Воины Юга (СИ)

— Не слишком многое. Но бородатые придут прямо сюда. Они любят сражаться строем и опасаются открытой прерии. Нам следует приготовиться, — громко известил не-шаман.
— Мы убьем нескольких! — твердо сказал Ходивший Туда.
— Это уж точно. Духи на нашей стороне. И колдовства больше не будет — духи это подтвердили. Но железа у врага все равно много и воины речники не из последних, — напомнил Хха.
— Не пугай, мы про железо помним, — крикнула Цветущий Кизил, оставшаяся удивительно сварливой даже в это нелегкое утро. — Но точно ли не будет колдовства?
— Разве что мы подпустим бородатых обезьян вплотную. Но тогда что железо, что колдовство — нам будет все равно, — объяснил Хха. — Займитесь делом, все мы знаем, что делать.
Остатки великого племени хайова действительно знали, как надлежит оборонять Лагерный Холм — рассказы о давних битвах помнили все. Вот только умельцев держать оружие, как должно истинным воинам, здесь осталось маловато.
Джо и не-шаман, действуя толстой жердью-рычагом, задвигали камнями проход подъема у крааля.
— Зачем ты привел моего крапчатого? Он мог бы пригодиться ушедшим скво, — прокряхтел Хха, налегая на неудобную жердь. — Не желаю, чтобы он попал к чужакам.
— Крапчатый выразил желание умереть вместе с любимым хозяином. Шучу, — будущий вождь утер взмокшую морду. — У меня есть план, а для него нужны лошади. Хватит тебе прохлаждаться, вот поднимешь свой засидевшийся зад и поможешь другу. Правда, план пока невыполнимый.
— Что задумано? — не-шаман втиснул конец жерди под следующий камень.
— Когда я провожал табун и скво, мы видели стадо бизонов. Стада уже близко, почти напротив Птичьей стоянки. Крик Короткое Заклятье и ее дочь — смелые скво и недурно сидят в седле. Они попробуют погнать бизонов к нам.
— Не справятся. И потом, стадо наверняка пойдет ближе к реке.
— Справятся, особенно если найдется кому помочь Крик Короткое Заклятье. Вообще-то, они с дочерью и сами крепкие и отчаянные скво.
— Обе? — не скрыл удивления Хха. — Крик Короткое Заклятье была подругой моей матери.
— Говорю же — они хорошие женщины, а на возраст и прочие мелочи лично мне духи не советуют обращать внимание, — несколько раздраженно пояснил будущий вождь. — Думай о деле, о великий не-шаман. Или созданные чары утомили твой разум? Это я могу понять.
— Какие еще чары? Я сидел и слушал рассказы врага. Не то чтобы он был разговорчив… В общем, мне не понравилось. Но втащить его и добычу на обрыв было куда труднее, чем выслушать.
Джо странно молчал, пока не подкатили последний камень. Потом оперся локтями о еще прохладный каменный бок и пробормотал:
— Твой собеседник был разговорчив. Я слышал его крики еще у Птичьей стоянки, и даже дальше. Мы уходили, и подгонять лошадей не было нужды.
Хха глянул вопросительно — будущий вождь вроде бы не шутил.
— Но это очень далеко, — неуверенно напомнил не-шаман.
— Поэтому я тебе об этом и рассказываю. Ладно, в эти дни полно странностей, и твои не-шаманские странности плывут в одном ряду с иными. Но что нам нужно знать в первую очередь о враге?
— Ну, у них на лодках есть метательные луки. Не такие как у нас, стреляют медленнее. Называются «а-болет»…
— Опять куриные слова⁈ — возмутился Джо. — Нужно позвать нашего сказителя. Вонючие штаны, са-поги, прорва железа, еще и эти «а-болеты» — может, мальчишка про них слышал…
Обсудить успели многое, да хорошо позавтракать удалось — кур в лагере осталось явно больше чем необходимо. Хха жевал слегка недопеченную куриную ногу, слушал Но-По-Э — про странное оружие сказитель вроде бы знал, но толку от этого было немного — непонятно, как такой сложный лук действует в сражении, да и вообще зачем он нужен. Мальчишка этих подробностей тоже не знал. Что ж, битва покажет.
Меж тем «люди Тарса» не спешили идти на штурм. Они вообще почему-то до сих пор торчали в лагере у реки, словно ленясь начинать битву относительно прохладным утром. Но Хха знал, что они непременно подойдут к Лагерному Холму. Такие уж люди эти чужаки.
 
— Слушай, может, они новое колдовство готовят? — слегка занервничал Джо, уже проверивший все свои стрелы.
— Нет, о вождь. Они без колдовства обойдутся.
— Почему ты так уверен? Было знаменье?
— Какое еще «знаменье», надуй его в жабу⁈ Говорю же, я не шаман! А колдовства не будет, потому что его и не было, — мрачно сказал Хха.
— Это как? Грызущая Мышь говорила…
— Она, — пусть ее охота в Мире предков будет вечно удачна, — говорила правильно. Только это было не колдовство, а яд.
— Чужаки и наши воины ели и пили одну пищу. Речная Нога был мудр и не позволил бы себя так обмануть…
— Это была хитрость. Мой крикливый друг уверял, что их воины привычны к определенному яду. Они много дней принимали его по чуть-чуть и их толстые животы привыкли к отраве. Не думаю, что он лгал, это было в середине нашей беседы…
— Такое могло быть, — заверил Но-По-Э, пытавшийся подточить трофейный топор, сидя на уступе выше воинов. — Человек может привыкнуть к малым dozam яда, и если тщательно соблюдать dozirovku…
— Выплюнь куриные слова и перестать нас подслушивать!
— Я знаю некоторые нужные вещи, пусть знаю и очень поверхностно, — кротко напомнил сказитель.
— Никто с этим не спорит. Но ты сейчас топор нам на голову уронишь. Он вообще для тебя слишком тяжел.
— Так иного же нет. А каменным бить мне мощи не хватит, — с тоской признал слабосильный воин.
— Иди курятину доешь, там еще осталось. А оружием твоим будут камни, — указал Хха.
Сопляк позволил себе что-то неуважительно пробурчать и взобрался к скальной тропе.
— Мы не успели его научить обращаться с луком. Умрет, так вообще непонятно чем в Мире предков будет занят. И не воин, и не ребенок… — с грустью сказал будущий вождь.
Хха подумал, что сказитель даже и не хайова, неясно, попадет ли он вообще в Мир предков, но об этом лучше было промолчать.
Запасы оружия были подготовлены, проход к скальным тропам укреплен, планы обороны обсуждены, а враг все не спешил. Наконец, Три Камушка, взявшая на себя обязанности дозорного наблюдателя, предупреждающе закричала, указывая на реку.
Хха вгляделся в слепящую речную полосу — по ней двигались лодки.
— Они весьма хитры, — пробормотал будущий вождь. — Не желают много шевелить ногами, погрузили лагерь и теперь подплывут по течению поближе. Послушай, не-шаман, кажется, их стало больше?
Хха оглянулся на людей — скрывать бесполезно, скоро все увидят.
— Колдовской яд ослабил наших воинов, некоторые из них попали в плен. Возможно, их привязали к веслам на большой лодке.
Кто-то из женщин ахнул, запричитали старухи. Все верно — одно дело встретить смерть с оружием в руке, другое — стать бессильным как… как… Хха не знал, с чем сравнить. Не-шаман вновь обернулся к остаткам племени:
— Этот враг не схож с нормальными людьми. Пришельцы не знают чести, не чтут своих отцов и матерей. Они изгнанники — даже вонючий город счел их слишком отвратительными. Любой шакал прерии честнее этих бродяг. У бородатых дикарей есть лишь хорошее оружие и привычка к колдовскому обману. Наши воины собирались сражаться с ними как с мужчинами. Это наша ошибка. Не повторим ее! Будем безжалостны и не станем с ними разговаривать! Многие из них сегодня околеют и их души останутся бродить и лить слезы над гнилыми костями. А всех нас, всех хайова, ждет Охота в Мире предков — так сказали духи!
Засевшие среди камней отозвались одобрительными криками.
— Хоть ты и не шаман, но сказал хорошо. Мне тоже стало спокойнее, — шепотом одобрил Джо.
Будущий вождь полез повыше, дабы разглядеть, где пристанут лодки, а Хха посмотрел на лук, щит, слегка подпорченный отверстием от наконец выбитого вражеского наконечника, и сплюнул под левый мокасин. Громкие и уверенные, хотя и не особо мудрые, речи успокаивают людей, и это хорошо. Вселить спокойствие — такова обязанность говорящего с духами или того-кто-вместо-шамана. Но кто должен ободрять самого того-кто-вместо — вот вопрос. Только колчаны, полные стрел, и успокаивают. Слегка.