Свихнуться без тебя

Принцесса ахнула и закричала:
— Коэ-э-э-э-э-эль! Нападение!
Что, и принц здесь тоже? А вот это неожиданно!
Из музея выбежал этот смазливый мерзавец. На стражника и внимания не обратил, заозирался.
Нет, принц, нас не учуешь и не поймаешь…
На плечо легла рука напарника.
Одетта кинулась в объятия брата, который лишь брезгливо поморщился:
— Успокойся. Вероятно, решили ограбить, но испугались меня.
Какой, однако, самоуверенный, да и гладит он ее по спине и ниже, не как старший брат…
У меня глаза на лоб полезли. Вот так новость!
— Не здесь же, — оскалилась девушка. — Отцу ничего не будем рассказывать. А то мало ли, вдруг еще парочку стражей приставит.
— Его долбанули парализующим заклятием. Он в отключке пробудет до утра. Так что у нас есть время сходить в музей.
— Ах, милый, я так соскучилась!
— Да я тоже, лепесток. Оди, внутрь. А я разберусь с кучером.
Рука Гейба вытянулась вперед, показывая маленький мигающий синий артефакт в виде шарика.
Повернулась и взглядом показала, что надо валить.
А когда оказались в таверне, нацепили купол тишины, и я громко и заливисто расхохоталась. Гейб широко улыбался.
— Ну ты и жук! Зато информация взрывная!
— Будешь говорить королю?
Кивнула:
— Безусловно, и надеюсь, он пересмотрит свои планы породниться с этой… И меня депортируют обратно!
Я действительно воодушевилась. И на радостях мы с другом налопались так, что хотелось просто лечь и сдохнуть.
— Ты булку обещал и шоколадку.
— Обещанного пять лет ждут, — махнул рукой Гейб. — Значит, связываемся с правителем, доносим информацию и решаем, что делать, по щелчку его пальцев.
— Так точно, — цокнула языком. — А пока у нас есть воры, убийство и взрыв. И это помимо всего.
— Я всегда тебя любил за точное описание проблем и за молниеносную порчу настроения. Вот зачем ты о работе? Знаешь, что говорят у нас, у барсов?
— Ну давай, удиви!
— «Не будешь работать — познакомишься с задницей волка в горячке».
— Ой дура-а-ак! — хлопнула себя по лбу. — И раз уж мы о пятых точках… С кем ты переспал во дворце?
Гейб отвел глаза:
— А можно…
— Нет, — отрезала. — Зная тебя — дамочка глубоко замужем.
— Это младшая сестра императрицы. Пухленькая такая, сочная… Мять — одно удовольствие.
Скривилась:
— Уволь меня от кошачьих подробностей. Самой хочется…
Оборотни издавна считались страстными натурами. И две недели без Иво, а также близость истинной пары заставляли волчицу метаться из угла в угол. Она тоже скучала по ректору и так же хотела познать телесную радость с парой.
— Нет! — рыкнула себе. — Мы сильнее этого. Когда-то давно справились и сейчас не пропадем.
— Да-а, а я не замечал, как тебя трясет от этой рыжей бестии с поганой мордой.
Я промолчала. А что можно ответить на правду? Годы тренировок не прошли даром, и я могу скрывать эмоции внешне, загонять их глубоко… Но именно эти не хотели меня отпускать.
И поэтому встала, отряхнулась от крошек…
— Работать!
Многие думают, что профессия дознавателя — это постоянные бои, противостояния, наслаждение чувством опасности. Да, это так… Но перед всем этим идет нудная, кропотливая работа. И я ее любила. Очень.
И вся моя команда — тоже…
Последний день недели стал для меня выходным. У начальников их в принципе не бывает, потому что всегда должен быть готов и вооружен. Но сегодня я послала весь департамент на четыре веселых буквы и «мягко» попросила не беспокоить.
Я давно не была в Лэнхоме, и мне просто хотелось погулять, зайти в пару музеев, поесть пахлаву, которая, помнится, так и таяла на языке, взрываясь ореховым вкусом.
Гейб также решил, что ему нужно развлечься. И я даже предположила, с кем…
Бешеный ритм жизни несколько меня утомил. Хотя и не такое бывало.
Утро началось с ароматного бодрящего кофе, выпечки из пекарни и свежего выпуска «желтухи».
Писали там всякое-разное и даже сделали заметку, что в городе появилась женщина-вояка со стальными бубенцами. Потешное издание, которое может когда-нибудь нарваться на кулак по своему раздувшемуся эго.
 
Тишина, трель птиц за окном, гогот подчиненных и лай собак.
Еще вчера я узнала, что Ар’риан целый день пробудет во дворце, а Виттор ждет меня для пробежки в родном лесу.
Сейчас я как раз туда и намыливалась, а потом уже отдых в столице и отчет его величеству.
Вчера мой мозг не мог даже оценить степень мерзости… Брат и сестра — любовники… Такое даже в страшном сне не приснится. Нет, для чистоты крови когда-то сочетались браком кузены, но не родные…
Зевнула. Поднялась в гардеробную, скинула с себя халат.
Подняла с пола грязные носки Гейба. Отнесла и кинула на его постель. Вот что за привычка? Неужели нельзя не разбрасывать?
Натянула брюки болотного цвета, легкую льняную рубаху, собрала волосы в высокий хвост.
Не забыла посмотреться в зеркало и скорчить рожицу.
До территории оборотней Лиссарда я доехала на лошади, которую мне любезно предоставили за пару монет. Не было смысла покупать, так как для постоянного пользования она и не нужна была.
У каменных врат меня встретил брат.
— Добро пожаловать домой, — распахнул он объятия, когда я спрыгнула с Вереска.
Я промолчала, не стала говорить, что это место давно выветрилось из моего сердца.
Мы прошли на территорию. Она была огромной. Ее опоясывала каменная стена, внутри которой образовался собственный городок.
— Я смотрю, жизнь кипит.
Мимо проходили волки, кивали Виттору и жадно рассматривали меня.
— Мы выращиваем фрукты, овощи, пшеницу. Чуть севернее стоит мельница и перемалывает зерновые культуры в муку. Потом это все отправляется на столичный базар, а также по заявкам. У нас постоянная клиентура, в том числе и императорский дворец. Дети, пока родители трудятся на благо стаи, пристроены в местные ясли. Под них выделена хижина. Идем в дом.
— А бег?
— Позже. Неужели не хочешь побывать в своей комнате и вернуться назад в прошлое?
По моему лицу было видно: не хочу.
— То есть у вас все при деле?
— Кто-то работает в городе. Риан не запрещает искать свой путь.
— Отстегивая при этом процент стае.
Вит пожал плечами:
— Риан дал им кров, защиту и принадлежность. Он не обязан кормить приживал. Каждый должен быть полезен.
Около главного дома толпились оборотни. Женщины, мужчины, подростки… Только детей не было. Я насчитала пятьдесят голов. Недовольных, к слову…
— Бета, а не твоя ли это блудная сестра? — выступила вперед одна женщина, в чертах которой я разглядела…
— Улья! — предупреждающе рыкнул Вит.
— Она, значит, шлялась двадцать лет, вы беспокоились, а сейчас…
— Да! Предателю нечего делать на этой земле, — поддакнул женщине какой-то мужчина.
— Прекратить! — рявкнул бета стаи, и все притихли. — Ты как? — повернулся ко мне.
— Ты думаешь, меня волнует мнение кучки бесполезного мяса? — Я растянула губы в улыбке. — У них на лицах написано, что они стадо. Одна корова замычала, и все за ней пошли.
— Я не корова! — взвизгнула Улья. — Тебе здесь не рады, — прошипела она. — Всегда своим жалким видом портила воздух.
Абсурдная ситуация… Та, которая меня обижала когда-то, сейчас пытается сделать то же самое. Не получается, а так хотелось выделиться за мой счет. А время ее подпортило. Улья стала худосочной оборотницей. У рта скопилась еле заметная желтизна.
— Знаешь, отчего у тебя случаются постоянные выкидыши? — прямо спросила у Ульи, которая резко утратила весь запал. — От поганого языка и характера. Боги видят, что такой дряни не стоит доверять детей. И они полностью правы. Предупреждаю всех, — чеканила я слова, — еще одно оскорбление в мою сторону — и будет дуэль. Насмерть.
 
— Тэри, — выдохнул Виттор, — не говори того, чего не сможешь сделать.
— Брат, не волнуйся. Если нужно будет показательно убить, я это сделаю.