Репетитор для Бунтаря (СИ)
— Да мне нужно быть в «РокСтар» через 20 минут. Мы с Мелани репетируем одну песню для пятницы… и, в общем…. Я уже опаздываю.
С Мелани значит? Почему именно с ней? В мире почти 4 миллиарда женщин, а он репетирует именно с Мелани? Какого чёрта?
— Прости, а что будет в пятницу? — любопытство и ещё что-то пожирает меня изнутри.
Неужто ревность? Именно. Так оно и есть. Я ревную его. Боже упаси…
— В пятницу будет пятница, Бри! — наспех он переодевается передо мной в джинсы, нисколько меня не стесняясь.
Как только мы выходим из дома, Кай провожает меня до машины, хотя я вовсе не ожидала от него такой любезности. Он же вроде как опаздывает к Мелани и всё такое. Он словесно прощается со мной, а затем, вышагивая спиной вперёд, направляется в противоположную сторону от своего гаража.
А как же байк?
— Ты что, собираешься идти пешком? — кричу я ему вслед.
— Да, думаю сегодня немного выпить с друзьями, — несмело отвечает. — Я не привык ездить за рулём нетрезвым.
Надо же… Какой он весь из себя правильный сегодня. Это точно Кай Брандис?
— Так давай я подброшу тебя? — говорю, даже не подумав. Проворный язык оказывается шустрее моих спутанных мыслей.
— Нет, не стоит, — отвечает, не сбавляя шаг.
— Кай! Мне совсем не сложно! Тем более по пути же!
Сначала он замедляет шаг, а потом и вовсе останавливается, затем глубоко вздыхает, как будто я принуждаю его к чему-то скверному, но в итоге всё же кивает мне.
— Ну хорошо. Уговорила.
Всю дорогу до «РокСтар» мы едем, не проронив ни слова, я даже специально для Кая настраиваю его любимую волну на радио — безмолвие как-никак напрягает. Как только я останавливаюсь перед баром, в салоне молниеносно возрастает вольтаж, стремясь к наивысшей отметке по шкале напряжённости. Кай будто и вовсе застыл. Неотрывно вглядываясь в ветровое стекло, он не торопится выходить из машины, чем ещё больше усиливает моё необъяснимое волнение.
— Что такое? — тихонечко спрашиваю я, замечая, как он нервно барабанит пальцами по своему колену.
— Бри, можно с тобой поговорить? — разворачивается в пол-оборота. Он напряжён ещё больше моего, и от этого мне уже становится не по себе.
Что он хочет сказать?
— Ох, да. Хорошо, я слушаю тебя.
— Прости, что говорю тебе это только сейчас, — вкрадчиво начинает он, я становлюсь, словно струна. Одно неверное движение — и я лопну от натяжения. — В тот вечер нас видел и очень хорошо слышал один тип. Я узнал практически сразу же об этом, но не придал этому особого значения. Ну видел, да и чёрт с ним. Думал, теперь хоть будет на что подрочить перед сном… — невольно улыбается он, а затем берёт долгую паузу, уставившись в пол. Он стёр с лица улыбку и не решается продолжить, будто потерял дар речи.
Боже, только не это…
— Что дальше? Кто это был? — с опаской спрашиваю я, предчувствуя беду.
Глава 10.3 Бриана
— Оливер. Бри, это был грёбаный Оливер. Понимаешь к чему я веду? — настороженно говорит, я на каждое слово только сильнее теряюсь в хаосе своих мыслей.
Корчусь, словно от боли и зарываюсь у себя в ладонях, проклиная ни в чём неповинного Оливера, а надо бы проклясть саму себя. Себя, да и только.
Не услышав от меня ответа, а лишь аханье, да оханье, Кай продолжает:
— Только вчера я случайным образом узнал, что Оливер находится в приятельских отношениях с…, — он вдруг умолкает, не соизволив назвать его имя.
— С Джаредом, — неохотно продолжаю за ним, всё так же прячась от него в своих ладонях. Я не вижу эмоций на лице Кая, но по голосу слышу, как он искренне сожалеет.
— Я попытался убедить его в том, что это была не ты, но он видел, как именно ты проходила по коридору после того, как мы…, — и опять осекается он, тяжело вздохнув. — В общем, я не знаю, что будет дальше. Услышал ли он мои угрозы стоит только догадываться.
— О, вот как, — шмыгнув носом, мямлю.
— Извини, я не могу позвать тебя с собой. Сегодня на смене как раз Оливер, а нам теперь лучше не показываться ему на глаза.
— Хорошо, я не в обиде. Я и не планировала заходить в бар.
— И ещё… Я понимаю, что это скорее всего была наша последняя встреча. Экзамен уже завтра. Благодаря тебе, я уверен, сдам его на отлично, — он неожиданно подхватывает мою ладонь, покоящуюся на руле и сжимает её в своей. Мне становится не по себе. Предчувствие говорит, что то, что последует дальше мне совсем не понравится. — Бри, я не хочу доставлять тебе ещё больших проблем. Поначалу мне было плевать на твои отношения, но не сейчас. Ты нравишься мне, и я не хочу, чтобы из-за меня ты страдала. С Оливером я всё улажу, можешь не переживать.
Вот и всё… Конец нашей истории. Истории, которой быть и вовсе не должно.
— Ясно, — киваю я, вцепившись в его пальцы и стараясь не показывать, как мне обидно это слышать. Кай открывает рот, хочет что-то сказать, глянув на меня опечаленным взглядом, а затем прикрывает, выпускает мою руку и дёргает ручку двери. — Кай, постой!
Он замирает.
— Да?
— Не нужно ничего с ним улаживать, ладно? Не впутывай себя в это. Он скорее всего уже всё растрепал Джареду, — с необъяснимой твёрдостью говорю я.
Может быть поэтому он сегодня не звонит мне? Джаред всё уже узнал…
Я будто смирилась с этой правдой и глубоко в душе успела настроить себя к самому худшему за какие-то считанные секунды, но дело в том, что я нисколечко не боюсь этого. Если Джаред бросит меня, то он сделает правильное решение. Я, как никто другой, заслуживаю это, поэтому нет смысла лить слёзы и пытаться искать оправдания, которых не найдётся, сколько не ищи. Я пошла на этот подлый поступок осознанно и будет правильней, если я уйду от него, избавив тем самым его от такой лицемерки, какой я внезапно стала. Сегодня же соберу все свои вещи и уеду к родителям, но прежде мне нужно будет с ним объясниться.
— Прости, — почти шёпотом произносит Кай. — Я правда не хотел, чтобы так вышло. Точнее сказать, изначально именно этого я и добивался, — в шоке я выпучиваю глаза из-за услышанного. — Не смотри на меня так. Я хотел, чтобы ты рассталась с Джаредом, да и сейчас где-то в глубине души я хочу, чтобы ты порвала с ним, но я прекрасно понимаю, что мне с ним не тягаться. У нас разные весовые категории. Кто он, а кто я?
Получается я была его трофеем. Он заполучил меня, точнее моё тело, а теперь умывает ручки, так как я оказалась ему не по зубам? Он же сам утверждал, что хотел быть лишь любовником, а тут… Что с этим человеком?
— Ты подлец, Бренди! — с яростью я бью его в плечо.
— Что поделать? — он потирает место, куда пришёлся удар. На его лице рисуется едва проглядывающаяся улыбка, больше смахивающая на огорчённую. — Ещё в 11 лет мне понравилась девчонка, которая была на порядок старше, а, встретившись с ней вновь, я понял, что она мне всё ещё нравится.
— И поэтому ты решил испортить этой девчонке жизнь? — с притворной строгостью говорю, а у самой в животе зарождается что-то тёплое.
— Нет, я захотел быть с ней. Вот и всё, — пожимает плечами. — Но, видимо, я не учёл её пожелания. В этом я виноват.
Склоняю голову, ковыряясь у себя в ногтях. Хочу спрятать от него своё идиотское выражение лица. Мне то ли грустно, то ли волнительно всё это слышать, но приятно это точно.
— Эта девчонка постоянно думает о тебе, — тихо бормочу я, встретившись с ним взглядом.
— Я тоже не переставал думать о ней. Сегодня она даже приснилась мне, — он засовывает руку в карман куртки и достаёт оттуда аккуратно сложенный листок бумаги. — Хочешь прочту пару строк, которые навеяли мне?
— Да, конечно, — голос мой дрожит.
Кай разворачивает лист. Понятия не имею как в этой темноте он что-то может разглядеть, возможно, он даже и не читает с него, а помнит слова наизусть.
Коварен сон, в котором наслажденье
Приходит нереальным, как мираж…
И силы нет стряхнуть с плеч наважденье,