Убийца Войн
– Я друг, – ласково сказала Вивенна. – Не бойся, я пришла на помощь.
Но девочка взвизгнула от прикосновения и метнулась в сторону. Вивенна раздосадованно повернулась к Вашеру.
Тот стоял у костра с опущенной головой, вокруг распростерлись тела. В руке он держал Ночного Хищника; острие, сокрытое ножнами, упиралось в земляной пол. И Вашер почему-то показался больше, чем минутами раньше. Выше. Шире в плечах. Страшнее.
Другая рука лежала на эфесе. Застежка на ножнах расстегнулась, и от клинка тянулся черный дым. Частично он изливался на пол, частично – уплывал к потолку. Как будто мог выбирать.
Рука Вашера дрожала.
В голове у Вивенны зазвучал далекий голос: «Достань… меня… Убей их…»
Многие сраженные корчились на земле. Вашер начал обнажать клинок. Тот был черным как смоль и словно всасывал свет от костра.
«Это плохо», – подумала Вивенна.
– Вашер! – крикнула она. – Вашер, девочка ко мне не идет!
Он замер, затем обратил к ней остекленелые глаза.
– Вы победили их, Вашер. Не надо вынимать меч.
«Нет… вынуть надо…»
Он моргнул и рассмотрел ее. Вогнал Ночного Хищника в ножны, встряхнул головой и бросился к ней. По пути наподдал чье-то тело и удостоился рыка.
– Бесцветные чудища, – прошептал он, заглянув в клетку.
Вашер уже не казался больше, чем был, и Вивенна решила, что виновата игра света и тени. Он простер руки. И странное дело, ребенок сразу рванулся к нему, прижался к груди и залился слезами. Принцесса потрясенно смотрела на них. Вашер, тоже со слезами на глазах, поднял девочку.
– Вы ее знаете? – спросила Вивенна.
Он покачал головой:
– Я знаком с Нанровахом и знаю, что у него есть малые дети, но ни разу не видел их.
– Но как же тогда? Почему она к вам пошла, а ко мне – нет?
Вашер не ответил.
– Идем, – сказал он. – Я справился с теми, кто спустился на крики, но могут нагрянуть другие.
Судя по взгляду, ему чуть ли не хотелось этого. Он направился к выходному туннелю, и Вивенна последовала за ним.
* * *Они не замедлили перебраться в зажиточный округ Т’Телира. Вашер, пока они шли, говорил мало, а девочка и вовсе замкнулась. Вивенна тревожилась за детский рассудок. В последние пару месяцев той пришлось тяжко.
От хибар и многоквартирных домов они перешли к милым домикам на зеленой улице с фонарями. Дойдя до особняков, Вашер остановился и поставил девочку на ноги.
– Дитя, – заговорил он. – Я хочу тебе кое-что сказать. Мне нужно, чтобы ты повторила эти слова. Повтори их – и сделай это искренне.
Девочка ответила отсутствующим взглядом и чуть кивнула.
Вашер посмотрел на Вивенну:
– Отойди.
Она открыла рот, чтобы возразить, но передумала и отступила подальше. К счастью, Вашер стоял у фонаря и был хорошо виден. Он что-то говорил девочке, а та – отвечала.
Открыв клетку, Вивенна забрала дох из нити. Больше она его не прятала. И ей показалось, что в состоянии повышенной чуткости она кое-что заметила. Биохроматическая аура девочки – обычная, как у всех людей, – слегка мигнула.
Слабо. Однако Вивенна, достигнувшая первого повышения, могла поклясться, что не ошиблась.
«Но Дент говорил, что либо все, либо ничего, – припомнила она. – Дох приходится отдавать целиком. По частям – невозможно».
Дент, как показали другие случаи, был еще и лжецом.
Снова взяв девочку на руки, Вашер выпрямился. Вивенна подошла и удивилась, когда та заговорила.
– А где папа? – спросила кроха.
Вашер не ответил.
– Я грязная, – сказала девочка, оглядывая себя. – Мамуля не любит, когда я пачкаюсь. И платье тоже.
Вашер тронулся с места. Вивенна поспешно догнала его.
– Мы идем домой? – спросила девочка. – А где мы были? Уже поздно, мне нельзя выходить. Кто эта тетя?
«Она не помнит, – поняла Вивенна. – Забыла, где была… наверное, как и все пережитое».
Она еще раз взглянула на Вашера – борода всклокочена, глаза смотрят прямо, одной рукой прижимает ребенка, в другой несет Ночного Хищника. Дойдя до ворот особняка, распахнул их ударом ноги. Вошел внутрь, и Вивенна, сама не своя, последовала за ним.
Разлаялась пара сторожевых псов. Рыча и подвывая, они приближались. Вивенна съежилась. Но стоило им рассмотреть Вашера, как они присмирели и радостно побежали рядом. Один подпрыгивал и норовил лизнуть ему руки.
«Что, во имя цветов, происходит?»
Перед особняком собрались люди с фонарями, поспешившие выяснить, почему лают псы. Увидев Вашера, один что-то сказал остальным и скрылся в доме. Когда Вивенна и Вашер дошли до переднего патио, в дверях появился человек. Он был в белой ночной рубашке, и его сопровождала пара солдат. Последние шагнули вперед, намереваясь заступить Вашеру дорогу, но мужчина в рубашке протолкнулся меж ними и с воплем бросился к ребенку. Плача, он принял девочку из рук Вашера.
– Спасибо, – прошептал он. – Благодарю тебя.
Вивенна молча стояла поодаль. Псы продолжали лизать руки Вашера, хотя откровенно сторонились Ночного Хищника.
Хозяин дома прижимал ребенка к груди, пока наконец не передал его подоспевшей женщине – матери, как предположила Вивенна. Та с ликующим возгласом взяла девочку.
– Почему ты ее вернул? – спросил отец, глядя на Вашера.
– Похитители наказаны, – ответил тот в своей бесстрастной, грубоватой манере. – Это все, что должно тебя сейчас волновать.
Хозяин прищурился:
– Я знаю тебя, незнакомец?
– Мы встречались, – сказал Вашер. – Я просил тебя выступить против войны.
– Точно! Меня и убеждать было незачем. Но когда они забрали Мизел… Меня вынудили молчать о случившемся и изменить позицию. Иначе пригрозили ее убить.
Вашер повернулся и пошел прочь.
– Забирай свое чадо и береги. – Он остановился и оглянулся. – И постарайся, чтобы это королевство не привлекло к резне безжизненных.
Счастливый отец кивнул, все еще будучи в слезах:
– Да, да. Конечно. Благодарю тебя от всего сердца.
Вашер снялся с места. Вивенна поспешила следом, не спуская глаз с псов.
– Как вы заставили их замолчать?
Он не ответил.
Она оглянулась на особняк.
– Ты оправдана, – негромко бросил Вашер, минуя окутанные тьмой ворота.
– Что?
– Дент похитил бы эту девочку, даже если бы ты не явилась в Т’Телир. Я никогда бы ее не нашел. У Дента слишком много пособников из воров, и я решил, что он устроил тот налет, чтобы просто нарушить поставки продовольствия. Как и все, я не подумал о карете.
Остановившись во тьме, он посмотрел на Вивенну:
– Ты спасла ей жизнь.
– Случайно, – ответила она.
Принцесса не видела своих волос, но чувствовала, как они багровеют.
– Это не важно.
Вивенна улыбнулась, почему-то польщенная похвалой куда больше, чем следовало.
– Благодарю.
– Прости, что вышел из себя, – сказал Вашер. – Там, в логове. Воин должен сохранять хладнокровие. В бою или поединке нельзя допускать, чтобы тобой руководил гнев. Поэтому я никогда и не был хорошим дуэлянтом.
– Вы справились с делом, а Дент потерял очередную пешку, – возразила Вивенна. Они вышли на улицу. – Правда, лучше бы я не видела этот шикарный особняк. Он не улучшил моего мнения о халландренских жрецах.
Вашер качнул головой:
– Отец Нанроваха – в числе богатейших купцов. Сын посвятил себя служению богам из благодарности за их щедрость. Он не берет денег за службу.
Вивенна осеклась:
– Надо же.
Вашер пожал плечами:
– Жрецов легко обвинить. Это отличные козлы отпущения, – в конце концов, любой закоренелый иноверец для тебя либо безумный фанатик, либо лживый кукловод.
Вивенна снова вспыхнула.
Вашер остановился посреди улицы и повернулся к ней.
– Извини, – сказал он. – Я неудачно выразился. – Ругнувшись, он продолжил путь. – Я же сказал, что не речист.
– Ничего страшного, я привыкаю, – отозвалась она.
Вашер рассеянно кивнул в темноте.
«Он хороший человек, – подумала Вивенна. – Или, по крайней мере, искренне стремится к добру». Отчасти ей показалось, что она совершает глупость, давая очередную оценку.