. На подбородке у неё виднелся крем от кексика.
— Лина.
— Макс.
— Твой глаз выглядит получше.
— Спасибо.
— Слышала, ты одолела двух убийц, которые пытались напасть на Слоан и Наоми, и параллельно сняла пилотный эпизод сериала про охотников за головами.
К чёрту профессиональную анонимность… и туда же такие ничтожные мелочи, как правдивость.
— Ничего настолько захватывающего, — заверила я её.
— Что будешь? Не хочешь попробовать спецпредложение Дерьмового Часа? У нас Кровавая Мэри за полцены и коктейль, который Сильвер назвала Красная Смерть. На вкус дерьмо, и тебе потом пи**ец.
— Думаю, ограничусь бурбоном, — мне хватит одной порции, пока я не взяла свой уровень стресса под контроль.
— Сама смотри, — Макс вздохнула и кое-как поднялась на ноги. — Я вернусь, когда подействует обезбол.
Она пошаркала обратно к бару, а я воспользовалась этой возможностью, чтобы просмотреть кое-какие рабочие письма на телефоне, пока в углу не взорвался буйный мужской хохот.
Я много времени проводила в барах, наблюдая за взаимодействием людей. Я понимала, когда атмосфера не та. И в моём мозгу не оставалось сомнений, что среди этих четырёх мужчин что-то назревает. Их столик был усеян пустыми пивными бутылками и стопками. Язык их тела был буйным и агрессивным, как у акул, выбирающих момент для нападения.
Макс подошла к их столику и начала собирать пустую посуду на поднос. Один из мужчин, пожилой тип с пивным брюхом и белыми кустистыми усами (далеко не такими красивыми как у Вернона), сказал что-то, что не понравилось Макс. Собравшиеся за столиком снова взорвались хохотом.
Макс накренила поднос, отчего пустая посуда скатилась обратно на стол, затем показала средний палец и потопала обратно к бару.
В одном из более молодых чинителей проблем я узнала того мужчину, который пялился на меня, когда я уходила с футбольного матча Уэйлей.
— Да ладно, Макси Прокладка, не будь такой чувствительной. Мы просто дразнимся, — проорал он ей вслед.
Все четверо склонились друг к другу, наверняка для очередной безвкусной шутки, и снова заржали.
— Прижми зад, Тэйт, — предупредила Таллула из-за соседнего столика. Она сидела с тремя другими постоянными посетителями, и похоже, что проделки мужчин веселили их ничуть не больше, чем меня.
Так это Тэйт Дилтон, провинившийся плохой коп и старина.
— Ужасно сложно прижать что-то, когда на тебя так и встаёт, — заявил один из приятелей Дилтона, похотливо показывая на свой пах.
Мужчины за столиком снова взвыли, и напряжение в помещении сгущалось.
Я пристально уставилась на Дилтона через всю комнату и ждала. Много времени не потребовалось. Люди обычно чувствовали угрозу, если они были достаточно трезвы.
Он окинул меня долгим взглядом, затем сказал что-то своим дружкам. Они все повернулись и посмотрели на меня. Я вытянула ноги и скрестила их в лодыжках.
Он встал и направился в мою сторону, используя свой лучший запугивающий взгляд. Он шёл с уверенностью мужчины, который достиг пика славы в старших классах и не осознавал, что те деньки уже закончились.
Добравшись до моего столика, он остановился и продолжил пялиться.
— Какие-то проблемы, милая? Надо унять кое-какой зуд?
У него были короткие усы как у Гитлера, подёргивающиеся при каждом движении челюсти, пока он жевал жвачку.
— Сомневаюсь, что ты можешь что-то для меня сделать.