Неправильный лекарь. Том 4 (СИ)

Несмотря на то, что я попросил повариху мне не помогать, она всё же не смогла устоять на месте. Когда я открыл крышку сковороды и вдохнул божественный аромат большого сочного стейка, рядом со мной встала большая тарелка с нарезкой из свежих овощей и зеленью. Вот же редиска! Знает, как угодить голодному мужику. На предложение отнести всё это добро в столовую, я ответил резким отказом.
Тогда она выдала мне вилку и нож, я приземлился за один из разделочных столов и интенсивно начал работать ножом, отрезая первый кусок. Слюна у меня уже выделялась более обильно, чем сок из места разреза правильно прожаренного стейка.
Прикольное утреннее приключение, запомню этот момент надолго. А уж повариха-то как запомнит!
  
Глава 2
 
Маму я встречал перед воротами клиники. Как назло, не работал фонарь над воротами, а было ещё совсем темно. Благо наш автомобиль по фарам я мог отличить от множества других.
— Ты так сильно по мне соскучился? — хихикнула она, выходя из машины.
— И это тоже, — ответил я и поцеловал её в щёчку. — А ещё мне нужна машина, чтобы съездить к Демьянову. Думаю, чтобы разрешить вопрос срыва занятий, лучше встретиться лично.
— Тут ты прав, лучше съездить. Но у тебя сегодня повторные пациенты с онкологией, ты не забыл?
— Как можно, мам, — улыбнулся я. — Я для них отдельный журнал завёл и записываю результаты обследования и лечения по каждому визиту.
— Мне нравится твой подход, — улыбнулась мама и погладила меня по щеке. Такой простой жест, а так тепло от него на душе. — Систематизируй и напишешь статью или даже учебное пособие.
— Сначала добьюсь устойчивого результата, тогда можно будет и поделиться.
— Разумно, думаю у тебя скоро появится первая опубликованная книга.
— Будет здорово, — улыбнулся я и запрыгнул на мягкий кожаный диван пассажирского салона.
Сев в машину, я сказал Николаю адрес. Как оказалось, зря я так торопился, главный знахарь на работу ещё не пришёл, на месте был только секретарь, который любезно предложил мне чашку кофе. Вячеслав Анатольевич соизволил прийти только в четверть девятого. Терпеть не могу, когда кто-то на работу опаздывает, и сам чувствую себя не в своей тарелке, если задержался хоть на минуту, поэтому опоздания у меня очень редки.
— Доброе утро, Александр Петрович! — приветствовал Демьянов и протянул руку. Правый глаз дёрнулся только один раз, видимо начал расслабляться. — Как ваше драгоценное? Слышал, что вы попали в серьёзную переделку вчера? Обширные ожоги уже залечили?
— Вы обладаете достаточно точной информацией, — криво ухмыльнулся я. У знахаря снова дёрнулся глаз. Но опять только один раз, совсем страх потерял. — Сейчас уже всё хорошо, в нашей клинике постарались, чтобы я как можно быстрее встал на ноги. Вы уже понимаете, что вчера прийти на семинар я не мог физически.
— Да уж понятно, — развёл он руками. — Да что же мы всё в приёмной стоим, вы проходите, Александр Петрович. Может кофейку?
— Нет, спасибо, только что пил, — сказал я и уселся на свой излюбленный стул. — Давайте лучше решим по поводу изменения расписания в связи с неожиданным форс-мажором.
— Да я уж собирался всем объявить, что начнём в лучшем случае со следующей недели, — начал бубнить Вячеслав Анатольевич. — Я же не знал точно, когда вы вернётесь в строй, так сказать.
— Нет, на следующей неделе будет второй семинар, — покачал я головой. — Давайте-ка лучше вот что сделаем. Знахари, которых я должен был обучать вчера, освобождают себе время на четверг, а среда и пятница остаётся по расписанию. На следующей неделе всё, как договаривались.
— Может быть, — буркнул себе под нос Демьянов и в этот раз глаз дёрнулся уже раз пять.
— В смысле может быть? — спокойно, но жёстко спросил я. Тик главного знахаря усилился. Молодец, входит в тонус.
— Александр Петрович, — начал он говорить и глубоко вздохнул, собираясь с мыслями и пытаясь успокоить тик рукой. — Вы даже не представляете себе, каких усилий мне стоило убедить знахарей в принципе принимать участие в этом обучении, а тут ещё и отмена. Вчера чуть революция не случилась, кричали тут все, возмущались.
  
— Вы мне главное вводный семинар помогите нормально провести, а дальше они поймут, что в этом есть толк, вот увидите.
Я говорил, чуть склонившись к собеседнику и глядя на него исподлобья. Никаких повышенных тонов, а тик усилился. Он даже уже перестал с ним бороться и убрал руку. Я тактично сделал вид, что не замечаю.
— А сейчас отведите в аудиторию, хотел осмотреться.
— Прямо сейчас? — удивился Демьянов.
— А что-то мешает? — строго спросил я. — Она не готова?
— Отчего же, — немного напрягся он. — Очень даже готова. Идёмте.
В клинику я вернулся только к девяти. Мои онкобольные уже заждались меня под дверью. Света сказала, что женщина пришла раньше, с неё и начнём. В её случае этот приём вполне может оказаться последним, но, как говорила моя покойная бабушка «не говори оп, пока не перепрыгнешь».
Вид у пациентки был достаточно жизнерадостный и цветущий. Даже не подумаешь, что она пришла с раком кишечника четвёртой стадии по нашей классификации. К тому же с осложнением в виде хронической кишечной непроходимости. Выслушав все лестные эпитеты в свою сторону, я указал ей на стол, не терпелось посмотреть на результаты прошлой процедуры.
За несколько дней прослойка соединительной ткани, которую я создал для имитации стенки кишки, уплотнилась, злокачественные клетки в ней не появились. Значит, эксперимент удачный, так и запишем. Для надёжности я повторил процесс превращения тканей опухоли в соединительную, чтобы рубцовый фрагмент стенки сигмовидной кишки в будущем обрёл достаточный запас прочности. Рубцового замещения стенки толщиной больше пяти миллиметров думаю будет достаточно.
Теперь можно подналечь на уменьшение объёма самого образования. На сегодняшний день от первоначального осталось менее трети, можно попытаться удалить окончательно, к чему я и приступил. Продолжая планомерно уничтожать опухоль, я не забывал периодически заглядывать в магическое ядро. Опустошение второй день подряд точно даром не пройдёт. Когда образование было полностью удалено, энергии осталась почти половина. Но, оставались ещё и метастазы, которые я решил оставить на потом. На них меня точно не хватит. Поэтому дал команду Борису Владимировичу будить пациентку, продолжим по графику в пятницу. Против повторной процедуры пациентка нисколько не возражала. Кажется, она была готова ходить к нам бесконечно.
— Доброе утро, — приветствовал я мужчину с новообразованием в лёгком. — Как сегодня ваши дела?
— Крепкого вам здоровья, Александр Петрович! — приветствовал меня пациент, дополнив слова широкой улыбкой. — Вашими стараниями и молитвами супруги и тёщи, я чувствую себя уже намного лучше! Хожу по парку, гуляю. С остановками, конечно, но постепенно прохожу всё больше. Одно только начало беспокоить, тянет где-то внутри вверху справа, ближе к лопатке, когда пытаюсь глубже вдохнуть.
— Вот как, — нахмурился я. В голове уже созрел вариант развития событий, осталось только его проверить. — Раздевайтесь по пояс и ложитесь на стол на левый бок. Борис Владимирович, ваш ход.
Когда пациент погрузился в глубокий сон, я начал сканировать верхнюю долю правого лёгкого со всех сторон. Мои опасения оказались верны, в области лопатки новообразование проросло плевру и распространилось к основанию второго и третьего рёбер. Это немного усложняет процесс, но не делает выздоровление невозможным. Значит сегодня я начну с разъединения шварт и уменьшения размеров образования от периферии к центру. Так сказать, локализуем процесс, как пожар в лесу.
Неравную битву с огромным образованием, которое позволило себе повести себя подло, когда я уже видел на горизонте успех, я продолжал до тех пор, пока энергии в ядре осталось не больше четверти. Только тогда смог заставить себя остановиться. Мокрый и довольный значительным прогрессом я отошёл от манипуляционного стола.