Свихнуться без тебя

— Мы все — оборотни…
— У меня иная иерархия, и ни за кого, кроме тебя, Вит, я здесь не впрягусь.
— Стерва, — выплюнула другая девушка. — Идемте или вы хотите с ней драться? С женщиной?
— В первую очередь, я — фон Эрох. Делайте выводы.
Некоторые из мужчин стушевались. Званиями так просто не разбрасываются.
«Стадо» разошлось, освобождая проход к дому.
— Не нужно было так с ними. — Вит вздохнул. — Они видели, как я волновался, как Риан сходил с ума, как Арья бесилась из-за равнодушия мужа.
— Я не позволю вытирать об себя свои грязные языки. Прошло время, когда я могла молча терпеть. Хотят говорить — пусть ожидают ответку. А сдачу меня научили давать наотмашь.
Виттор рассмеялся:
— Извини. До сих пор не могу принять тот факт, что ты самодостаточная и сильная.
— Иво тоже периодически забывает, как гонял меня на полигоне и заставлял отрабатывать нормативы, — хмыкнула я. — Покажи мне сначала портрет.
Мы поднялись по лестнице, открыли дверь, и я сглотнула.
Все здесь: каждая вещь, каждая крупица воздуха — наполнено его запахом, его присутствием… Меня словно ударили под дых, но я заставила себя улыбнуться.
— Каково это? — тихо спросил брат.
— Тогда — словно душу выскребли из тела и продолжали вертеть в ране ножом. Сейчас… Инстинкты. Но я умею держать себя в руках, есть вещи важнее первобытной похоти. Даже если боги, создавшие эту связь, так не считают.
— Связи можно сопротивляться… Ты это доказала.
— Расстояние и дисциплина творят чудеса. Только вот детей никогда не будет. Ни у него, ни у меня. Поганая мирская система. — Захотелось сплюнуть. — Проводи меня в комнату. Кажется, она находится… если идти вот по этому коридору… Картину перед выходом посмотрим.
Повернулась и направилась.
— Я помню, как бегала по нему. Чаще плакала… Потому что дети бывают жестокими. Особенно к тем, кто слаб. Хорошо, что родители этого не видят. Мой отъезд их убил бы.
— Я тоже лишился части души. Никто не идеален. И я прикрывался делами, чтобы не проводить время с младшей сестрой. Но мы одной крови. Так было, так есть и так будет.
Признание в любви, не иначе…
Я подошла к нужной двери. Пахло одним лишь альфой.
— Он никого сюда не впускал. Даже Арью.
— Размазня он, Виттор. Не такой мужчина мне нужен. — Толкнула дверь, и на голову обрушились воспоминания.
Одноместная кровать с вязаным пледом и вышитой на нем буквой «Т», занавески… Пыльные, грязные и далеко уже не белые… Подушка на кровати примята, и даже на стуле висит одна из рубах Риана.
— Знаешь, ничего не чувствую здесь, кроме тоски твоего альфы.
— Тебе никогда не хотелось вернуться?
Хмыкнула:
— И стать третьей в этой семейной идиллии? Нет, спасибо. Я, может, и была размазней, но гордость во мне еще осталась.
— Нет. Просто чтобы увидеться… Хотя бы со мной. Тэри, я ведь места не находил себе, из года в год ожидая вести. Чего тебе стоило приехать, назначить встречу?..
Лицо брата резко стало серьезным.
Я подошла к комоду и провела пальцем по вздувшейся деревянной пыльной поверхности.
— Ты не знала, как я себя поведу, так?
— Отчасти, — грустно улыбнулась, хмуря лоб. — Я боялась, что не справлюсь с собой.
— Но сейчас приехала…
— Я не могу идти против воли государя, — повернулась и едко ответила ему. — Если бы не приказ, ноги бы моей не было в Лиссарде. Я отказалась от стаи двадцать лет назад и жалею только о том, что иначе думала про тебя.
— Иди ко мне.
Мне действительно нужны были объятия. Я чуяла, что эта комната стала отголоском души Риана, и на секунду мне стало его жаль. И мне надоело, что мою комнату, хоть и бывшую, превратили в подобие усыпальницы или музея.
Призвала силу, закрыла глаза и стала щелкать пальцами.
Кровать разлетелась вдребезги, за ней стол, комод, стул…
— Тэри, перестань! — зарычал Вит.
Я закончила, когда вся мебель превратилась в щепки. И старый шкаф с моими платьями.
— Хватит ему жить прошлым. Толку от этого ноль.
Вышла с чувством удовлетворения. Словно отомстила за детские обиды.
— Он меня убьет, — прошептал Вит, идя за мной. — Ты ведь знаешь, что Риан не отличается сдержанностью?
 
— Я тоже. И вряд ли он, лежа на моей постели, думает о феях и цветах. — Я ехидно рассмеялась и поежилась.
— Откуда у тебя такая магия?
— Наследственность. Любой может развить в себе дар, если есть его крупица в крови. Мне было сложнее всего, потому что приходилось работать круглосуточно, чтобы добиться результата. Годы тренировок — и я могу делать разные фокусы.
Говорить о том, что на мне постоянно висит усилитель магии, не стала. Тронула мамин кулон, который уже давно служит мне верой и правдой.
Виттор привел меня к картине. Я там выглядела совсем юной, наивной. Я помню, как рисовали миниатюру, когда мне было пятнадцать. Сидеть пришлось долго.
Вит тогда велел надеть белое платье, распустить волосы и улыбаться так, словно я увидела нечто волшебное. Получилось красиво… Искренний взгляд, прямо сияющий… Блестящая от бликов кожа, и даже волосы сделали несколько иначе…
— Хорошая работа. Ладно, пусть висит. Идем бегать, у меня на сегодня много планов.
Ага, отдохнуть от всех… Хороший план. А потом получить нагоняй от короля. Хотя, может, обойдется…
— Ты могла бы всем тут заправлять.
Рассмеялась над жалкой попыткой брата немного склонить меня в сторону Риана и стаи. Обещал не лезть, но бета в нем сдохнет нескоро. Сам бы встретил пару — посмотрела бы…
— Милый, я невеста архимага, ректора военной академии. Он титулованный, богатый, властный… Чем не идеал?
— Я хотел бы понянчить племянников.
— Найди пару и занимайся своими детьми! — рыкнула я. — Виттор, прекращай или поссоримся.
Мы вышли из дома, и я выругалась.
— Ты сказал, что его тут не будет.
— Да, он собирался отлучиться до вечера, — пробормотал братец.
Улья нагло вешала на уши Риана лапшу, а тот ее смахивал, рыча на истеричную женщину. На меня смотрел голодным взглядом, слово на кусок мяса.
— Знаешь, Вит, перенесем пробежку на другой раз, хорошо?
Поравнялась с альфой и вздернула бровь.
— Ты угрожала стае, — ровно проговорил рыжий.
Сегодня он был одет по-простому. Когда-то мне хотелось запустить руки в его густые волосы, провести пальцем по двухдневной щетине, коснуться выемки на подбородке и поцеловать кончик носа. Сейчас во мне кипело одно желание: сломать его.
— Отстаивала права, — пожала плечами. — У твоих… оборотней слишком распущены языки. Забросил воспитание, раз женщины могут помыкать?
— Альфа! Она заявила, что я теряю детей, потому что боги наказали! — Улья тыкнула в меня пальцем, который я схватила и вывернула.
Женщина опустилась на колени, крича от боли.
— Я предупреждала, — прошипела я. — Еще одно действие против меня — и будете иметь дело с нехорошей моей стороной. Виттор, на связи. И альфа… Рыба гниет с головы. Вот скажи, на кой черт мне сдался такой, как ты?
— Мы поговорим. Скоро, — процедил Риан, глаза которого сверкали бешенством. — Отпусти ее.
— Пусть извинится… Хотя от этой мне бесполезное сотрясание воздуха не нужно. И наведи порядок в моей комнате, я несколько увлеклась.
Отпустила палец Ульи и с гордо поднятой головой пошла к выходу, тогда как Ар’риан побежал в дом, из которого послышался рык.
Отчаянный. Громкий. Надрывный.
И стоит того маленькая грязная комната?
Мужчины, однако, такие странные…
  
Глава 8
 
ПРЕДАННОСТЬ — ЭТО ПОХВАЛЬНО
 
Целый день я прогуливалась по улочкам столицы, вдыхая южный воздух. Наслаждалась лучами солнца. Юг и север столь разные. И запахи так различаются. В Винсене — свежий, чистый, без всяких примесей. Здесь же теплый, с пряностью, зеленью, порой пахло рыбой и мясом. Не всегда, правда, свежим. Но все равно было здорово не кутаться в теплые вещи, не прятать нос за шарфом, втягивать в себя сотню ароматов и жмуриться от блаженства.