Охотница на Лис (СИ)

И, не дожидаясь ответа или возражений, я просто взяла свою сумку — и вышла из кабинета, мечтая лишь об одном — оказаться в своей комнате. И вариант никогда не выходить из неё казался мне не таким уж и отталкивающим.
Вот вам и утреннее дурное предчувствие. Тот случай, когда не в бровь, а в глаз.
*****
Для Елисея день не задался с того самого момента, как он высадил свою девушку возле её альма-матер. Хотя, на первый взгляд ничто не предвещало беды — у него было отличное настроение, вовсю светило солнце, он был влюблён и счастлив. Казалось бы, что ещё нужно для счастья?
У жизни, однако, были свои планы на этот счёт, о чём они поспешили сообщить мужчине в виде звонка от его лучшего друга. Игнат, особо не церемонясь, потребовал, чтобы Воронцов «тащил свой зад в клуб». И что-то в его тоне подсказывало Лису, что проигнорировать этот призыв он не сможет.
Пришлось вспоминать о своих обязанностях и ехать на работу. В здании, кроме него и Васильева, никого не было. Сам же Игнат окопался в кабинете, перебирая какие-то только ему известные бумажки.
— Как себя чувствуешь? — поинтересовался Елисей, присаживаясь в кресло напротив.
Брюнет кивнул:
— Вашими молитвами. Но я тебя позвал не затем, чтобы мы тут светские беседы вели. У нас проблемы.
— Какие? — нахмурился Воронцов.
— Вот такие.
С этими словами Игнат протянул другу весь набор бумаг. Тот пробежался по ним взглядом и моргнул, словно надеясь, что ему просто померещилось. Но нет — документы всё еще маячили перед его глазами.
— Не понял. Что это? — решил всё же уточнить Лис.
— Это, друг мой, извещения о проверках, — «обрадовал» его Васильев, — Причём, от всех сразу — пожарка, налоговая, Роспотребнадзор, МВД, миграционка и ещё много замечательных организаций, которые вдруг резко решили вспомнить о нашем существовании.
— И когда конкретно они решили почтить нас своим визитом?
— Скажу тебе просто — ничего не планируй на следующие две недели, — продолжал вываливать на него новости, словно из рога изобилия, Игнат, — Начиная с понедельника, у нас тут начнут искать нарушения, нелегалов, проституток и наркотики. Безудержное веселье.
— Да уж, — хмыкнул Елисей, проводя рукой по гладко выбритому черепу.
Самих проверок, как таковых, он не боялся — бизнес свой он всегда вёл чисто и честно, и подловить его на чём-то незаконном было крайне сложно. Особенно, когда среди знакомых были ФСБшники. В другом городе, конечно, но бонус всё равно был весьма весомым.
Нет, его волновало другое. Пока не закончатся все эти набеги — клуб должен был оставаться закрытым. Что грозило потерей некоторой суммы денег. Но и это было не страшно — Лиса куда больше напрягал сам факт того, что несколько дней или недель ему придётся безвылазно торчать в клубе и не иметь возможности заниматься другими своими делами. Он даже уехать не сможет — все его дела и сделки окажутся под угрозой до тех пор, пока все инстанции не поставят галочку напротив графы «Нарушений нет». Не говоря уже о том, что сами эти инспекции были весьма утомительны.
— Но ведь у нас нет никаких проблем? — на всякий случай уточнил Елисей у друга.
Тот покачал головой:
— Нет. Всех проституток я уже вывез за город, нелегалов — утопил в море, а наркоту смыл в унитаз.
— Вот поэтому ты и мой друг, — усмехнулся Воронцов, но в этом жесте не было ни грамма веселья.
Брюнет кивнул и добавил уже не так уверенно:
— Вот только документацию я слегка забросил…Ну, как слегка, — поправил он сам себя, — Пару месяцев не открывал папки. Плюс-минус пару недель.
— Игнат! — воскликнул Лис.
— Елисей! — в тон ему отозвался Васильев.
— Какого хрена?! — продолжил Воронцов.
— Того самого. Я…блин, я не придумал отмазку, — честно признался Игнат, — Но я уверен, что ты не бросишь меня, и мы проведём несколько удивительных вечеров, заполняя все ведомости. Можем даже красить друг другу ногти и рассказывать последние сплетни.
— Нет уж, спасибо, — отказался Лис от такой перспективы, — Хватит и писанины.
 
Брюнет хмыкнул и хотел было еще что-то добавить, но его прервал звук входящего сообщения на телефоне. Достав аппарат, он взглянул на экран и улыбнулся — писала его девушка. Однако, перейдя по прикреплённой ссылке и изучив её содержимое, Игнат нахмурился.
— К слову о сплетнях, — медленно проговорил он, поднимая глаза на друга, — Братан, ты на первых полосах всех жёлтых изданий.
Елисей приподнял брови:
— Поясни.
Васильев протянул ему телефон:
— Вместо тысячи слов.
Мужчина, хмыкнув, выхватил аппарат из рук друга и бросил взгляд на экран. Пару секунду он изучал написанное и с удивлением узнавал себя и Алю на снимках, после чего немного растерянно спросил:
— Это что?
— Это, мой друг, то, что о вас пишут с самого утра. Марина прислала мне. Она сказала, что Аля уже это всё видела, и её это слегка расстроило. Она сорвалась домой после первой пары, и не отвечает на звонки.
Лис тут же поднял голову, как хищник, почуявший угрозу. И неважно было, от кого она исходила — куда больше его волновал тот факт, что направлена она была на его самого близкого человека. Ту, которую он клялся оберегать и защищать от всего.
— Аля расстроилась? — переспросил он.
Игнат только хмыкнул:
— А ты бы на её месте как отреагировал? Её выставили шлюхой и охотницей за деньгами в одном флаконе. Такое мало кого может обрадовать.
Лис рыкнул и ударил сжатым кулаком по столу.
— Эй, братан, полегче! Это красное дерево, — забеспокоился Васильев о целостности мебели.
— Плевать! — выплюнул Елисей, — Я должен ехать к ней!
— Эй, а как же документы? — воскликнул брюнет.
Воронцов смерил его тяжёлым взглядом:
— Ты правда считаешь, что эти бумажки для меня важнее, чем моя девушка?
Но в ответ Игнат пожал плечами и отозвался максимально спокойно, пытаясь урезонить друга:
— Я считаю, что это место — дело всей твоей жизни. И моей, кстати, тоже. И мы можем потерять всё, если ты не включишь голову. Поедешь к Але вечером. За день ничего не случится.
Однако, Лис был не настроен слушать друга. Поднявшись на ноги, тот презрительно хмыкнул и отозвался:
— Посмотрел бы я, как бы ты запел, будь это твоя драгоценная рыжая стерва.
— Не надо её так называть, — процедил Игнат сквозь зубы.
Нет, его друг и раньше позволял себе обращаться к Марине только так. Но всё зависело от интонации. И та, с которой Лис отозвался о рыжей в ту минуту, Васильеву не понравилась.
— Что, правда глаза колет? — хмыкнул Воронцов, испытывая мстительное удовольствие от того, что не только ему было плохо, — И вообще, — добавил он, словно желая добить друга, — Если бы так сильно любил это место — не запустил бы всё до такой степени. Так что разгребай всё это дерьмо сам. А я еду к той, которая действительно во мне нуждается.
С этими словами мужчина встал и, почти швырнув смартфон Игнату, вышел из кабинета. В душе он жалел только об одном — что еще не изобрели телепорт, и он не мог мгновенно переместиться к Але.
  
глава двадцать четвёртая
 
Глава двадцать четвертая
Следующие несколько дней были непростыми. Во всех смыслах этого слова. Интернет-новости продолжали вываливаться на меня, и в какой-то момент, устав от той порции лжи, которой журналисты щедро кормили своих читателей, я просто перестала мучить себя. Хотя, нет — это за меня сделали Катя, Марина и Елисей. Будь моя воля — я бы продолжила с удовольствием мазохиста вчитываться в каждую строчку, узнавая о себе всё более пикантные и интересные подробности. Например, некоторые писали, что на самом деле я — дочь крупного нефтяного магната, и наши отношения с Воронцовым не более чем хитроумный пиар-ход. Да уж, интересно, откуда они только брали идеи для своих сюжетов? Это же тянуло на целый роман или сценарий для сериала. Эдакий русский вариант Санта-Барбары. Глядишь, может, я бы и со своим отцом познакомилась. Может, пришло время писать в «Жди меня»? А что, популярность я уже обрела, по крайней мере, в своём городе.