Репетитор для Бунтаря (СИ)

К: «Чёрт, ты права. Извини, я был груб с тобой. Плохое настроение, всё разом навалилось. Я правда не хотел, чтобы так вышло. Надеюсь, ты простишь меня?»
Б: «Нет! Иди к чёрту!»
К: «Очень далеко! Где ты, Бри?»
Б: «В Аду!»
К: «По счастливой случайности эту дорогу я как раз знаю!»
Когда, наконец, добираюсь домой, обрадованная сообщением Джареда о том, что его не будет до самого позднего вечера, соответственно, мне не придётся смотреть ему в глаза и снова лгать, я не придумываю ничего лучше, чем хорошенечко выспаться. Мне бы развалиться пластом на постели и впитать все свои порочные мысли в подушку, но не успеваю я приземлиться на кровать, как кто-то трезвонит в дверной звонок, да ещё и чрезвычайно настойчиво.
Кто это может быть? Неужели я снова кому-то перегородила выезд своей машиной?
Распахиваю настежь дверь и прихожу в шок, ликование, и в смятение одновременно. От такого количества различных эмоций моё сердце может не выдержать.
— Что ты здесь забыл? — пытаюсь быть бесстрастной, первым делом оглядываясь по сторонам, чтобы исключить тот факт, что кто-то из соседей следит за нами.
— Это я у тебя и хотел спросить. Что ты забыла дома? Почему ты не отвечаешь на мои сообщения? — опершись о стену, спокойно спрашивает Кай.
Хм. Странно. Где он забыл свою наглость? Неужто засунул себе в зад?
— Ты разве что-то писал мне?
— Нет, — слегка улыбнувшись, вскидывает бровь.
— Ты меня за дуру держишь? — дерзко спрашиваю, складывая руки на груди. — Что тебе нужно?
— Просто хотел ещё раз увидеть это выражение лица, — он смотрит на меня так, будто хочет сказать что-то очень важное, но по каким-то причинам ему приходится держать язык за зубами.
Интересно.
— Какое это ТАКОЕ выражение?
— Такое, когда ты злишься, но ещё не до конца понимаешь есть ли в этом смысл, — он так мило улыбается, и мне хочется расплыться в ответной улыбке, но я вспоминаю, что мне всё-таки не 13 лет.
— Очень смешно!
— Снежная Королева, не беси меня, — искрится его взгляд исподлобья, который разгоняет мою кровь по венам с новой силой. — Уже 20 минут как твоё время началось. С каждой минутой ты на шаг приближаешься ко встрече с моим гневом, а в гневе я страшен, знаешь ли!
Встречалась уже! Мне хватило!
— Научись управлять своим гневом для начала! — со злостью выплёвываю, хотя самой не помешало бы овладеть контролем над своими собственными эмоциями.
— По рукам! Поехали! — довольно кивает и подхватывает меня под руку, а затем вдруг подходит ближе и очень тихо говорит: — Правда, если хочешь, то можем позаниматься этим делом у тебя.
Мне кажется или звучит это уж больно двусмысленно?
— Поз-заниматься э-эти-им у меня? Вот ещё! — рывком одёргиваю руку.
— Тогда, надеюсь, мы определились? На моём поедем или как?
— На твоём, что прости?
Кай медленно оглядывается и указывает на дорогу, где стоит его байк. Чёрный. Блестящий. Опасный.
— Чёрта с два. Если я и поеду, то только на своей машине, — сама не понимаю, как уже почти согласилась.
— Хорошо! — снова кивнув, довольно улыбается. — Встретимся у меня. Я жду тебя!
Утратив последние клетки мозга, я быстро напяливаю на себя простенькую юбку и кремовый свитер. Спускаюсь на первый этаж, намеренно обхожу доску с посланиями, и без угрызений совести ухожу из дома. Когда приезжаю к Каю, он гостеприимно встречает меня на крыльце, позабыв о своей прежней заносчивости, да и в целом ведёт себя всё последующее время занятий как вполне порядочный и образованный человек.
Может же, когда хочет!
Ни каких двусмысленных намёков, неуместных подколов и агрессии в мою сторону. Даже былая неловкость и напряжение, которые витали в воздухе в первые минуты нашего уединения в его комнате, растворились бесследно. Оказывается, что на днях у Кая намечается итоговый экзамен по математике. Поразительно, но он вроде как решил взяться за ум и именно поэтому у меня в запасе остался ровно час на то, чтобы погонять его по темам, в которых он не преуспел. Всё-таки и у Кая имеется ахиллесова пята — теория инвариантов, но я попыталась её искоренить. Кажется, вышло.
 
Два часа быстро подходят к концу. Когда я уже намереваюсь уходить, подхожу к высокому комоду, где оставила свою сумку. На нём замечаю множество старых фотографий, постеров и заметок с упоминанием Лос-Анджелеса.
— Мечтаешь покорить Голливуд? — спрашиваю его, держа в руках один из снимков, где изображён знаменитый памятный знак на Голливудских холмах.
Он переводит взгляд с меня на фотографию в моей руке и сразу же меняется в лице. Если до этого Кай был беззаботным и живым, то сейчас будто все позитивные эмоции вынули из него одной лишь моей фразой.
— Нет, там я вырос. Лос-Анджелес — мой родной дом, — берёт фотографию у меня из рук, затем сгребает всю кучу и прячет в нижний ящик комода. — А в Голливуде, думаю, меня никто не ждёт. Кому я там нужен?
— О, извини меня, — прискорбно выдыхаю, пряча свою неловкость от него.
Не нужно было совать свой нос…
— Да ничего, — натянуто улыбается, засмотревшись на меня.
Я моргаю и быстрее отвожу глаза в сторону. Соображаю, что пересечение взглядами дольше, чем на пять секунд, плохо на мне скажется.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Эм-м… а где Кэролайн? — слетает с языка первое, что приходит в голову. — Кажется, я её сегодня не видела.
Ухмыльнувшись, он прикрывает глаза, прочищает горло и отходит от меня к противоположной стене. Может на него тоже плохо влияет наша непосредственная близость?
— В Ирвинге. Там у неё тяжёлый клиент.
— Кем же она работает?
— Психологом для несовершеннолетних, которые находятся под следствием.
Ого.
А я-то думала, что Кэролайн работает риелтором или страховым агентом, к примеру, но никак не предполагала, что здесь будет замешано что-то подобное.
— Извини, что спрашиваю, но как вы с ней познакомились вообще? Как она стала твоей приёмной матерью?
— Благодаря её профессии и познакомились, — робко пожимает плечами.
— В смысле? Она была твоим психологом? — спрашиваю, он неохотно кивает. — Хочешь сказать ты был под следствием?
— Угу.
— И-и-и… и что же ты сделал такого, за что оказался… под арестом? — мурашки побежали по всему телу и волосы на загривке вздыбилась от осознания того, что он всё-таки оказался уголовником.
— Я убил своего отца! — его тон спокойный, как будто мы говорим о сущих пустяках.
— Что-о-о-о-о? — выпучив глаза, я роняю челюсть.
Кай вдруг начинает громко ржать, ухватившись за живот. Ха-ха!
— Шутка! Ты поверила, да? Неужели я похож на убийцу, Бри?
— Э-э-эм… — только и могу промямлить, бегая глазками из стороны в сторону.
Честно, я слегка в шоке.
Резко прекращает смеяться и отходит к окну, вглядываясь в него. Предполагаю, что за ним снова кто-то приехал из друзей, но на сей раз ошибаюсь. Он просто молчит с некоторое время, уставившись в вечернее небо.
— На самом деле я правда убил своего отца, — подаёт свой тихий голос.
Я грохаюсь на его кровать. Что мне сказать? Я в ужасе от услышанного.
— В 11 лет? Но как ты мог? За что? — заикаюсь я, не уверена даже, что он смог разобрать мои слова.
— Долгая история, — медленно разворачивается ко мне лицом, на котором отпечатывается тень чего-то странного. Тяжёлого прошлого? — Скажу лишь то, что это вышло случайно. В итоге меня не признали виновным.
Я озадаченно потираю лицо взмокшей ладонью, принимая эту шокирующую действительность и пытаясь хоть как-то переварить её. Внимательно слежу за Каем, который, по всей видимости, увидев мою не самую лучшую реакцию, пожалел, что признался мне в этом, но затем он достаёт из кармана телефон, смотрит на его экран и неожиданно вдруг подрывается с места.
 
— Чёрт побери! Я совсем забыл…
— Что такое? Что-то случилось? — сама подскакиваю с кровати, испуганно уставившись на него.