Служанка для алмазных змеев (СИ)

Я мечтала, чтобы они поскорее закончили с поздним завтраком и занялись своими делами. Тогда я уловлю момент и выйду из гарема. Но одна из служанок Лиареллы вдруг бросилась с воплями к своей хозяйке, что-то держа в руках:
— Моя ниара, посмотрите, эта нерадивая служанка испортила ваш лучший наряд! — И она продемонстрировала лиловое платье из тонкой полупрозрачной ткани, лиф которого украшал драгоценный жемчуг. Камни в некоторых местах отсутствовали, а ткань оказалась разорвана пополам.
Я хорошо понимала, что никак не могла его испортить. Хоть глаза слипались, я все равно очень бережно все полоскала и отжимала, боялась пережать нежную ткань.
Это понимали все, просто кому-то хотелось навредить мне. А я думала, что смогу прижиться здесь. Гадины ни перед чем не остановятся, чтобы мне насолить.
— Обыщите ее, уверена, она жемчуг где-то спрятала.
Меня еще и в воровстве обвиняют?! Да зачем мне нужен тот жемчуг, когда я даже выйти из дворца не могу?!
Я гневно вскинула глаза. Они не собирались меня слушать, заранее признав виноватой.
— Когда я развешивала белье, вся одежда была в целости. А после того, как ваша служанка побывала в сушильне, платье неожиданно испортилось.
— Ты еще мою служанку обвиняешь? Как ты могла испортить мое любимое платье! Ты сделала это специально? Отвечай!
Лиарелла меня совсем не слушала, и я понимала, что она делает так специально.
— Зачем мне это? Уверена, если поискать жемчуг, он найдется у вашей же служанки.
— Ах, ты дрянь неблагодарная!
— Я вам разве задолжала? — ответила я, уже не пытаясь сдержаться.
Лиарелла стала задыхаться от возмущения. Как посмела обычная служанка спорить с ней да еще при всех? Я уже готовилась к наказанию.
— Твое положение опустили до статуса прислужницы, ты завидуешь мне, потому что я любимая миссарина Высочеств.
— А платье-то в чем виновато? — не поняла я ее обвинений. — Если бы я хотела за что-то отомстить, не стала бы так мелочиться. И своих украшений мне достаточно.
Лиарелла побледнела, казалось, сейчас она хлопнется в обморок. Только гордость не позволила уступить мне в этой схватке.
— У вас, видно, много любимых платьев, раз не пожалели испортить одно из них, — добавила я, не имея сил молчать.
Служанка Лиареллы подошла ко мне и ненароком дернула за мою одежду — и тут посыпались жемчужины.
— Смотрите, я же говорила, что она воровка! И платье специально испортила!
— Я не при чем, ты сама только что рассыпала бусины, — попыталась возразить я.
— Еще и лгунья! — фыркнула служанка.
Мои оправдания никто не слушал, всех устраивало, что я испортила платье и что обокрала наложницу. Им словно развлечений не хватало. И я с опаской ждала, что же еще придумают эти девицы, чтобы меня унизить.
Лиарелла подошла ко мне и с размаху влепила пощечину.
От шока я растерялась и схватилась за щеку. Она начинала пылать.
— Как ты смела забрать себе жемчуг? — прошипела Лиарелла, словно гадюка. И подняла руку, чтобы ударить меня вновь.
Я прикрыла глаза, сжалась, мысленно желая этой гадине получить по заслугам за свою ложь. Ждала нового удара, но его не произошло.
— Что здесь происходит? — раздался вдруг грозный голос.
Слишком знакомый мне голос.
Я обернулась, и увидела, что пожаловали принцы собственной персоной. Оказалось, что они оба вдруг решили заглянуть в гарем. Уж не полюбоваться ли на то, как меня унижают?
— Обычное наказание. Эта служанка посмела испортить мой наряд. Мало того, она срезала с него жемчуг, — ответила Лиарелла голосом полновластной хозяйки.
Конечно, она ведь любимая миссарина. А кто я? К тому же я, и правда, стояла среди рассыпанного жемчуга. Моя вина налицо.
Дайринисс подошел ко мне, хмурясь, а я невольно напряглась, опустив взгляд. И тут наг неожиданно схватил меня за руку и развернул ладонь вверх.
Мне хотелось сжать ее, потому как от стирки мои руки выглядели ужасно.
Наг недовольно скрипнул зубами.
— Я не отдавал приказ истязать служанку непосильной работой.
— Я лишь дала ей поручение постирать белье, я не знала, что она такая белоручка, — с издевкой заявила черноволосая наложница. — А за плохую работу обычно наказывают. Разве не так?
 
— Ты действительно испортила ее платье? — повернулся ко мне Дайринисс в ожидании объяснений.
— Я лишь постирала его, ниар, как меня и просили. — Я хотела добавить, что меня подставили, но внезапно поняла, что не стану жаловаться. Принцы только и ждут, чтобы я попросилась обратно.
Они добивались того, чтобы я сдалась. Разве они не могли предугадать поведение наложниц? Они специально послали меня сюда для наказания.
Разве не странно, что они пришли, когда не появлялись здесь седьмицами? Они прекрасно знали, кто виноват, у них повсюду уши — тайная стража, в том числе и в гареме. Я прочла это в их глазах.
Но они хотели, чтобы я ползала перед ними, умоляя о прощении. А я не стану!
Дайринисс отпустил мою руку, другой я все еще держалась за пылающую щеку. Райнишшар подошел ко мне и вдруг убрал мою ладонь, рассматривая проступивший след от оплеухи.
— Что же, Лиарелла, твоя бдительность похвальна. Можешь продолжать воспитание новой служанки. Но тебе не следует больше поднимать на нее руку. Если она еще раз провинится, просто сообщи смотрителю, — беспристрастно произнес Райнишшар, переглянувшись с братом.
На губах Лиареллы мелькнула торжествующая улыбка. Еще бы, она убедилась, что я для принцев ничего не стою. Может, хоть после этого отстанет?
— Как прикажете, мой ниар.
Они задержались на несколько секунд, пристально глядя на меня. Будто ждали того, что я брошусь перед ними на колени, умоляя забрать из гарема обратно в свои апартаменты.
Но я молчала.
И принцы покинули гарем, сказав, что отправятся в город.
— Видела? — обратилась ко мне Лиарелла. — Никто не станет заступаться за тебя, так что знай свое место!
Я опустила руки и сжала их в кулаки, кивнула, решив не спорить. Я надеялась, что позже, когда внимание ко мне ослабнет и наложницы перестанут донимать, мне удастся покинуть гарем и выйти хотя бы в сад. Там я могла отыскать Дарию и через нее передать послание Лои. Хотя он и так уже наверняка знает, где меня искать. Я могу его подставить. Наследники не знают имени моего главного сообщника.
Я кусала губы, размышляя, как лучше поступить. Могла ли я доверять новой подруге? Я боялась, что у нее тоже появятся проблемы из-за меня.
Нет!
Я должна все сделать сама. Стану искать работу, чтобы выходить из гарема.
***
После того, как принцы запретили применять ко мне телесные наказания, пытки прекратились, но Лиарелла не отказывала себе в наслаждении подцепить меня или унизить. Она находила в этом некое изощренное удовольствие и способ избавиться от скуки.
Меня часто заставляли мыть наложниц или втирать в их тела ароматные масла. Но это полбеды. Я должна была смеяться глупым шуткам девиц, когда мне совершенно не хотелось этого делать. Иначе за любое непослушание могла лишиться еды.
Каждый вечер наложниц готовили к тому, что принцы могут потребовать кого-то из них к себе. Но этого не происходило.
Постепенно Лиарелла успокоилась, перебесилась. Она убедилась, что я не представляю для принцев особой ценности, а для нее опасность, и потеряла ко мне интерес. Ее слишком заботило то, что принцы никого не вызывают, а это значило, что они могли найти себе другую игрушку.
Через несколько дней стало казаться, что я нахожусь здесь бесконечно долго. Настолько я вжилась в новый ритм, хоть и не потеряла надежду спастись. Я даже могла выходить по поручениям на кухню, или к королевскому портному, каждый раз старалась задержаться, но с Лои так и не встретилась. Либо он по каким-то причинам пока не мог попасть во дворец.
Не знаю, на фоне переживаний или просто все надоело, но я чувствовала, что внутри меня сжимается пружина. Я боялась взорваться от любого смешка в мою сторону, а наложницы по-прежнему не упускали возможности задеть меня.