Любовь без поцелуев (СИ)

– Эх, а вот когда я был маленьким, передо мной таких вопросов не возникало. Какие деньги? Партия за меня платила!
– Какая партия? – поинтересовался я. Это что же за партия такая?
– Коммунистическая. В то время…
Тут Вовчик сделал страшное лицо и утащил меня из комнаты, сказав, что что-то показать хочет.
– Блин, если при бате упомянуть всю эту хрень, он в жизни не заткнётся. Он уверен, что стал бы чемпионом Союза или как-то так, если бы чего-то там не развалилось, и ему бы не пришлось деньги зарабатывать. Он, типа, сдал от этого и сейчас таких результатов не выдаёт. Потому и меня напрягает – ты, говорит, лучше сейчас жизнь прочувствуй, чем потом. А мать – ну, у неё свои соображения. Они всё время спорят на эту тему, а мне как-то по барабану. Я не хотел бы в Советском Союзе жить. Пионеры, Ленин, Сталин…
– Маркс и Энгельс, – вспомнил я.
– Комсомол там всякий… Вот прикинь, какой-нибудь хмырь-секретарь комсомола начал бы до тебя докапываться: «Почему, мол, не так одеваешься, почему так себя ведёшь, почему взносы не платишь?»
– А вот хуй! Это я был бы секретарь, это я бы до всех докапывался! – мне вдруг стало смешно. И грустно. Вот и Макс тоже переживал из-за этого. Макс… И всё-то я на него натыкаюсь. На его слова, на его мысли, на его поступки. Как будто он не только свою комнату захламлял своими вещами, но и всю мою жизнь – собой. Только вещи он забрал, а себя оставил где-то внутри меня. Внутри не там, где сердце, кости, кишки, кровь и лимфа, а где-то ещё, где существует душа, которая у меня есть, что бы там ни думала наша русичка, душа, которая болит сейчас, которая, наверное, попадёт в ад, если бог существует.
– Пошли ещё погуляем, – предложил я.
Мы снова шарахались, катались с горки, у каких-то китайцев купили бомбочек целый вагон, часть я сныкал, а часть мы взрывали около машин и они начинали завывать сигнализацией. Я приметил какую-то вентиляцию открытую, слепил снежок, вставил туда несколько штук и закинул внутрь – они там рванули, звук получился классный, представляю, как там в здании все задёргались! Кто-то даже в окно высунулся и начал на нас орать и тоже схлопотал снежок – уже, правда, без бомбочки.
– Смотри-ка, ювелирка. Давай зайдём!
Не знаю, но к украшениям, к золоту меня всегда тянуло страшно. У меня было кое-что – выигранное в покер, выменянное, отданное взамен за помощь. По большей части – девчачье всё. Я не хранил это у себя, отдавал Банни, она увозила к себе домой. После выпуска из интерната – заберу. Стукнет восемнадцать – продам. Или Вовчика, вот, попрошу.
В ювелирке я с удовольствием рассматривал украшения, особенно золото и платину. Вот эта цепь мне бы в самый раз. Часы… нихуя себе, сколько стоят! Блин, иконы с серебряными нашлёпками или как эта хрень называется… Ложечки серебряные, всякие штучки из янтаря… А тут что?
Тут – это стойка с подержанными украшениями. Цепочки, крестики… О, серёжки, у меня такие есть… Хм, мало стоят. О!
От этого кольца я взгляд не смог отвести. Оно было серебряным, таким простым вроде, с зелёным камнем. Камень имел форму сердца и наискосок был перехвачен как серебряной ленточкой, в которой чередовались маленькие чёрные и прозрачные блестящие камушки. Цвет у камня был такой не ярко-зелёный, как у изумрудов, которые я раньше рассматривал, не жёлто-зелёный, а… Такой странный и сам он внутри был с жилочками, как будто это лёд зелёный, но на гранях переливался.
– Молодой человек, Вам чего? – обратилась ко мне продавщица. Я ей не нравился, это понятно. – Вы учтите, у меня тут тревожная кнопка, если что, я милицию мигом вызову.
– А что сразу милицию? Может я купить что-нибудь хочу? Вот это кольцо, например! – я ткнул пальцем в зелёный камень. – Чё, кстати, оно такое дешёвое? Камень фальшивый?
– Камень настоящий, это хризолит. Не очень чистый, но настоящий. Кольцо сделано на заказ, серебро невысокой пробы, камни вот эти мелкие – фианиты и морионы. Размер не женский, а мужчины такое не носят. Если хотите сделать девушке подарок на День святого Валентина или 8 Марта, то могу посоветовать по той же цене…
 
– Я покупаю, – я взял с собой всю свою заначку и сейчас, кажется, собирался отдать немало за кольцо, которое мне только на мизинец налезет, которое я и носить-то не буду… Но я хотел его купить.
– Коробочку взять не хотите?
Коробочки мне не понравились. Какие-то не такие, как надо. Дурацкий бархат, дурацкая форма – сердечки, бутоны розочек, лебедь… Всё не то.
Вовчик смотрел на меня, как на дебила, но мне было как-то пофиг. Вообще, странное у меня было настроение.
Затем мы вернулись к нему домой и был обед их четырёх блюд и десерт. Потом мы с его братом смотрели какой-то странный фильм, я не врубился до конца, про что он – кто-то за кем-то гнался, какие-то странные длинноволосые типы, мечи, луки, магия…
– Чё за кино?
– «Властелин Колец: Две Крепости»
– А это про что?
– А ты не знаешь? – этот мелкий на меня посмотрел, я такой взгляд знал. «Ты этого что, не читал?» Так Игорь иногда смотрит, так Макс смотрел. – Про Кольцо Всевластия, конечно.
– А, сказка…
– Сам ты сказка! Ты, по ходу, как мой брат, в жизни три книжки прочитал: азбуку, вторую и синюю.
– Да ты юморист, я смотрю. Петросяну тексты пишешь? – я отмахнулся. Кольцо Всевластия, надо же. – И что, это кольцо желания исполняло?
– Оно давало власть! Единую, чтобы всеми править…
Вовчик фыркнул, а я присмотрелся к его брательнику повнимательнее. Они с Вовчиком на лицо всё-таки похожи, только Вовчик весь накачанный, прямо посмотреть и потрогать приятно. А этот тощий, сплошные локти и коленки, да ещё очки на носу… не люблю очкариков, помер бы, если бы очки носить пришлось.
– Хочешь себе такое кольцо, да?
Пацан поставил фильм на паузу, там какая-то лысая хуйня как раз в воду смотрела на себя. Ну и рожа – напоминает одного пацана в интернате для дебилов, прямо вылитый!
– А кто не хочет? В этом-то и смысл – его все хотят, но его надо уничтожить. Фродо идёт в Мордор, чтобы бросить его в лаву…
– Зачем?
– Потому что это единственный способ остановить Саурона, ну, Тёмного Повелителя, хозяина Кольца….
– А если самому надеть это кольцо?
– Тогда ты либо свихнёшься, либо станешь тёмным повелителем сам.
– А это плохо – быть тёмным повелителем? – вот поэтому и не люблю сказки. Вечно там все добрые, хорошие, тупые до отвращения, но почему-то побеждают, а плохие проигрывают, хотя умнее и сильнее.
– Да, – ответил Вовчиков брат, и я понял по голосу, что на самом деле он так не думает, что у него, наверное, проблемы в школе, а заступиться за него некому, потому что предки заняты собой, а старший брат в интернате. Не знаю, как я это понял… Просто понял.
– Фигня. Враньё, как про то, что если будешь дрочить – ослепнешь. Власть – это ум и сила. Не знаю, как в сказке, а в жизни они всё и решают.
– Хорошо тебе говорить, когда ты сильный, – Артём бросил тапком в кота, – кыш, Том! Любит он за ноги кусать…
– Найди себе кого-нибудь сильного и подружись с ним. У нас в интернате только так и живут, – равнодушно пожал плечами Вовчик, – а ты с людьми общаться не умеешь, кидаешься на всех, как припадочный.
– Очень надо мне со всякими идиотами общаться, – пацан снова включил фильм, но мне смотреть было не очень интересно, я никак суть не мог уловить, только и смотрел на пейзажи и сражения.
А потом наступил вечер и мы перекусили, собрали вещи и вернулись в интернат. А на следующий день каникулы закончились, и мы снова играли в покер, и я отыграл все деньги, которые потратил на кольцо. Ничего особенного не произошло. Азаев только не играл, хоть и приехал. Да и ну его нахуй, раз не свалил. Успею я до него доебаться.
Я подарил ракушку Банни. Прикольная штука – баночка с запечатанной ракушкой и такая подвесочка с маленькой клеточкой. Ракушку открываешь – в ней жемчужинка. Её в эту клеточку вставляешь и носишь. Жемчужина была маленькая, меньше горошины, но чёрная. Банни понравилось. Она мне презентовала классный шарф, серый с чёрным, Игорь – шикарный блокнот в кожаном переплёте, с позолоченной кромкой и золотой ручкой (не настоящей золотой, конечно, но выглядит круто). Даже Дёмин подарок сделал – лазерный фонарик-указку. Вроде фигня-фингёй, но дорог не подарок, дорого внимание – да и понравился он мне.