Форпост (СИ)

Такая уникальная положительная мутация представляла большую ценность для цивилизации неандертальцев. Раньше я не хотел брать вторую жену из-за опасений возможной конкуренции наследников в будущем. По этой же причине не спешил заводить второго ребенка, ожидая, пока Ингвар достаточно подрастет, чтобы гарантировано заявить о своем старшинстве. Но теперь это теряло всякий смысл — что такое разница в три года при продолжительности жизни в двести лет? Более того, долголетие вовсе не отменяло случайную смерть от травмы или болезни, потому в древности и заводили больше детей. Вот только как создать не только универсальные законы, с четко прописанными правилами наследования, но и заставить потомков их беспрекословно выполнять?
Устав от этих размышлений, я затушил огонек работающего на жиру светильника. Спать тоже надо…
А под утро мне приснился необычный сон — яркий, очень детализированный, словно фильм на 3D экране.
… Мы стояли на обрывистом берегу, скорее всего, в горах. Рядом хорошо знакомые мне лица людей — подросшие Дар и Тур, совсем постаревший и сгорбившийся Ант. Чуть дальше могучие фигуры Тинга, Лтара и Зенга, а за ними — сотня, если не больше, других лантирцев. Ошибиться невозможно — такие одинаковые костюмы с карманами и пуговицами делали только в городе. Одежда вся грязная, будто мы прошли не одну сотню километров, видны многочисленные дыры и заплатки. Рядом с людьми стоят повозки, в них запряжены ослы и лошади, разбросаны кирки и лопаты.
Перед нами мчится бурлящий водный поток. Сила течения такова, что разрушает стены ущелья, в мутную воду обрушиваются огромные пласты почвы. Совсем рядом, в какой то сотне метров от нас, вся эта чудовищная масса воды, грязи и камней вырывается из ущелья на свободу, и с грохотом падает в сверкающее внизу озеро или море…
Утром долго думал, что бы это могло быть. Похожий сон я уже видел однажды — тогда мы, как позже выяснилось, переселялись всем племенем из Крыма в приазовские степи. Нынешний обрывок информации о будущих событиях был не менее важен, но пока я мало что понял.
В будущем на территории Восточной Украины не было больших рек с подобными водопадами. Не было там их и в прошлом. Это явно дальняя экспедиция, и, судя по по местности, мы были где-то в предгорьях.
Карпаты, Крым, Кавказ? Может, меня занесло ещё дальше, и я вижу Аппенины или Пиренеи?
Сложно сказать, в любых горах за прошедшую бездну времени рельеф мог измениться настолько, что оставалось только гадать. Разве что Крым можно было отбросить сразу, все его реки небольшие, и не содержат и десятой доли того потока. Подумав, отбросил и греческий хребет Пинд — горы там разрозненные, и совместного стока для воды нет.
Экспедиция была очень большой, и, судя по наличию шанцевого инструмента, мы пришли туда не просто так, а что-то добывать. Настолько ценное, что потащили за собой животных и пустые телеги. Вот тут снова начиналась полная неопределенность. Сейчас я бы собрал подобную экспедицию для добычи руды меди, олова, цинка, свинца, не говоря уже о серебре, золоте или платине. Нельзя было забывать и о сере, которую здесь тоже никогда не видели. В любом случае, судя по преклонному возрасту Анта, случиться это ещё очень нескоро…
Сегодня я участвовал в сборке тримарана — основной корпус установили на катки и отвезли к пляжу, туда же перетащили поплавки, балки и мачту. Процесс затянулся до вечера, в основном из-за тщательной подгонки деталей, их сажали в пазы на клей, дополнительно усиливая соединения гвоздями.
Все это будет ещё неделю сохнуть и пропитываться дегтем, на это время Пратт с мастерами поступал в полное распоряжение его жены. Их задачей станет сшить огромный парус из небольших кусков тканого полотна, сложенных в два слоя — причем работу нужно сделать качественно, так, чтобы швы не расползлись при первом же порыве ветра. После пропитки смесью дегтя и жира он займет свое законное место на мачте "Сайгака".
Название первого парусного судна было выбрано не случайно — с этими небольшими степными антилопами мало кто мог соперничать в скорости. И нам, его создателям, очень хотелось, чтобы имя такого животного сделало быстрее и сам тримаран.
 
Вернувшиеся из командировки плотники заканчивали собирать каркасы десяти новых домов. На этом количестве решили остановиться, в первую очередь из-за недостатка готового самана, кирпича и черепицы. Сейчас приступили к возведению и набивке глиняным раствором стен, паралельно выкладывали центральные печи. Технология была уже хорошо отработана, да и опытных мастеров старались не отвлекать для непрофильных работ, вроде заготовки сена или рубки дров. Строительство шло быстро, до холодов мне обещали сдать все постройки.
Все больше набирала обороты и заготовка провизии. Остатки от разделки мясных туш доставались "собакам", подросшим котятам и их дальним родственникам, большезубам. Обе тигрицы уже мало отличались размерами от диких сородичей, рядом с их вольером построили второй, для подрастающего самца. Диего, названный так в честь персонажа из мультфильма, за полгода сильно обогнал волчат, но к Шерхане и Багире подселять его было рано. Впрочем, это не мешало им общаться через решетку, просовывая через толстые прутья лапы и облизывать друг другу морды.
Вторыми экспонатами в коллекции зоопарка стали крупные лесные куницы — охотники весной убили их мать, а пятерых малышей забрали из гнезда. Все они выжили, привыкли к людям и даже когда в первый раз выбрались из клетки на волю, никуда не разбежались. Решетку сделали более частой, а загнанных волчатами на крыши домов зверей вернули назад. К вольерам часто прибегали дети, посмотреть на страшных "диких" хищников. Стараниями охотников увидеть их в природе рядом с городом стало практически невозможно…
На следующий год я хотел ещё больше расширить зверинец, добавив гиен, лисиц, и, если повезет — пещерных медведей. Последних рядом с Лантирском никогда не видели, но женщины из рода Белого Волка утверждали, что такие звери водятся в меловых пещерах на севере. Правда, при этом настаивали, что они травоядные.
Через три дня, как и обещал, заглянул к Тингу. Они добрались до Хортицы, но на берег Днепра выйти не могли.
— Дим, тут новое поселение черных людей, как раз напротив острова.
— Большое?
— Нет, не очень — взрослых мужчин всего три руки, столько же женщин, много детей и стариков. Десять рук и три пальца, мы их точно сосчитали. Стены вокруг нет, даже частокола не поставили.
— И чем эти люди занимаются?
— Рыбу ловят, у них тоже есть сеть и ловушки. А вот лодок нет, ни одной, они на плотах из бревен плавают.
— В степь ходят?
— Да, сегодня их охотники как раз небольшого быка притащили. И одного своего, раненого. У них старое оружие, а бизоны, если их легко ранить, могут и не убежать, а наоборот, броситься на обидчика
— Тенак, думаю, вам следует подняться ещё выше по течению, на север. Там тоже могут быть такие стоянки.
— Нет, это вряд ли… На юг уходит хорошо утоптанная тропа вдоль берега, ею часто пользуются. А на севере нетронутые заросли, мы там и сидим сейчас. Никто в эту сторону не ходит.
Может, он и прав — кроманьонцы заселили в первую очередь более теплый регион, не спеша уходить севернее.
— Дим, у них посреди стоянки насыпан холм земли, а на его вершине большая серо-коричневая каменюка. Черные люди садятся вокруг него, кланяются, а один старик, похоже, вообще умом тронулся — он прыгает рядом, кривляется, падает на землю и ногами дрыгает. Но его никто не уводит, все смотрят на это как на обычное дело…
— У черных людей нет энноев, вот они и придумывают сказки, чтобы запудрить мозги остальным такими фокусами. Понаблюдайте за этим стариком ещё пару дней, хорошо? Мне интересно, насколько далеко они могут зайти в идолопоклонничество.
— В идоло… чего?
— Это когда неживому предмету приписывают то, чем он не является.
— Хорошо, это не сложно.
— Тенак, главное, не высовывайтесь. Не стоит поднимать тревогу раньше времени.