Сочеванец (СИ)

– Ты пунктуален, покорное существо. Это твоё положительное качество, – ответил ему так же по-бульбульски грубый голос. – Но чтобы стать вождём своего народа, мало иметь только одно положительное качество – их должно быть множество. Например, ты должен быть исполнителен перед нами.
– Я стараюсь... Я стараюсь изо всех сил, – испугано ответил Льбабаль.
– Мало стараний. Нужны результаты! Когда ты приведёшь свой народ к покорности перед нами? – вмешался второй грубый голос.
– Я уже общался со своими единомышленниками, и они полностью меня поддержали. Но я не знаю, как подойти с этим к старшим наших поселений. Мой народ очень свободолюбивый. В наших священных писаниях твёрдо закреплено то, что бульбульцы никогда и ни перед кем не склонят голову...
– Глупцы! – прервал Льбабаля первый голос «сверхчеловека». – Не покориться и погибнуть – глупый выбор судьбы!
– Я с вами полностью согласен, – виновато сказал Льбабаль. – Но я не глупец. Я хочу жить и властвовать. А мой народ – да, глуповат, но я исправлю это. Дайте мне что-нибудь необычное  с ваших земель – какое-нибудь могущественное оружие – и я заставлю их уважать меня... вернее уважать вас.
– Ты такой же, как и твой народ. Мы уже начинаем сомневаться в целесообразности выбора твоей кандидатуры, как рычага влияния для покорности твоих собратьев. Разве ты не понимаешь, что мы легко могли бы завоевать твой народ? Но наивысшее наслаждение нам даст то, что целая раса добровольно нам покоряется – в этом и есть наша миссия!
– Простите меня! Я сделаю... Я всё сделаю, чтобы вы были довольны, – говорил Льбабаль.
– Даём тебе десять земных дней. Если по истечении этого срока не справишься, то просто уничтожим все ваши поселения.
– Я всё понял. Времени у меня не так много, поэтому буду с ними выходить на прямой разговор.
– Это в твоих же интересах, – сказал первый голос.
Обдумывая услышанное в куполе, я не заметил, как в проём уже начал влезать Льбабаль. Я встрепенулся, потом с шумом развернулся и пополз в сторону выхода.
– Кто здесь?! – крикнул мне вслед Льбабаль.
Понимая, что уже обнаружен и не могу остаться незамеченным, я рванул ещё быстрее к выходу.
– Стой! – Льбабаль зашевелился ещё быстрее.
Передо мной открылся свет внешнего мира, и я уже готовился спрыгнуть в заросли, но Льбабаль схватил меня за голень, и тело моё потеряло равновесие. Мои колени впечатались в твёрдые выступы выбитого проёма, и я взвыл от боли.
– Ах, это ты, «Пришелец»! Следишь за мной? Ну, сейчас я с тобой за всё расквитаюсь! – рассвирепел Льбабаль.
Претерпевая боль в коленях, я приподнялся, и силой вырвал свою ногу из лап Льбабаля, при этом, теряя равновесие из-за инерции,  вылетел боком на мягкие заросли липких кустарников. Льбабаль сразу же спрыгнул на меня и принялся своими лапами бить мне по щекам, задевая кривыми ногтями мою плоть. Не желая более быть «мальчиком для битья», я вывернулся из-под него и с разворота кулаком сильно ударил Льбабаля в правое оттопыренное ухо, отчего он упал и застонал. Пока я раздумывал бить ли дальше Льбабаля или убегать, услышал позади лёгкий острый звук, будто небольшая плеть рассекла воздух, и тут же меня в несколько петель обтянула тонкая синяя светящаяся верёвка. Эта верёвка развернула меня лицом к куполу и медленно потянула к проёму, из которого пронзающим взглядом на меня смотрел высокий бледный «сверхчеловек». Второй конец верёвки соединялся с рукавом его комбинезона.
– Перушто меши оккошу, – прошипел он на непонятном языке, когда подтянул меня ближе к своему лицу, в котором я увидел нереальную силу и ярость.
Я ничего не ответил, а только поводил кадыком, пытаясь глотнуть воздуха пересохшим горлом. Тут же увидел рядом и второго «сверхчеловека», который белой ладонью дважды крестом провёл по своему комбинезону и вокруг нас троих образовался искрящийся голубой туман. Через несколько секунд я заметил сквозь этот туман, что мы отдалились от поверхности земли, а контуры планеты очень быстро округлились. То ли из-за того, что петли сильно сдавливали мою грудь, то ли из-за нехватки воздуха в самом летательном аппарате, но моё сознание мгновенно потупилось, и я не запомнил, как далее перемещался в космическом пространстве с теми, кто меня пленил.
 
Очнулся я уже в необычном помещении, не имеющего ни стен, ни пола, ни потолка – точнее они были (спина и ноги упирались в какие-то перегородки), но полностью прозрачные, так как мне представился полный обзор того, что происходило за их пределами. «Тюрьма», в которой я находился, зависла в метрах ста от поверхности планеты, освещаемой в ночи двумя лунами. Внизу синими и красными переливными огнями мерцал город «сверхлюдей». Из различных мест этого города в небо вылетали яркие голубые точки, и такие же прилетали сверху. Некоторые из них проскакивали недалеко от меня. Эти голубые точки, видимо, были такими же летательными аппаратами, на одном из которых меня доставили сюда.
Мне жутко захотелось пить, поэтому я встал и пошёл вдоль прозрачной стены, в надежде, что она куда-нибудь меня да приведёт. Но она привела меня к примыкающей к ней другой прозрачной стене.
– Вот так попал! – воскликнул я с досадой.
– Керри кор борри, – послышался позади женский голос.
Медленно обернувшись назад, я увидел трёх человек – двух мужчин и одну женщину. Они были обычными людьми, если не считать того, как выглядела их одежда.
– Керри кор борри, – повторила женщина.
– Люди! Как же я рад вас видеть! – воскликнул я и пошёл к ним навстречу, но двое мужчин схватили меня за руки и резко придвинули к стене.
– М-м, – сказала женщина, подойдя поближе и всматриваясь в моё лицо.
В тусклом свете лун я разглядел в ней довольно симпатичную девушку лет двадцати двух с карими глазами и тёмными волосами. Черты лица её выражались пропорциональностью и умеренностью в размерах, а дыханье ощущалось лёгкой свежестью.
– Ба-арди, – протянула девушка в сторону одного из удерживающих меня мужчин.
Мужчины отпустили мои руки, а девушка жестом указала мне сесть. Мы вчетвером одновременно уселись на прозрачный пол и в течение минуты разглядывали друг друга.
– Алкур блерко? – видимо спросила меня девушка.
– Извините, барышня, я не понимаю пока вашего языка, но думаю, что в скором времени разберусь и в вашем лексиконе. Вот я знаю бульбульский, – сказал я ей по-русски. – Вы говорите по-бульбульски? – уже по-бульбульски спросил я, отчего она улыбнулась мне.
– Так ты из наших, получается? А чего кривлялся тогда? – продолжая улыбаться, спросила меня девушка по-бульбульски.
– Наверное, из ваших, – засиял я от радости, что нашёл с ней общий язык. – Но я не кривлялся. Это был мой родной язык.
– Никогда не слышал такого говора, – сказал высокий и крепкий мужчина слева.
– Очень похоже на древний язык предков, – сказал интеллигентного вида второй мужчина.
– Видимо, я и есть ваш предок. Я из прошлого – из две тысячи двадцать первого года.
Трое незнакомцев переглянулись между собой.
– А я и не удивляюсь возможностям тиронцев. Что им стоит достать человека из двадцать первого века? – сказала девушка и подсела ко мне ещё немного ближе, с любопытством рассматривая меня.
– А кто такие тиронцы? – спросил я.
– Наши так называемые братья и они же враги, проживающие на этой планете под названием Тирон.
– Тирон?
– Да, Тирон... Меня зовут Латира, – представилась девушка и протянула вперёд свою правую ладонь с растопыренными пальцами.
– Сергей, – ответил я ей и тоже протянул навстречу свою правую ладонь.
Мы скрестились с Латирой пальцами и пожали друг другу руки.
 
– А это мои соратники – Барди и Ворди, – представила она тех мужчин, и я с ними таким же образом пожал руки.
– Приятно познакомиться, – сказал я. – Но позвольте, откуда вы сами знаете бульбульский?
– Этот же вопрос я хотела задать тебе. Откуда человек из двадцать первого века знает язык, которого не существовало в его времени? – навстречу спросила меня Латира.