Апраксин двор (СИ)
— Браво, браво. — Геловани зажал карабин под мышкой и несколько раз хлопнул в ладоши. — Должен признать, Антон Сергеевич — ваш протеже сумел меня удивить — и уже не раз… Скажите, Владимир, вы не думали о карьере в сыске?
— Давайте поговорим об этом позже, ваше сиятельство, — буркнул Дельвиг, протягивая мне «винчестер». — Я закрою Прорыв. А вы, судари — поглядите, чтобы никто оттуда не вылез.
Не прошло и полминуты, как неровные края начали стягиваться — дыра в бытие зарастала буквально на глазах. Дельвиг орудовал невидимой иглой так ловко и быстро, что Вольский, похоже, потерял дар речи от восхищения — просто стоял и пялился с открытым ртом, не издавая ни звука. Сам я тоже засмотрелся, хоть уже и видел работу георгиевского капеллана.
А вот для Геловани подобное, судя по всему, было делом совершенно обыденным.
— Должен принести свои извинения, Владимир, — негромко произнес он. — Признаться, я и подумать не мог, что вы так нам поможете. Сам бы я, пожалуй, и вовсе не догадался бы искать здесь. Удивительно, как Прорыв возник именно в таком…
— Напротив — ничего удивительного! — встрял Вольский. — Если память мне не изменяет, подобное… подобные явления нередко появляются на кладбищах. А склеп, если разобраться — почти то же самое. Место, где сильна власть того, что противно всему сущему — и потому особенно пригодное для любого темного колдовства и…
— Разве не вы полчаса назад говорили, что все это не более чем суеверия? — Геловани усмехнулся и покачал головой. — Разве скандинавские проклятья отличаются от таких вот… баек? Мракобесие — удел недалеких умов, Петр Николаевич.
— Мракобесие⁈ Ваше сиятельство изволит обвинять меня в обскурантизме? — Вольский сверкнул глазами — но тут же устало выдохнул. — Впрочем, я уже и сам не знаю, чего думать… Всего несколько лет назад и Прорывы для всех нас были всего лишь легендами. Историей прошлых веков, в которой порой куда больше вымысла, чем истины. И я сам бы лишь посмеялся — вздумай кто-то сказать, что уже скоро подобное появится снова.
— У меня и в мыслях не было смеяться над вами, — мягко ответил Геловани. — Но все же стоит различать реальность, как бы сурова и удивительна она ни была — и всякие небылицы… А вы что скажете, Владимир?
— Пожалуй, предпочту промолчать. — Я пожал плечами. — Но уж если ваше сиятельство настаивает — то я скорее склонен думать, что человеку образованному не следует отвергать даже самые немыслимые гипотезы. В конце концов, отсутствие научного обоснования… временное отсутствие, конечно же — никак не может ставить под сомнения сам факт. Особенно свершившийся неоднократно. А Прорывы действительно куда чаще возникают на кладбищах — какова бы ни была тому причина.
— Слова не мальчика, но мужа, — улыбнулся Геловани. — Впрочем, достаточно разговоров, судари. Его преподобие Антон Сергеевич уже закончил работу — самое время вернуться обратно к нашим… делам.
Никаких возражений не последовало, и через пару минут мы вышли на дорогу. Дельвиг шагал первым, за ним — Геловани с карабином на плече. Я чуть отстал — сказалась старая привычка напоследок еще раз оглядеться по сторонам… да и вообще прикрывать тылы на случай непредвиденных обстоятельств.
— Подождите, друг мой. — Вольский догнал меня и неуклюже схватил под локоть. — Вы ведь не будете возражать, если я обопрусь на вас? Мне… мне тяжело идти. А уж после того, что мы все только что пережили…
— Как пожелаете, Петр Николаевич, — вздохнул я, чуть замедляя шаг. — Вам нездоровится?
— Нет-нет, я в добром здравии. И в своем уме! — Вольский сердито засопел. — Хоть его сиятельство Виктор Давидович, похоже, и считает иначе.
— Не думаю. И он уж точно ничуть не желал вас обидеть.
— Может, и так. Как бы то ни было — я должен еще раз благодарить вас, друг мой. — Вольский виновато улыбнулся и чуть ослабил хватку на моей руке. — Заступиться за старика, не дать выставить меня выжившим из ума дураком — достойный поступок. И я…
Дальше я почти не слушал — только молча кивал и изредка поддакивал, пока мы не добрались обратно до гостиной, откуда уходили на охоту за Лешим. Странно, но в здании как будто стало чуть холоднее, хоть утро уже окончательно сменилось днем. Видимо, дело было в распахнутом настежь окне — от него изрядно сквозило.
Но прочее ничуть не изменилось. Все так же поскрипывали половицы под ногами. Все так же возвышались над нами шкафы из темного дерева, все так же поблескивал в полумраке лак на мебели. Все так же пахло слегка отсыревшей бумагой, все так же стояли кресла и диван у растопленного камина. И все так же играли отблески пламени на гладкой столешнице.
Вот только нитсшеста на ней уже не было.
Глава 9
— Захар!!!
От грозного крика Дельвига вздрогнули не только стекла в окнах, но и, кажется, даже пол. Неудивительно, что денщик явился на зов господина чуть ли мгновенно: буквально пролетел сначала на веранду, а уже потом, громыхая ботинками — в гостиную.
— Звали, ваше преподобие⁈
— Да уж конечно звал, — мрачно буркнул Дельвиг. — Сюда кто-нибудь заходил?
— Не было такого… Ну, то есть — только мы с Владимиром Петровичем, да гости ваши. — Захар развел руками. — Ну и, может, из караульных кто — мало ли какая нужда была… А что стряслось?
— Ничего. — Геловани шагнул вперед. — А ты видел поблизости чужих? Кого-нибудь из прислуги, местных?..
— Никак нет, ваше сиятельство — не видел. — Захар подобрался, виновато втягивая голову в плечи. — Да и откуда мне было?.. Я ж как снаружи стрелять начали — сразу в машину за «наганом» и бегом к нашим. Считайте, всем взводом Лешака этого ловили, да только вы без нас управились.
По всему выходило, что караульные дружно оставили пост, как только в лесу заметили незваного гостя… Впрочем, неудивительно — их послали сюда отстреливать чудищ и охранять его преподобие капеллана, а не дом посреди леса. Да и вряд ли хоть кто-то из бравых вояк мог сообразить, что случится… такое.
А вот Геловани, похоже, думал иначе — поэтому и не стал тратить времени на болтовню и направился к распахнутому окну.
— В таком тумане кто хочешь подойдет. — Его сиятельство уперся ладонями в боковины рамы и выглянул наружу. — Вот здесь и залез наш голубчик.
— Или вылез, — поправил я. — У дома чуть ли не полчаса не было охраны, дверь мы не закрывали. Мог зайти и через веранду… А потом услышал шаги — и в окно.
— Разумно. — Геловани кивнул — и тут же, прищурившись, принялся разглядывать лес снаружи. — Значит, вот только удрал, получается… Не видать кого?
Туман уже почти рассеялся, но буквально в полусотне шагов за домом молодые деревья росли так густо, что неведомый злоумышленник мог спрятаться буквально у нас под носом — но скорее предпочел удрать подобру-поздорову. Запах я чувствовал, и не один, однако все они запросто могли принадлежать кому угодно — от самого Дельвига до рядовых солдат или какой-нибудь местной прислуги.
Следы… нет, похоже, здесь тоже тупик — я прямо отсюда разглядел с полдюжины отпечатков, а спустившись наверняка нашел бы втрое больше, но все их явно оставили караульные. Прямо под окном не было ничего интересного — да и дальше тоже: хитрый воришка то ли сумел пройти весь двор и махнуть через ограду, не наломав веток и не смяв траву, то ли…
Впрочем, я на его месте скорее свернул бы за угол дома и вышел к дороге — утоптанный и раскатанный колесами телег и автомобилей грунт не сохранит ни следов, ни даже запахов — их с легкостью перебьют бензин и конский навоз.
— Не вижу… Подвиньтесь, судари!. — Дельвиг бесцеремонно растолкал нас плечами и свесился за окно чуть ли не по пояс. — Кто бы сюда не забрался — времени удрать у него было предостаточно.
— И все-таки я настоятельно советую отправить людей прочесать лес, — вздохнул Геловани — и чуть тише добавил: — К тому же будет не лишним избавиться от… лишних ушей.
— Надеюсь, ваше сиятельство не имеет в виду меня! — сердито пропыхтел Вольский у меня за спиной. — Кто-нибудь объяснит, что здесь вообще происходит⁈