Thank God It's Christmas (СИ)

 - Честно говоря, я не понял. Он сказал, что ненавидит меня. И что я его давлю. Короче, отмазку какую-то выдумал. Наверняка завел себе кого-то! – Билл и сам не замечал, как нервно кромсал несчастную отбивную до тех пор, пока Том не отобрал у него нож. – О, - удивленно сказал он. – Надо же, как я с ней расправился.
 - Ага, порубил в кашу, - согласился Том. – Мясоруб!
  
 - Дерьмо, - прокомментировал Каулитц. – Я схожу с ума.
 - Все мы немножко чокнутые, - успокаивающе произнес Трюмпер. – Не стоит даже беспокоиться.
 - И ты?
 - И я, - кивнул Том.
 - В чем это выражается?
 - Ну хотя бы в том, что я помогаю человеку, который меня презирает, - Том сощурился и откинулся на спинку стула, внимательно глядя на Билла. Тот под его взглядом почувствовал себя неуютно, если не сказать больше – голым. – Впрочем, меня мало беспокоит этот факт.
 - Так почему ты помогаешь мне?
 - Хочу и помогаю. Безо всякой на то причины. Прикинь, как бывает?
 Билл тем вечером поздно пришел домой. Сил едва хватило на то, чтобы умыться и раздеться. Он уснул, едва прикоснувшись к подушке. Во сне он снова был счастлив с Бобом. Чертова память все подсовывала моменты прошлого.
 Выныривать из сна не хотелось совершенно. Боб любил его, тискал, мял, тормошил. Обнять и никуда не отпускать. Никому не открывать. И не просыпаться. Самое главное – не просыпаться.
 - Да иду я, - простонал Билл, выползая из-под одеяла и сонно потирая глаза. – Терпеть тебя не могу, - сообщил он Тому, открыв дверь.
 - Как ты умудряешься быть отличником, если так любишь поспать? – проигнорировал его заявление Трюмпер, без приглашения проходя в квартиру. – И почему про тебя говорят, что ты чистюля, если вот уже второй день около твоей кровати валяются носки?
 - Какое тебе дело до моих носков? – скрестил руки на груди Билл, чувствуя себя крайне глупо. – Где хотят, там и лежат.
 - Почему ты все еще не собран?
 - Мне снился прекрасный сон, - мечтательно улыбнулся Каулитц. – В котором…
 - Да какая разница, - перебил его Том. – Сны – это всего лишь сны. Одним сном доволен не будешь. Собирайся!
 - Черт тебя побери, Трюмпер, - недовольно скривился Билл, но послушно поплелся в ванную, недоумевая, почему все еще не послал настырного парня: общаться с ним не было ни малейшего желания, если уж совсем честно.
 Критически осмотрев себя в зеркале, Билл пришел к выводу, что страдания совсем не пошли ему на пользу: под глазами залегли тени, уголки губ печально опущены, во взгляде читается полнейшее безразличие.
 - Просто чудесно, - сообщил Каулитц отражению. – Ты меня радуешь как никогда. Уродец. Я бы тоже от тебя сбежал.
 Том снова сделал ему тосты. Это было ужасно непривычно, но, надо сказать, мило. Билл окинул его удивленным взглядом и сообщил:
 - Если ты так подкатываешь, то ты не угадал. Меня едой не возьмешь!
 - Ты параноик, - сообщил ему Трюмпер, не оборачиваясь.
 - Ты с кучей народу перевстречался, что я должен о тебе думать?
 - Ты не думай, тебе не идет, - посоветовал Том, пристально глядя на Билла.
 - Очень смешно, я обоссался от смеха, - кисло прокомментировал Каулитц и принялся за тосты. Есть не хотелось, но факт того, что кто-то приготовил ему завтрак, подкупал. Почему-то не хотелось обижать Тома в его стремлении угодить. Пусть даже если тот просто подкатывает к нему.
 Позавтракав и закинув тарелку в посудомоечную машину, они побрели на автобусную остановку.
 - Мы снова поедем помогать нищим? – скривился Билл, вспоминая неприятный запах, который преследовал его до самого дома. – Давай купим им гель для душа, а?
 - Ты ведешь себя как полное дерьмо, - прокомментировал Трюмпер. – Мы не едем помогать нищим. Мы едем гулять с собаками.
 - Ты что, зарабатываешь на жизнь, выгуливая собак? - выгнул бровь Билл. – Если так, я не собираюсь помогать тебе в твоей работе.
 - Нет, я не беру ни с кого денег за это, - терпеливо пояснил Том. – Мы будем гулять с собаками из приюта.
 - Нафига?
 - Потому что каждому живому существу хочется, чтобы кто-то уделил ему немного времени. Тебе ведь хочется? – Билл промолчал, раздумывая над ответом. По всему выходило, что Том прав. Только вот он никогда прежде не задумывался над этим. – Вот и им хочется.
 - Господи, это ведь всего лишь собаки, - проворчал Каулитц, стараясь не показывать смятения. – Им совершенно по барабану.
 - Ты ошибаешься.
 Билл и в самом деле ошибался. Он убедился в этом как только их провели к вольерам с собаками и предложили выбрать компаньона на сегодня. Каждый из псов смотрел на него так, словно он – их самый любимый человек. Выбрать кого-то одного не представлялось возможным. Всех собак было безумно жаль, хотелось взять их в охапку и тискать.
 - Бери Джека, - подошел к нему Том. – С ним редко гуляют. Он уродливый. Хозяева облили его кипятком, а потом выбросили.
 Пес и в самом деле красавцем не был, зато хвостом вилял активнее других. И глаза у него были гораздо печальней, чем у остальных – хотя куда уж печальней?
 - Я думал, уродливых собак больше любят.
 - Нет, - покачал головой Том. – Им сочувствуют, но обходят стороной. Джек в приюте уже год.
 - Тогда мы будем гулять именно с ним, да?
 - Нет. Ты будешь гулять с ним, а я беру Розу, - он указал на противоположную клетку. – Мы с ней дружим.
 - Ага! То есть мне – уродливого Джека, а себе симпатичную Розу? – обличающее взглянул на него Билл. – Экий ты…
 - У каждой собаки есть личный волонтер, - перебил Каулитца Том. – У Джека теперь есть ты.
 - В смысле теперь есть я? – растерянно посмотрел на собаку Билл. – Я думал, это единовременная акция.
 - И какой в этом всем тогда смысл? – сложил руки на груди Трюмпер. – Если ты собираешься бросить это все, как только разлюбишь своего Боба, то лучше уходи сразу.
 - Чего это? – подбоченился Билл в ответ. – Тебе-то какое дело?
  
 - Вот ты уйдешь, а он, – Том кивнул на собаку. – Будет тосковать. Мы в ответе за тех, кого приручили.
 - Почему же за меня тогда никто не отвечает? – тихо спросил Билл, присаживаясь на корточки и глядя на Джека, усиленно виляющего хвостом. – Не подскажешь, дружок?