Хозяин Улицы (СИ)

- Он расспрашивал про тебя у Рэма в тот вечер, когда ты сбежала, - начала Анжела, и я застыла. –
Рэму пришлось рассказать ему о том, что ты работаешь вместе со мной в этом кафе, и что ты живешь с бабушкой. Прости, но иначе он бы его не отпустил… или покалечил бы.
- Он его избил? – взволнованно уточнила я.
- Рэм и так был хорош после боя, поэтому я не могла увидеть это по нему. Хотя я почти не сомневаюсь, что ему все же досталось.
- Кто он, этот Звонкий? – не удержалась я от вопроса. Своих врагов нужно знать как можно лучше!
- Я знаю немного. Звонкий – это его псевдоним, который он получил во время боев, на самом деле никто не знает его настоящую фамилию. Рэм рассказывал когда-то, что Давид пережил в детстве ужасную трагедию, которая и превратила его в итоге в монстра. Не знаю, насколько это, правда, но, когда ему было шесть лет, его родителей и старшую сестру убили, при этом на его глазах изнасиловали маму. Потом его ребенком взял себе на воспитание какой-то криминальный авторитет. Правда, его никто никогда не видел, ведь он редко появлялся в Сквире, но все боятся о нем говорить. Тому, кто будет распускать сплетни или вспоминать имя отца Давида, пригрозили вырезать языки. Впрочем, так никто и не знает его имени… Не знаю, насколько это все правда, но я сама встречала некоторых людей в городе, у которых нет языка.
- Жуть, -  прошептала я. – Только я не пойму, почему он со мной так поступил?! Мне кажется, человек, у которого на глазах происходило насилие, должен наоборот противостоять этому.
- Ну, тут уже другая история, - сообщила Анжела. – Рэм говорил, что и раньше Давид был психом и немного того, - она покрутила пальцем у виска, - но всегда был сносным и терпимым. Озверел он не так давно. Когда ему было восемнадцать лет, он влюбился в одну девушку из богатой семьи. Души в ней не чаял, боготворил! А потом она его предала, при этом унизив при всех. Он тогда не был таким известным, как сейчас, никто не знал, кто его отец, ведь Давид совсем не принимал от него финансовой поддержки и казался бедным. После этого он исчез из города на шесть лет. Когда вернулся, его бывшей девушки не стало, и, в общем, все дошло до такого состояния.
- И…? - не поняла я сути истории.
- Все теперь знают его отношение к богатеньким девочкам! – бросила Анжела. – Он их терпеть не может. В каждой видит свою бывшую девушку, которая предала его, и при любой возможности мстит. Я думаю, он увидел в тебе девочку из богатой семьи. Знаешь, когда я впервые тебя увидела, тоже подумала, что ты дочь миллионера, хотя до сих пор не знаю толком ничего о тебе.
- Почему ты решила так? Ну, что я из богатой семьи.
- Внешность, одежда, украшения, - перечислила Анжела. – Всегда опрятно выглядишь, нет изъянов.
Опустив взгляд в пол, я пришла к выводу, что наступил момент, когда следует раскрыть свою тайну. Я доверяю Анжеле и уверена, что она не предаст, тем более мне сейчас нужны союзники.
- Две недели назад мои родители умерли, и у меня не осталось никого, кроме бабушки. Я не говорила тебе этого только потому, чтобы избежать опасности, и если ты об этом расскажешь хотя бы Рэму, я никогда не стану больше с тобой говорить, - предупредила я.
Анжела посмотрела на меня, словно я приведение, в глазах у нее застыли слезы, а руки были сжаты в кулаки.
- И я не из богатой семьи, - добавила я. – Теперь уже точно нет! Просто жила в достатке…
Анжела бросилась ко мне и крепко меня обняла.
- Мне так жаль, - всхлипывая, грустно сказала она. – Прости, что потревожила твою рану.
- Все нормально. Просто пусть все, что было сказано в этой подсобке, остается только между нами.
- Я - могила! – пообещала она, делая движение пальцами по губам, словно закрыла рот на замок. – Никому и никогда, клянусь.
- Никому и никогда…
Потом наше время пришло к концу, и мы перестали болтать, приступая к работе. После этого разговора мне действительно стало значительно легче, а наша дружба с Анжелой стала крепче, словно мы сестры, которые всегда знали друг друга.
 
Так прошел наш рабочий день.  Мы закрыли кафе ровно в полночь и вместе с Анжелой вышли на улицу.
- Рэм звонил, просил подождать пять минут, - сообщила Анжела. – У него что-то машина барахлит.
- Отлично, прогуляемся немного пешком, - сказав это, я застыла.
Примерно в двадцати метрах от нас показался такой знакомый мне мотоцикл Давида. Он сам стоял рядом, слегка опираясь на него, шлем висел на изгибе локтя, и медленно покуривал, хмуро глядя на нас исподлобья. На нем черная кожаная куртка, джинсы и высокие ботинки, которые напомнили мне солдатские ботинки.
- Может, лучше подождем? – спросила Анжела, еще не увидев Звонкого.
- Хорошо, - согласившись, я отвернулась. Решила сделать вид, что не заметила его – вдруг он просто уедет.
- Винкс! – услышала я его голос, и мое сердце пропустило удар.
Анжела первая повернулась на зов, посмотрев на меня испуганными глазами.
- Я знаю, - прошептала, медленно повернувшись.
- Подойди ко мне, - сказал он, а я напряглась.
«Дважды он не повторяет», – прокрутилось у меня в голове как заклинание, но собственные предубеждения тормозят действительность. Я боюсь. Впервые по-настоящему кого-то так боюсь!
- Алеста… - испуганно прошептала Анжела.
Я поняла, что стою уже в ступоре секунд десять. Нужно было что-то решать. Вряд ли мне сможет помочь чем-то Анжела, если я сейчас воспротивлюсь этому мужчине. И когда Давид слегка склонил голову, я восприняла это за раздражение с его стороны. Сделав несколько смелых шагов в его сторону,  услышала голос Анжелы:
- Рэм уже подъезжает.
А что может Рэм? Не желая подставлять друзей, я продолжала приближаться к Давиду. Как только  подошла к Звонкому, машина Рэма остановилась возле нас.
- Сейчас ты отправишь их домой и останешься со мной, - спокойным голосом приказал Давид.
- Нет, - испуганно прошептала.
Он вопросительно приподнял бровь, словно задаваясь вопросом: «Серьёзно?»
Мне не хотелось проверять, насколько правдивы мои догадки. Мне страшно перечить ему и страшно оставаться с ним одной.
- Зачем? – быстро исправилась я. – Ты хочешь опять причинить мне боль? – как бы жалко это ни звучало, но я хотела знать наперед о своей участи.
- Поговорить, - просто ответил он. И я поняла, что он мог не объяснять мне ничего.
- Алеста?! – донесся до меня взволнованный голос Рэма.
- Все в порядке, - не отрывая взгляда от Давида, ответила я. Мне было страшно за своих друзей. Если они сейчас не уедут, им может грозить опасность. У Рэма хватит дури решить заступиться за меня, но всем известен исход любой драки со Звонким. – Рэм, забирай Анжелу и езжайте домой.
- Алеста, нет! – отрезал он сердито.
- Ты слышал, что она сказала? – угрожающе прошипел Давид, переводя на него свой взгляд.
- Рэм, уходи! – приказала я, чувствуя всеми фибрами души, что назревает беда. – Пожалуйста, - более спокойно добавила, бросив твердый взгляд на него. В ответ Рэм лишь молча просверлил меня взглядом, плотно сжав зубы от злости. Такими темпами беда действительно неизбежна, ведь Давид был уже заметно на взводе, так что я решила обратиться к подруге: – Энж, - мы понимаем друг друга без слов.
- Ты уверена? – переспросила подруга, и я кивнула. – Рэм, пойдем, - обратилась она к брату, хватая его за руку. - Все будет в порядке, - успокаивающе произнесла она, и они неуверенно двинулись в сторону автомобиля.
А дальше, они сели в машину и уехали, отчего я смогла успокоиться, но, лишь до того момента, пока мои глаза не встретились с суровым стальным взглядом Давида, ведь в ту же секунду, моёго временного спокойствия и след простыл.
   
Глава седьмая.
 
Давид докуривает сигарету, отбрасывает окурок в сторону и садится на мотоцикл. Включает зажигание и громкий рев мотора, разрывает угнетающую тишину. Мое сердце подпрыгивает от этого звука. Смотрю на него в надежде, что он сейчас уедет, но, когда Звонкий протягивает мне шлем, все надежды моментально испаряются.