Только попробуй влюбиться!

Но если быть честной, мне даже нравилось так проводить время с ним. Да и вообще, находиться с Егором было приятно.
В зал мы вошли одними из первых. Поздоровались с Костей и Мирой, уселись в кресла в ожидании остальных. Вскоре ребята стали приходить один за другим. Все они выглядели слишком расстроенно.
– Ребятушки, я вам тут булочки испекла, два вида: с корицей и с повидлом. Для поднятия настроения, так сказать, – сообщила Зинаида.
– О, здорово, – обрадовался Женя, – давайте чаю попьём.
– Жень, ты как будто не знаешь, что нельзя есть перед репетицией, – удивился Костя.
И ведь правда нельзя. Если поешь – потом трудно будет свои слова произносить.
– Ну тогда после репетиции, – вздохнул парень.
– Тогда можно, – согласился Костя.
– А я бы сейчас поела, – мечтательно произнесла Мира.
– Мирочка, кушай, тебе вредно голодать, – испугалась Зинаида, – да и к тому же тебе на сцену не надо.
Мира очень хотела получить роль в этой сказке, но Костя слишком переживал за жену и упросил её не участвовать в новом спектакле. Мира долго обижалась на мужа, но всё же согласилась. Однако посещать репетиции продолжила. Ей, как и нам всем, нравилось находиться в любимом ДК. Да и к тому же звукарь Антон из-за сессии порой пропускал работу, и тогда Мира садилась за пульт вместо него.
– Слушайте, а может быть, съездим куда-нибудь отдохнуть? – предложила Альбина.
– Когда? – спросила Мира.
– После сказки, естественно. В январе уже.
– После четвёртого января? – уточнила Катя.
– В отличие от некоторых я верю, что мы можем выиграть, – обиженно произнесла Альбина.
– Ты про Игоря? – спросил Женя.
– Ну, а про кого ещё? Взял – и вышел из беседы, кинул нас! – нахмурилась Альбина. – Просто подставил!
– Я от него такого не ожидала, – вздохнула Лена.
– А я вот ожидала, – рассердилась Катя, – и Стефа как чувствовала!..
– Так, ребят, – остановил нас Костя, – давайте немного проясним. Игорь был с нами долго, ему тут нравилось.
– Угу, он об этом написал в своём «прощальном письме», – перебила его Катя.
– Вот именно. Вы не знаете, но я с Игорем сегодня разговаривал, когда увидел его сообщения в чате. Объяснил ему, что нам нужна предельная ясность – когда он может прийти на репетицию или на спектакль. И что если он взял на себя ответственность – нужно нести её и дальше.
– И поэтому он решил слиться? – предположила Альбина.
– Я его сам к этому подтолкнул, – признался Костя, – во время разговора по телефону.
– А как же мы теперь?
– Да, не написал в чат, моя ошибка, – кивнул он, – роль Царевича будет играть Егор. Мы сегодня с ним и со Стефой репетировали днём.
– Ого! – поразилась Лена. – Как вы так успели!?
– Круто! – обрадовалась Катя.
– Только, пожалуйста, давайте не будем думать плохо об Игоре. Ну, запутался парень, с кем не бывает. Мы спасены, а он отправился в свободное от нас плаванье. Значит, так надо, – сказал Костя. – У нас с ним и хорошего было предостаточно.
– Да, – вздохнула Зинаида, – я помню, как меня в больницу положили и посещения запретили. А Игорь придумал, как мне гостинец от вас всех передать…
– О да, – улыбнулся Костя, – хорошо, что у него друг – пожарный.
– Я тогда так удивилась! Такое только в фильмах видела, чтобы к окну больницы на пожарной вышке поднялись! – покачала головой Зинаида.
– А мне Игорь помогал билеты учить, хотя ему вообще моя специальность до лампочки была, – вспомнил вдруг Женя.
– А вы помните, как мы все ездили в лес? И я тогда заблудилась, а Игорь меня нашёл, – вздохнула Лена.
– Он хороший парень, – сказала Зинаида, – ты прав, Костя, Игорь просто запутался.
– Надеюсь, когда-нибудь он поймёт, – проворчала Катя.
– Обязательно поймёт, – улыбнулась Мира. – И на наши сказки придёт.
– Будет вспоминать и грустить, что упустил это, – злорадно произнесла Альбина.
– Девочки, ну что же вы такие вредные, – удивился Костя.
– Какие есть, – улыбнулась Катя.
– Ладно, мы вас и такими любим, – засмеялась Зинаида.
– Сейчас бы чай с булочками, – мечтательным тоном произнёс Женя.
  
Но Костя был непреклонен:
– Только после репетиции.
  
Глава 34
 
Стефа
Репетиция прошла гладко. Костя был доволен. Конечно, нам ещё шлифовать и шлифовать спектакль, но в целом мы молодцы. Дальше только лучше.
После репы мы пришли в кабинет. Заварили чай и уселись на диван и в кресла, чтобы попробовать выпечку, приготовленную Зинаидой. Булочки, как всегда, получились у неё идеальными. Голодные и счастливые, мы за обе щеки уплетали всё, что она принесла для чаепития.
– Слушайте, а давайте после спектакля тоже чаепитие устроим, – предложила Лена. – И что-то вкусненькое каждый пусть принесёт.
– Хорошая идея, – обрадовалась Зинаида, – я вам пирог с капустой испеку или с мясом.
– А можно и то и то! – сразу же отреагировал Женя.
– Можно и так, – улыбнулась женщина.
– Будет здорово, если получится, но там, скорее всего, такая суматоха начнётся, – сказал Костя. – Ещё ведь будет жюри. Когда всё закончится – неизвестно.
– Давайте тогда в январе, – не успокаивалась Лена.
– В январе можно, – согласился Костя. – Назначим дату…
– Сразу после нашей победы, – закончила за него Катя.
– Мне нравится ваш настрой, – обрадовался он.
– Так все могут в январе? – переспросила Мира.
– Писали, что все, – ответил ей Костя. – Егор, тебя добавили в чат?
– Нет.
– Я добавлю сегодня. Ещё раз спасибо, что выручил.
– Да ладно, – смутился Любимов, – мне не сложно.
– Мне тут сказали, что ты ещё футболом занимаешься?
– Занимаюсь…
– Не будут тебе мешать наши мероприятия?
– Не будут, – устало вздохнул парень. – Можно сказать, что у меня отпуск от футбола… Бессрочный.
– Так что случилось-то? – спросил Женя.
– Меня отстранили.
– За что? – удивилась Лена.
– Ну, скажем так, за несправедливость.
– Ты повёл себя несправедливо? – удивилась Катя.
– Нет.
– С тобой повели себя несправедливо?
– Можно и так сказать.
– Ну не хочет человек рассказывать, чего вы достаёте, – возмутилась Зинаида.
– Да нет, всё нормально, – грустно улыбнулся Егор, – тут и рассказывать особо нечего. Произошло недоразумение, вследствие которого меня отстранили.
– Тебя обвинили в том, что ты не делал? – спросила я.
– Да, – кивнул он. – И доказать обратное у меня не получилось. Хотя это даже к футболу никак не относится. Но вот так…
– Как-то это всё грустно, – расстроилась Лена.
– Да ладно вам, мне и так хорошо, чего грустить?
– Может, ещё чаю? – предложила Зинаида.
– Я бы не отказался, а булочки ещё есть? – спросил Женя.
– Есть, Женечка, конечно, – Зинаида достала ещё один пакет с выпечкой. – Тут ещё с заварным кремом есть.
– Ой, я так люблю заварной крем, – отозвалась Мира.
– Бери, бери, деточка, – протянула ей булочку Зинаида.
В общей суматохе история Егора стала забываться. Однако я перестала вникать в разговоры ребят. Всё моё внимание переключилось на Любимова. Может быть, Олеся Владимировна была права, и всё, что сказали тренеру, – это лишь сплетни. А он поверил? Как глупо. Терять главного нападающего из-за непонятных домыслов? Непрофессионально.
Конечно, мне хотелось верить, что Любимов – хороший. Сердце подсказывало, что это именно так. И мне стало жалко парня. Я на миг представила себя на его месте – что бы я делала, если бы меня выгнали из театра? Причём без какой-то действительно серьёзной причины? Кажется, моя жизнь разрушилась бы в одночасье…
* * *
Мы засиделись в ДК и вновь покинули его только перед самым закрытием.
– Уже поздно, – сказал вдруг Любимов, подходя почти вплотную ко мне. – Мало ли что может произойти, давай я тебя провожу.
– Да ладно, что может случиться? – беспечно отмахнулась я.