Сросшиеся с ним (ЛП)

— Что, черт возьми, мне теперь делать? — спрашиваю я у города внизу.
Достав телефон, я отправляю групповое сообщение Холли и Саре, сообщая им, чтобы они приехали сюда как можно скорее. Они обе сразу же отвечают, что уже в пути. Поспешив к Лиссе, я оставила свою сумку в офисе Зака, а машину — в клубе. Недолго думая, я звоню Брэю, и он отвечает на первом же звонке.
— Что случилось? — спрашивает он вместо приветствия.
— Ничего не случилось. Почему что-то должно быть не так, чтобы девушка тебе позвонила?
— Детка, во-первых, ты не девушка, ты женщина. Поверь мне, я близко и лично сталкивался с твоей женственностью. Я знаю. Во-вторых, женщины не звонят мне днем; обычно это происходит поздно вечером. Единственная девушка, которая звонит мне днем, — это моя младшая сестра. Так что я спрошу еще раз: что случилось?
Черт побери, почему упоминание о том, что другие женщины звонят ему только для того, чтобы потрахаться, заставляет мою кровь кипеть? Мне все равно, кто и зачем звонит ему. Если я повторяю это достаточно часто, значит, это правда, верно? Решив вести себя как взрослая и проигнорировать его упоминания о событиях прошлой ночи, я говорю ему, зачем именно звоню, надеясь, что могу доверять ему настолько, что он доставит мне машину в целости и сохранности.
— Ладно, дело в том, что нам с Заком нужно было забрать Лиссу с работы. Кое-что случилось, и, выбегая из офиса Зака, я забыла…
Меня прервал его рокочущий голос на другом конце телефона.
— Что, черт возьми, случилось с Лиссой? И почему ты не рассказала об этом сразу? Где она сейчас? Я уже еду!
— Подожди, Брэй, с Лиссой все в порядке. Мы в квартире Зака, и она с ним в спальне. Мне нужно, чтобы ты забрал мою сумку из офиса Зака — ключи от машины в моей сумке. Ты не мог бы перегнать мою машину сюда?
— Не беспокойся, детка, я буду там раньше, чем ты думаешь. Ты уверена, что с ней все в порядке? — похоже, он искренне переживает за нее. Я не совсем понимаю, как к этому относиться.
— Да, с ней все в порядке. Но ты не будешь в порядке, если на моей машине появится хоть одна царапина. Это черный GT на парковке.
— Ты ездишь на гребаном «Мустанге»? Скоро буду. И не строй планов на вечер. Ты занята, — он вешает трубку, прежде чем я успеваю пригрозить ему, что произойдет, если он повредит мою машину. Или сказать ему, что он сошел с ума, если думает, что я проведу вечер с ним.
Пока я жду приезда Холли и Сары, а теперь и Брэя, я придумываю оригинальный план, как сбежать из здания так, чтобы Брэй не заметил, что я ухожу. Ну, не совсем оригинальный, ведь мы с Холли всю жизнь менялись местами и дурачили людей. Никто, кроме наших родителей и самых близких друзей, не может сказать, что мы поменялись личностями. Я выйду из этого здания под именем Холли, а не Райли. К тому времени, как Брэй заметит это, если заметит, я буду уже далеко.
Глава четвертая
Брэй
Пригнать машину Райли к дому Зака — не проблема, а удовольствие. Эта машина просто гребаная мечта. Откуда, черт возьми, она у Райли? Я знаю, что она не так давно окончила университет, у нее была какая-то работа до того, как Зак нанял ее, а это случилось только сегодня.
Мне приходит в голову мысль, что машину купил ей парень или что-то в этом роде. От этой мысли я крепче, чем нужно, сжимаю руль. Хотя я не думаю, что Райли может принять подобный подарок от парня. Может, она ребенок с трастовым фондом — кто, черт возьми, знает? Я настроен узнать все, что возможно, об этой огненной искусительнице.
Зайдя в квартиру Зака, я словно попадаю домой. Сюда мы переехали после смерти родителей. Зак уже съехал из дома к тому времени и жил с Дином в идеальной холостяцкой квартире. Когда наши родители погибли, его траст стал доступен, и он купил пентхаус, переселив нас с Эллой к себе. Он также купил здание «Слияния». В 20 лет он взял на работу двух подростков и открыл то, что сейчас является самым горячим ночным клубом в Сиднее.
 
Я горжусь тем, что он мой брат; нет ничего, чего бы я не сделал для него. Зная его, он сейчас тихо сходит с ума от того, что с Алиссой что-то случилось. Я еще даже не знаю, что, черт возьми, произошло, а уже переживаю.
Гостиная пуста, поэтому я пробираюсь на кухню. Остановившись в дверном проеме, я остаюсь вне поля зрения, наблюдая за тем, как Райли разговаривает с Эллой.
Взяв руки Эллы в свои, она шепчет:
— Зайчик, если тебе нужна помощь, я помогу тебе. Я обещаю. Кто сделал это с тобой? Это был Зак? Брэй?
От ее вопросов я прихожу в бешенство, как будто мы с Заком когда-нибудь поднимем руку на женщину. Любой, кто знаком с нами, знает, что нет ничего, чего мы не сделали бы для Эллы. Парень, который сейчас кормит червей в лесу Вулломби, подтвердит это. Если бы он еще дышал и мог говорить. Это тот самый парень, который оставил синяки на лице моей сестры. От одной мысли о том, что он хотел с ней сделать, мне хочется вернуть этого засранца к жизни, чтобы убить его еще раз.
— Мне все равно, насколько они большие или страшные; я прикончу того, кто это с тобой сделал. Это ненормально. С тобой нельзя так обращаться! Я забираю тебя к себе, и ты можешь больше ни о чем не беспокоиться.
Райли продолжает нести чушь. Она действительно накручивает себя, и это меня одновременно забавляет и вызывает еще какое-то чувство, которое я пока не могу понять. Тот факт, что она беспокоится о благополучии моей младшей сестры и готова помочь ей, не думая о себе по меньшей мере восхищает.
Выражение лица Эллы просто бесценно. Видно, что она не знает, что делать. Нахмурив брови, она пытается убедить Райли, что с ней все в порядке.
— Подожди, ты думаешь, что Зак или Брэй сделали бы это со мной? Ты же знаешь, что они мои братья, не так ли?
— Мне все равно, кто они; если они виноваты в этом, то их яйца будут стоять у меня на каминной полке в маленьких стеклянных баночках, — Райли говорит это так убедительно, что я действительно верю, будто она попытается отрезать нам яйца.
Мы с младшим оба очень привязаны к этим яйцам и не собираемся расставаться с ними в ближайшее время, если я, конечно, смогу их сохранить.
Элла выглядит растерянной, не зная, как вести себя со стоящей перед ней огненной фурией. Я знаю, как бы я хотел с ней поступить; к сожалению, в присутствии сестры это не лучший вариант. Я уже собираюсь заявить о себе и избавить Эллу от страданий, когда она наконец начинает говорить.
— Ладно, ты, очевидно, совсем не знаешь моих братьев, если думаешь, что они способны так со мной поступить. На меня напали в «Слиянии». Можешь спросить у Лиссы. Это она оказала мне первую помощь, — лицо Эллы пустое, словно она рассказывает историю, к которой не имеет никакого отношения.
Не выдержав ее выражения лица, я захожу на кухню. И делаю это не очень тихо. Топая ногами по деревянному полу, я подхожу к Элле и Райли, вставая между ними так, чтобы оказаться спиной к Райли.
— Вот ты где, милая. Я искал тебя по всему этому проклятому замку, — говорю я, заключая Эллу в объятия и нежно целуя ее в лоб. Она тут же обхватывает меня за талию и кладет голову мне на грудь.
Я поворачиваюсь, не выпуская Эллу из объятий, и мой взгляд падает на шокированное лицо Райли, хотя она быстро приходит в себя и сменяет свой взгляд на хмурый, направленный прямо на меня. Подняв вопросительно бровь, она уходит из кухни. Мой взгляд сразу же притягивает ее идеальная, бл*дь, задница в форме сердца, которую сейчас обнимает обтягивающая юбка.
Я думал, что Райли была чертовски великолепна в том почти отсутствующем клубном платье, которое я сорвал с нее прошлой ночью. Но оно не сравнится с рабочей одеждой Райли и ее образом сексуального библиотекаря. Ммм, интересно, смогу ли я заставить ее надеть очки с этим нарядом, пока буду укладывать на стол.
Отойдя от Эллы, я освобождаю голову от мыслей о Райли, осматривая синяки на лице младшей сестры. Я не могу побороть ярость, которая охватывает меня, когда я вижу ее в таком состоянии.