Плачь, детка, плачь (СИ)

Мы идем дальше. Луна сияет так ярко, что практически все вокруг видно. Тихое шумящее море постоянно выплескивается на берег.
— Я бы предпочла никогда больше не возвращаться, — говорю я Райли.
— Мы могли бы остаться здесь навсегда. Я мог бы платить Эмбер арендную плату, и мы могли бы жить здесь. Эмбер боготворит меня, а Мейсона — нет. В принципе, как и все остальные.
— И что тогда? Что мы будем здесь делать потом?
— Мы будем просыпаться по утрам и пить кофе, наблюдая за рассветом. Потом будем купаться в море голышом, потому что здесь больше никого нет, и заниматься фантастическим сексом на берегу. А если будет прохладно, я буду разжигать камин. Мы будем пить горячий шоколад с зефиром, который ты так любишь. Он знает, что ты любишь какао? И что единственное место на твоем теле, где ты боишься щекотки — это в изгибе локтя? — он щиплет меня, и я с визгом подпрыгиваю. Но он продолжает мечтать о нашем будущем. — Мы будем просто лежать на диване и существовать. Если захочешь, мы поедем в город и купим для тебя самые красивые платья или пойдем в библиотеку и отыщем лучшие книги. Ты все еще читаешь, Эмилия? Когда ты прочитала свою последнюю книгу? — я с удивлением смотрю на него, потому что только сейчас понимаю, что больше полугода я ничего не читала, и что он все еще так хорошо знает меня и описал мой идеальный день.
Я вздыхаю.
— Это звучит идеально, в этом и проблема, Райли. Я не идеальна. Есть вещи, о которых ты не знаешь, и я, вероятно, никогда не расскажу тебе. Монстр, который живет в Мейсоне, живет и во мне тоже, и он разрушает меня, желая поглотить полностью.
— Эмилия, в этой истории я супергерой. Я справлюсь с любым монстром. Знаешь, проблема заключалась в том, что ты закрылась от меня с самого начала, потому что думала, что я не справлюсь с твоим грузом, а потом Мейсон воспользовался твоей слабостью и затянул тебя в свои чары, как вампир. А теперь ты полностью обессилена, Эмилия. Ты даже приблизительно не та, кого я знал. Да, ты всегда была застенчивой, но у тебя была и другая сторона, когда ты очень часто говорила мне свое мнение. Но то, что я вижу сейчас — это маленький испуганный олененок, ослепленный фарами, но все еще не убегающий с дороги. Ты пустая, он тебя истощил. И теперь, когда не осталось ничего, что он может отнять у тебя…
— Что теперь? — со страхом спрашиваю я.
— Не знаю, ты мне скажи. — Райли так и стоит передо мной, глядя за мое плечо.
— Бл*дь! — шепчет он. — Давай уйдем отсюда. Здесь не интересно, давай пойдем в другое место! — быстро говорит он, берет меня за руку и начинает тянуть за собой, но я уже повернула голову и увидела то, что увидел он.
Я замираю.
Бутылка падает на землю и мой мир рушится.
  
16. Я люблю тебя, Эмилия
 
Эмилия
А вот и ты, Мейсон.
Под причалом.
Она прислонилась к одной из балок и обвила ногами твои бедра. Твои штаны немного опущены…
Ее ногти впиваются в твою спину, а ты прижимаешься лицом к ее шее.
Ты держишь ее так крепко, так сильно, как будто хочешь заверить, что она не упадет, когда рядом с тобой, Мейсон, а ее волосы прилипли к твоему телу.
Ты стонешь ее имя.
Я задыхаюсь, держась за живот, потому что мне кажется, что ты разрезал его, просунул руку в грудь и вырвал у меня сердце. В поисках помощи, пытаюсь дотянуться до Райли. Он тут же оказывается рядом и ловит меня прежде, чем я успеваю упасть.
— Черт, — шепчет он. — Черт! Я не хотел, чтобы ты это увидела, Эмилия. — И ты это слышишь, Мейсон. Ты поворачиваешь голову, и твои похотливые глаза встречаются с моими. Мне кажется, что мы смотрим друг на друга половину вечности. Я не могу дышать.
— Райли, я не могу дышать, — выдавливаю я, чувствуя, что сейчас умру.
— Черт, — снова шепчет он. Ты в шоке отступаешь от нее, натягиваешь штаны на бедра и смотришь на меня с ужасом в глазах, как будто только что погрузился в кошмарный сон. Я чувствую, как руки Райли держат меня, когда мои ноги подгибаются.
 
— Эмилия, — оцепенев, тихо говоришь ты и делаешь шаг в мою сторону.
— Не смей! Оставайся там, где стоишь, или я забью тебя до смерти! — рычит Райли, и ты останавливаешься. Ты слишком потрясен. Райли поднимает меня на руки и несет, потому что я больше не могу идти. Мои ноги больше не принадлежат телу.
— Бл*дь! — я слышу твой крик, и как что-то ломается.
Мейсон, что ты наделал?
***
Райли заносит меня в свою комнату, а не в твою. «Нас» больше нет. Он кладет меня на кровать, я дрожу всем телом. Вижу только тебя и ее, и взгляд в твоих глазах. Как ты зарылся головой в ее шею, как держал ее, как ее ноги обвивались вокруг твоих бедер, как ее пальцы впивались в твою спину. Мне так плохо, Мейсон.
— Райли, — задыхаюсь я. — Меня сейчас стошнит. — Он быстро дает мне мусорное ведро, и меня выворачивает. Но кроме вина ничего не выходит. Последние дни я почти ничего не ела. Райли держит мои волосы, и я вспоминаю, как ты держал меня за волосы, в другом мире, в другое время. После этого я обессиленно откидываюсь назад и опускаюсь на подушки. Я больше не хочу видеть эти картинки, пожалуйста…
— Бл*дь, Эмилия! — раздается крик на весь дом. — ГДЕ ТЫ? — я смотрю на Райли огромными глазами.
— Лежи здесь. Не дай Бог, ты выйдешь! Оставайся лежать! — твердо говорит Райли и встает. Он выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Я перекатываюсь на бок, держась за живот, потому что чувствую, что меня разорвало на две части, как будто это сделал ты, Мейсон.
— Пусти меня к ней, немедленно! — слышу, как ты кричишь перед дверью, а потом слышится удар.
— Еще один шаг и я спущу тебя с лестницы, чтобы ты сломал себе шею! — отвечает Райли, а потом…
— Что случилось? — Китон.
Слава Богу!
Твой отец говорит:
— Черт. Отпусти его, Райли!
— Ах… Мы с Эмилией только что застукали Черри и Мейсона во время веселого полуночного траха на романтическом пляже.
— Что ты вообще делал там с Эмилией? — рычишь ты.
— Она пришла ко мне, потому что тебя рядом не было, придурок! — выплевывает он.
— Я убью тебя! — отвечаешь ты.
— Это так, Мейсон? — испуганно спрашивает твоя мать, которая проснулась от этого шума. — Как ты мог так поступить?
— Дерьмо, пустите меня к ней, или я сейчас выбью дверь. Мама, прочь с дороги!
— Если ты еще хоть раз близко подойдешь к этой девушке или еще раз причинишь ей боль, я вышвырну тебя, а не твой отец, понял, Мейсон Китон Раш? — говорит Оливия авторитетным голосом, который не терпит возражений.
— Быстро исчезни из этого дома, — слышу Китона. — Пока я до тебя не добрался, Мейсон!
Воцаряется тишина на несколько секунд, а потом ты кричишь:
— Я люблю тебя, Эмилия!
И это разбивает последнюю частичку, что осталась от меня.
  
17. Я не могу дышать без тебя, Эмилия
 
Эмилия
Я целый день лежу в кровати Райли, в том же положении, как и вчера, и все оставили меня в покое. Оливия пыталась принести мне что-нибудь поесть, но снова ушла, увидев, что я никак не реагирую. Я слышу, как Китон целый день ругается. Эмбер с… ней… уехали сегодня утром.
Горько спрашиваю себя, получила ли она драматичный поцелуй на прощание от Мейсона. Сегодня ты стал им, Мейсон. С сегодняшнего дня ты больше не часть меня.
Из-за него во мне так много злости, и мне хочется ее выплеснуть.
Я ненавижу его.
Я чувствую все то, что так хорошо вытесняла в последние годы. Гнев на всех мужчин в моей жизни, а больше всего злюсь на себя, потому что всегда ищу этих мужчин. У меня больше нет причин оставаться здесь, и это лучший повод, чтобы уйти.