Ореолла (СИ)

Посмотрев на спокойное течение реки, играющее бликами заходящего солнца, решила искупаться. Скинула лук на землю, туда же отправила колчан со стрелами, отстегнула широкий кожаный ремень с ножными и бросила в общую кучу. Расплела косу и мелкие косички. Распутала шнуровку на жилетке, а также на поясе узких штанов, сшитых из тонкой кожи. Стянула сапоги, сняла одежду. Не задерживаясь, вошла в воду по пояс, затем скрылась под прохладной водой.
Волосы опутали тело, сковая движения. Раньше я так не поступала. Вначале вдоволь купалась, а затем уж расплетала волосы и мыла их. Но сегодня почему-то изменила правилу.
«Кстати, и не только это, — хмыкнула. — Ведь я не прогнала незнакомца, и сама не свернула с дороги, а послушно плелась за ним следом. Чтобы это значило? Я привыкла быть одна и не ощущала себя одинокой. Почему изменила решение? Может виною всему загадочный лес? Или все-таки любопытство?»
Я вынырнула и увидела — Ястреб стоял смущенный, встревоженный, с окровавленными руками, и крепко сжимал нож. Огляделась по сторонам в поисках опасности, но ничего подозрительного не заметила. Поспешила выйти на берег, хмуро взглянув на него. Он ничего не ответил, лишь виновато проводил меня взглядом.
Промолчав и на этот раз, я подошла к одежде, но одеваться не спешила. Повернулась лицом к уходящему солнцу, закрыла глаза и, запустив руки в волосы, потрясла ими, чтобы стряхнуть капельки воды. Так я стояла пока не обсохла от теплого дыхания ветра и ускользающего за высокие деревья солнца.
Оделась, связала волосы тонким шнурком и отправилась собирать хворост. Когда вернулась, дикая кошка уже «сбросила шкуру». Распотрошенная туша висела на вертеле, а языки пламени старались до нее дотянуться, чтобы лизнуть и оставить черный след.
Бросив хворост рядом с костром, я уселась на прогретый за день камень и распустила волосы. Нужно было их расчесать, заплести мелкие косички по бокам и вплести в одну косу. Занятие долгое, но необходимое. Волосы могли помешать выслеживать добычу и при схватке с крупным хищником.
Когда я закончила это нудное занятие, солнце полностью спряталось за горизонт, и на землю опустилась непроглядная тьма. На небе не было ни луны, ни звезд. Только давящая сверху чернота.
Я встала с камня и направилась к костру. Ночь выдалась очень холодной, что считалось редкостью в это время года.
«В этом месте все необычное, не говоря уж о холоде посреди лета и полнолунии без луны», — передернулась я, отчего озноб еще сильнее сковал тело.
Захватив с собой небольшую охапку хвороста, я разложила его вблизи огня и села на ветки. Обняв руками колени, смотрела на языки пламени, стараясь не думать о загадочных Волхвах. Пахло жаренным мясом и желудок начал громко возмущаться.
Ястреб оторвал кусок мяса, приблизившись, протянул его мне. Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах зачарованность. Рука потянулась к моему лицу. Я молниеносно вынула нож.
— Не прикасайся ко мне. Или я убью тебя, — зловеще прошипела сквозь зубы.
Он встрепенулся, потряс головой, затем протянул мне мясо.
— На, возьми, — сказал он с сожалением.
Я не спеша убрала нож и взяла соблазнительный кусок мяса, с которого капал жир. Ястреб покряхтел, вернувшись к гнездышку, сделанному из тонких веток, громоздко присел и уставился на пляшущее пламя костра, стараясь не смотреть в мою сторону. Долго о чем-то думал. Все кряхтел и заламывал пальцы.
— Зря ты так. Я ведь тебе не враг. Скорее друг, который не пожалеет жизни ради тебя, — сказал он, не поворачиваясь.
«Вот это да! Друг! И с чего это ему взяться, да еще жизнью своей раскидываться?»
Ястреб, тяжело вздохнув, встал и направился к реке. Через какое-то время послышались всплески воды.
Я сидела, раздумывая над произошедшим. Что-то здесь не сходилось. У меня накопилось множество вопросов. Пришло ли время узнать ответы? Наверное, пришло. А почему бы нет, раз мы идем одной дорогой. Зачем терзать себя неизвестностью?
— Но…чка выда…лась холо…дной, — дрожа от холода, с трудом справляясь с голосом, сказал Ястреб и поспешил присесть к костру. Он дрожал так сильно, что слышно было, как стучат зубы. С мокрых волос стекала вода, растворяясь в складках плаща, отчего ткать промокла. Я взяла хворостину, поправила угли и подбросила валежника. Костер разгорелся, и воздух заметно потеплел. Ястреб задрал штанину, и я увидела рану, по всей вероятности, от стрелы. Он вынул из кармана траву, помял ее, затем приложил к ране и обмотал тканевой лентой.
 
Мы сидели, любуясь танцем пламени, пока я не решилась задать вопрос.
— Кто ты и зачем шел за мной? У тебя что, нет дома?
— Я охотник из общины Верховья. Мое имя Ястер, но все меня зовут Ястребом. Ну а зачем шел за тобой, — он посмотрел на меня, — так мне теперь одна дорога. Та, которой идешь ты. Теперь у меня нет дома. По воли судьбы я стал преступником. Если меня поймают, то отправят на костер или четвертуют.
— И что же такого страшного ты совершил?
— Страшного я ничего не совершал. Всего лишь спас тебе жизнь и тем самым перешел дорогу богатому чужестранцу. Он явно меня не помилует.
— Это как? — изрядно удивилась я и даже слегка наклонилась в его сторону, чтобы не пропустить ни слова.
— Впервые я увидел тебя на лесной тропе. Ты разговаривала с купчиком. Подслушав разговор, я уяснил, что каждый месяц в первый день полной луны, в полуденные часы вы будите встречаться на перекрестке двух лесных дорог. Я стал каждый месяц в один и тот же день, приходить на место вашей встречи. Приходил заранее, чтобы выбрать себе надежное укрытие и не дать себя обнаружить. Уж слишком дорожил встречей с тобой.
Так и на этот раз было. Только я спрятался, как вижу, купчик едет на своем вороном. Я удивился, почему так рано и стал наблюдать за ним. Через какое-то время услышал топот копыт и не одной лошади, а минимум дюжины. Не доехав до купчика, отряд остановился, и навстречу нашему знакомому выехал человек в длинном красном плаще на белой лошади в дорогой сбруе. Тут я услышал их разговор. Они поздоровались, затем незнакомец спросил купчика, уверен ли тот, что девушка с образом Богини и с золотыми волосами именно та, которую он разыскивает. Купчик не задумываясь кивнул.
— Да, она самая. Ее глаза, словно чистое небо. Волосы как яркое солнце, а облик достоин Богини.
— Смотри, — сказал гость. — Если ты ошибся — четвертую. Если она, получишь десять тысяч золотом, как был уговор.
Когда я услышал, сколько гость готов выложить за тебя монет, я чуть в овраг не свалился. И тут до меня дошло, что, если я не помешаю им, они схватят тебя. Я не мог этого допустить. В последнее время только и жил днем встречи с тобой. Прости за откровенность. В общем, у меня быстро созрел план. Я очень тихо выбрался из укрытия. Дождался того времени, когда должна была появиться ты, и не задумываясь, дал себя обнаружить, но не показался на глаза. За мной сразу же началась погоня, а ты, услышав шум, повернула назад. Только тебя все равно заметили, но ты имела преимущество. Я знал, что тебе удастся уйти от преследователей, но и сам старался не отставать. Когда ты достигла границы гиблых мест, погоня прекратилась, а я на свой страх и риск, продолжил идти по твоему следу, в надежде найти тебя. Вот и вся история.
— Ты сказал, что преследователи не видели, за кем гнались.
— Если бы так. Меня, так же, как и тебя гнали до последнего. Одна из стрел попала в ногу. Спасло то, что это случилось у границы и преследователи остановились.
Я долго думала над рассказом и, наверное, еще бы размышляла, если бы голос Ястреба не прервал мои мысли.
 
— Надо поспать. Ты ложись, а я покараулю. Незадолго до рассвета разбужу, чтоб и мне осталось хоть пару часов вздремнуть.
— Для чего?
— Что для чего? — не понял вопроса Ястреб и брови его взлетели вверх.
Увидев его удивленное лицо, я с трудом сдержала улыбку.
— Для чего караулить? К огню зверь не подойдет. Закидаем огонь валежником, что потолще и устроимся вблизи костра. Огонь будет гореть до утра.