Бывший-босс (СИ)

— Тимур, как думаешь, теория глобального потепления — это фейк или правда? — сонно звучит голос Маши.
— Разумеется, правда. Промышленная революция не проходит даром для климата.
— Вот и я так думаю. А Роб все время со мной спорил, говоря, что это заговор гринписовцев.
— Твой Роб идиот, — усмехаюсь я, но Маша меня уже не слышит, так как спит, уткнувшись лицом в подушку.
Я намеренно возвращаю взгляд к фильму, но, не выдержав и десяти секунд, смотрю на нее снова. Ее сестра права. Было бы обидно, если Марианна испортила б ей волосы. Они у Маши очень красивые. Как, впрочем, и все остальное.
Попялившись на нее с минуту, я стягиваю одеяло с жирафа и осторожно накрываю ее. Продует еще ненароком. Все же работает кондиционер.
Признательно засопев, Маша ерзает по кровати, а потом неожиданно перекидывает через меня руку, заставляя замереть. Я-то собирался уползти в кресло от греха подальше.
— У тебя такой живот твердый… — не открывая глаз, бормочет она. — Вот что значит высокий уровень тестостерона и хорошая усвояемость белка. Так бы его и облизала…
‍
Glava 29
Маша
Проснувшись утром, я машинально трогаю себя за бедра. Мои бамбуковые танга оказываются на месте.
Улыбнувшись, я оборачиваюсь, но Тимура рядом не нахожу. И записки «Ушел за кофе» на соседней подушке тоже не обнаруживается. Покрутив головой по сторонам, я вижу его, спящим в кресле.
О боже! Неужели я пиналась во сне или пыталась закинуть на него ноги, чем вынудила уйти? Бедный Тимур.
Встав на цыпочки, я иду, чтобы поправить на нем сползший плед и, не дойдя, останавливаюсь. Щеки неумолимо краснеют. Тимур лежит в одних трусах. Я знакома с мужской физиологией, поэтому вид его эрекции не должен меня удивлять, но все равно удивляет. Интересно, ему не больно? Выглядит так, будто его пенис опух и ему в трусах очень тесно. Ну и какой же у него красивый живот! Так бы его и…
Покраснев от нечаянной мысли еще гуще, я наклоняюсь, чтобы поднять плед, и мы с Тимуром встречаемся взглядами. Мне неоднократно говорили, что я могу смотреть осязаемо. Все дело в том, что моя энергетика сильная и чистая.
— Привет, — шепотом говорю я, стараясь ненароком еще раз не взглянуть на его пенис, находящийся аккурат на уровне моих глаз.
— Ты чего тут… — Заметив очевидное, Тимур прикрывает себя рукой и выскакивает из кресла. — Доброе утро! Я — в душ.
Расстроенная тем, что, по-видимому, поставила его в неудобное положение, я отчаянно ищу способ загладить свою вину.
— Тимур, нет нужды смущаться. Твоя эрекция — это абсолютно закономерный физиологический процесс. К пяти часам утра уровень тестостерона достигает максимума и провоцирует прилив крови к пенису. Кстати, наполненный мочевой пузырь тоже вызывает рефлекторную эрекцию. Я прекрасно понимаю, что это никак не связано со мной.
— Спасибо, Маша, — приглушенно долетает из ванной. — Ты многое мне прояснила.
Очень довольная собой, я прижимаю плед к носу и, вдохнув запах Тимура, возвращаю в кресло. Между ног становится горячо и щекотно. Покраснев, я иду доставать из чемодана новую упаковку бамбуковых трусов. Шалунья-свадхистана безобразничает с самого утра.
_____
Тимур
Дождавшись, пока жираф как следует отплюется мне под ноги, я выключаю воду и выхожу из душа. Теперь даже голова стала соображать яснее. Понятия не имею, как монахи годами постятся и крышей не отъезжают. Хотя им конечно проще: они не спят рядом с полуголой Машей.
Обтеревшись полотенцем, я вижу, как мобильный вспыхивает видеозвонком от Марианны и, покосившись на дверь, принимаю вызов.
На экране появляется ее лицо в какой-то зеленой хрени. Догадываюсь, она практикует очередную косметологическую приблуду.
— Привет, Тим! Проснулся? Я тоже! Угадай, что?
— Что? — Я на всякий случай решаю убавить звук.
— Я сегодня встала на весы и… Та-да-ам! Я похудела на два килограмма! Это все бессолевая диета, прикинь! А я-то думала, что это херня полная, так же, как и интервальное голодание.
— Поздравляю. Еще новости будут?
 
— А че с голосом? — Марианна раздраженно щурится. — Ты типа стебешься надо мной, что ли? Не всех,между прочим, генетика в лоб поцеловала. Это ты можешь лопать все, что вздумается и кубанами на пузе хвастаться. А для кого-то быть стройной — это тяжкий труд.
— А для кого-то тяжкий труд — это работать. Все хорошо у тебя? Мне просто идти надо.
— Блин, ты хоть один день можешь нормально со мной поговорить? Умотал на две недели к морю своим тяжким трудом заниматься и вообще обо мне не вспоминаешь. Видимо, бывшая любовь все твое внимание заняла.
— Я вчера тебе писал, но ты была занята, — напоминаю я.
— Потому что качала задницу к твоему приезду. И че ты мне даже реакцию на фотку не поставил? Топик, кстати, новый. Так че там с этой Машей? Не дала она тебе еще?
— Что ты несешь, а? — морщусь я, непроизвольно трогая жирафа за голову. — И следи-ка давай за выражениями. Для разнообразия попробуй не только задницу качать, но и мозги.
Поняв, что выразился слишком резко, я хочу извиниться, однако лицо Марианны остается безмятежным.
— Ой, какие мы чувствительные. Что, уже и пошутить нельзя?
Вот почему мы отлично ладим. Потому что она отходчивая и легкая.
— Слушай, мне, правда, идти пора…
Договорить не удается, потому что в дверь раздается стук и жалобный голос Маши:
— Тимур, ты скоро? Я очень хочу в туалет.
Где-то в подсознании раздается грохот бьющейся посуды, от которого хочется зажмуриться. Лицо Марианны стремительно приближается к экрану до тех пор, пока в поле видимости не остаются лишь ее ноздри.
— Так, я не поняла, — рычит она. — Она, что, находится в твоем номере?
— Тимур, у тебя все в порядке? — как назло, не смолкает Маша.
— Да, я сейчас выйду! — рявкаю я, чувствуя, как сдают нервы. — А ты… Хватит устраивать мне допросы. Если тебе так интересно, то в отеле не оказалось свободного номера, поэтому нам пришлось ночевать вместе. Я не сказал, потому что не хотел слышать твои истерики.
— Ну, ты и мудак! Пошел ты на хер, короче. Трахайтесь сколько угодно. Мне ваще срать.
С этими напутствиями Марианна сбрасывает вызов.
Погасив экран, я прислоняюсь головой к стене и закрываю глаза. Вот тебе и отходчивость вместе с легкостью. Хотя, может, и лучше, что все случилось так? По крайней мере, можно перестать испытывать чувство вины из-за того, что жираф пускает слюни на Машу.
Glava 30
Маша
— Приветствую вас, Мария! — Наклонившись, Рашид ибн Мохаммед галантно целует мне руку. — Рад, что вы нашли время посетить мою виллу.
— Спасибо за приглашение, — улыбаюсь я. — Для нас с Тимуром ибн Шубским очень приятно быть здесь.
— Надеюсь, ты не говоришь ему, насколько я рад тут находиться, — замечает стоящий рядом Тимур. — Потому что его хитрую арабскую морду я бы предпочел увидеть максимум дважды и исключительно по работе.
Рашид ибн Мохаммед переводит вопросительный взгляд на него, силясь понять, о чем речь. Я против воли краснею. Не понимаю, с чего Тимур вдруг так его невзлюбил. Он приятный стареющий мужчина, чем-то напоминающий моего тренера по йоге. Только Роджер вегетарианец, а Рашид с превеликим удовольствием ест говядину. Кстати, у них даже имена на одну и ту же букву начинаются! Роджер и Рашид.
— Давайте я проведу вам небольшую экскурсию, — Рашид пригласительно кивает в сторону белых шатров, составленных вдоль бассейна. — Кстати, если вдруг захочется купаться, можете себе не отказывать.
— Что он говорит? — с подозрением спрашивает Тимур.
— Пока ничего особенного. Сказал, что не против, если мы решим поплавать в его бассейне.
— Вот же хитрый жучара. Спорим, он имел в виду тебя, а не меня.
— С чего ты это взял?
— Потому что видел его взгляды в твою сторону.
— Тимур! — От возмущения я даже останавливаюсь. — Как ты можешь такое предполагать? Рашид, между прочим, дважды женат. В смысле, у него две жены.