Плохой парень// Bad Guy (СИ)
Мне выделили стол в широком помещении, где находились еще шесть таких же рабочих мест. Помещения напоминали бункеры, а узкие коридоры в открытые пространства разных отделов, навскидку воспринимались как офис обычной торговой фирмы. Но вот техника и оборудование вводили в откровенный ступор. Чего только стоила система "глаз", которая обрабатывала такое количество видеоматерьялов с наружных камер на улицах, что мне показалось это диким. Видеонаблюдение было повсюду — в парках, скверах, метро, переходах и на перекрестках, на магазинах и этих их закусочных. Ко всему был подключен полный контроль.
"И они не смогли найти маньяка, который за три месяца оставил за собой десять трупов?" — именно это буквально орало в моем мозгу, пока я изучала матерьялы дела. А ознакомиться с ними нужно было в кратчайшие строки, иначе меня не допустят к работе, и тогда я вообще не понимала смысла моего пребывания в Корее. Но на четвертый день "немых" наблюдений мне ответили на все вопросы скопом. И на то, почему я три дня чувствовала себя "хвостом", который привязан к опер-группе для галочки, в том числе.
— Добрый день, госпожа Адлер, — я вошла в светлый кабинет, и поклонившись ко мне обратился начальник управления.
Я видела этого мужчину лишь раз, когда меня знакомили с моим новым временным местом работы.
Немолодой мужик в строгом костюме, выглядел как обычный среднестатистический кореец. Бронзовая кожа, узкие и немного припухшие веки, которые подчеркивал глубокий взгляд почти черных глаз.
— Приятно, что вы, наконец, решились на то, чтобы поговорить со мной наедине, начальник Чхвэ Дон Мин, — меня окинули похолодевшим взглядом и указали на кожаный диван у низкого столика.
— Я должен был прояснить этот момент сразу же, но видимо моя занятость, помешала должным образом ввести вас в курс дела, госпожа Адлер. Прошу про…
— Я вас слушаю, — я грубо оборвала его извинения.
Эти расшаркивания уже порядком поднадоели. Они все словно пытаются быть теми, кем внутри не являются.
Эта напускная вежливость бесила больше всего.
Мужчина сел напротив меня, и хотел было попросить принести нам чаю и потянулся к переговорнику, но и тут я решила показать, что между нами пропасть не понимая. Пить чай, пока эта тварь разгуливает по улицам в поисках новой жертвы я не собиралась.
— Это лишнее, начальник Чхвэ. Мне приятно, что вы пытаетесь вежливо извиниться за то, что наплевали на человека, который приехал к вам, лишь потому что он не ваш работник и задето ваше самолюбие. Поэтому я переживу если не попробую ваш чай и мы немедленно перейдем к делу. Простите за грубость.
Сказать, что на его лице застыли все мускулы, это ничего не сказать. А значит, моя лобовая атака продолжилась.
— Наша сторона настояла на моём приезде сюда по весьма серьезной причине — убиты пятеро гражданок РФ за три месяца на вашей территории. Мало того, это не просто нелегалки. Все жертвы — студентки, у которых была законная учебная виза, и они находились в Корее согласно вашему миграционному законодательству, не нарушая ни один его акт или пункт. Мало того, именно ваше руководство первым возжелало вызвать нашего криминалиста, чтобы не развязался международный скандал и расследование было максимально открытым для нашей стороны. Поэтому ваше поведение мне ясно сразу.
Он продолжал сидеть неподвижно, но на лице мужчины начали проступать явные пятна. Я попала точно в цель. Этот мужик властный и грубый, он рьяно держится за своё место, и не допускает и мысли, что какая-то ищейка из-за бугра способна ему чем-то помочь. А судя из радушного приёма, меня здесь вообще не ждали, и не хотели видеть.
— Так что я прошу вас упустить манерность, и наконец объяснить мне, как так вышло, что владея такими технологиями и навороченными лабораториями, вы не можете поймать обычного человека?
— Это не обычный человек, — отмер начальник Чхвэ и скривился, наконец, показав своё истинное лицо, — А ваши девушки тоже не святые. Если вы внимательно изучили материалы дела, то должны были видеть КЕМ они согласились работать.
— Конечно, изучила. Как и то, КТО им предоставил эту работу. Или вы станете отрицать, что это корейские клубы оказывают эскорт услуги и нанимают для этого иностранок в том числе, — парировала и сцепила челюсть до хруста, бл***.
— Клубы работают легально, и договора составлены тоже легально, госпожа Адлер! А значит, закон не нарушен.
— Формально нет, но мы то с вами понимаем, что под словом эскорт, кроется "легальная проституция". Если бы клубы не предлагали этого, не было бы и спроса, а следовательно не было бы и десятерых жертв.
— Чего вы добиваетесь проявляя это невежество? Я что ли эти притоны открывал? — грубо оборвал меня мужчина, а я улыбнулась.
— Вот теперь мы сможем с вами работать. Я не привыкла, чтобы со мной говорили, как с нерадивой дурой ни хрена не понимающей в этой жизни.
— Только в отделе ведите себя сдержанней! — он скривился и встал, подойдя к длинному шкафчику справа от дивана.
Мужчина открыл его и достал оттуда две маленькие рюмки и бутылку, больше похожую на пивную.
— Что это? — спросила, когда он положил бутылку и стаканы между нами.
— Соджу — слабоалкогольный аналог вашей водки. Нам нужно выпить, а вам успокоиться. Вы слишком импульсивны и не умеете сдерживать свои эмоции. Наблюдая за вами все эти дни, я только и мог, что удивляться как вы холодно и отрешенно за всем наблюдали. Думал, что проблем с вами не будет. Вы спокойно продолжите молча делать все что вам скажут и не станете путаться под ногами. Но видимо ошибался.
Я приподняла бровь и аккуратно взяла рюмку со стола, пока мужчина открывал бутылку. Его взгляд застыл на моих перчатках, когда я согласно этикета протянула стакан, придерживая другой рукой за его дно.
— Зачем эти… перчатки? — начальник Чхвэ наполнил мою рюмку, а следом налил и себе.
— Мне казалось, что корейцам не свойственно задавать столь личные вопросы в лоб?
— И всё же?
— Гаптофобия, — сухо ответила и выпила содержимое рюмки, отвернувшись в сторону.
О том, что мне неприятно даже сидеть вот так рядом с ним, и меня начинает накрывать волнами паника, ему лучше не знать вообще. Андрофобия в коллективе, где я заметила всего пятерых девушек — это приговор.
Мужчина остановил свой стакан у лица. Медленно прошелся по мне взглядом, а потом залпом выпил содержимое и тихо промолвил:
— Вы очень красивая женщина, — он снова наполнил свою рюмку, и продолжил, — Теперь я вижу, что ещё и очень умная. А это большая редкость встретить настолько умную и привлекательную молодую госпожу, Малика. Мне жаль…
— Не стоит, — я протянула ему свой стакан и скривилась от горечи во рту. Этот напиток мне совершенно не понравился, но пить его намного легче, чем нашу водку, не закусывая.
— Просто относитесь ко мне не как к одной из ваших соплеменниц. Я не смогу придерживаться стольких правил. И уж если вы захотели откровенности, — мой стакан снова наполнили, а я продолжила, посмотрев мужчине прямо в глаза, — Я не намерена строить из себя того, кем не являюсь. Я резка и местами упряма, поэтому приготовьтесь к тому, что я понравлюсь только вам, начальник Чхвэ.
Я снова выпила, а мужчина одобрительно хмыкнул, и начал смеяться.
— Спасибо за честность. Бедные парни, вы им галстуки на зад намотаете, — я улыбнулась в ответ, и через полчаса, когда мне предоставили полные полномочия, пропуск и значок, это и сделала.
Знакомство с моими "напарниками" уже в реальном управлении, куда меня наконец допустили, им действительно не понравилось. Но мне было плевать. Я не воспринимала мужчин с той точки зрения, о которой мечтали они. Я порой не могла даже заговорить спокойно с незнакомцем на улице. Нет, ненависти не было, просто мне глубоко плевать сделаю я кому-то из них неприятно или же больно.
— Психологический портрет любого человека строится не только на психотипе и форме поведения. Он словно пазл складывается из множества деталей: детство, окружение, родители, друзья, первая близость, семья, дети, и наконец… смерть и её способ.