Ребенок от лучшего друга (СИ)

— Фигню всякую. Как собака на сене: и сам не ам, и другим не дам. Дай ей пожить уже не для тебя. Она десять лет рядом с тобой, как собачка. Все чего-то ждала, а ты телился, как придурок. Баб менял. Просто сейчас отвали!
Их дверь снова захлопывается, а меня начинает колотить. Потому что права она, мать его! Реально ж менял баб чуть ли не на глазах мелкой.
А теперь получай отдачу, называется!
Не выдерживаю и вдалбливаю кулак в стену, матерясь сквозь зубы.
Алена
Все эти дни Макс не появляется в радиусе нескольких километров, и меня это очень даже устраивает.
И да, про беременность я так и не рискую ему сказать, а сегодня, между прочим, кошку забирать придут, а я так и не предупредила его.
Дважды черт! И как мне это проворачивать? Просто заявиться к нему и потребовать живность? Но, после того случая в подъезде, я боюсь, что снова не смогу устоять.
Тот поцелуй, он словно ураган, обрушил на меня все чувства, которые я испытываю к Максу. И да, мне совсем не плевать.
Я осознаю, что была бы рада, если бы он был рядом и я спокойно могла сказать ему о беременности. Но черт!
Слова, которые я услышала про его женитьбу, никак не выходят из головы. И каждый раз, стоит про это вспомнить, на глаза наворачиваются слезы.
Я прекрасно понимаю, что он имеет право узнать про то, что у нас будет ребенок, но что-то меня тормозит от того, чтобы сказать ему. Внутренний голос настойчиво требует, чтобы я повременила. Подождала. Только вот чего?
Сижу за рабочим столом, сжимая в руке телефон, и собираюсь с силами, чтобы просто позвонить некогда самому близкому человеку.
Давай же, это не так сложно! Просто позвони и скажи, что кошку придут забирать сегодня после шести вечера, чтобы он был дома — плевать с кем.
Прийти самой просто выше моих сил. Не смогу я смотреть ему в глаза.
Еще один глубокий вздох и нажимаю на кнопку вызова.
— Слушаю, — его низкий голос посылает толпу мурашек по всему телу.
— Привет, — откашливаюсь, снова не в состоянии справиться с собой. — Макс, тут такое дело…
Слышу смех девушки на том конце, и сердце катится в бездну. На глаза против воли наворачиваются слезы. Ну вот и кто он после этого?
— Какое, Лель? — торопит меня.
А я не могу слова вымолвить. Глотку сковало так, что сглотнуть тяжело.
— Сегодня вечером приедут забирать Бусинку…
— Зачем? — перебивает меня.
А я от неожиданности не нахожусь с ответом. Так и подвисаю.
— Ты же сказал, что максимум месяц, а мне в начале недели позвонили и сказали, что заберут.
— Не надо, — на грани слышимости проговаривает, — пусть она у меня остается.
— А… — сказать, что я шокирована, — это смягчить то, что я чувствую, — ты же сам…
— Лель, пусть она остается у меня, я привык и совсем не против.
— А что же я скажу?
Макс что-то говорит в сторону, и наконец наступает тишина.
— Скажи, что хозяин передумал отдавать. Лель, — по его вкрадчивому голосу понимаю, что сейчас он скажет то, что я не готова слушать.
— Я поняла, спасибо. Пока.
Трусливо скидываю и закусываю губу. Телефон взрывается вызовом, и я вздрагиваю. Дрожащей рукой переворачиваю телефон и выдыхаю, когда вижу номер Кристи
— Привет, ты еще на работе? — веселый голос сеструли моментально отгоняет от меня плохие мысли, и я улыбаюсь.
— Привет, ага, на работе.
— Утром виделись, чего по пять раз здороваться, — фыркает Кристя. — Слушай, ты обязана завтра поехать со мной.
— Куда?
Уже ожидаю очередное предложение насчет танцулек, но сестра удивляет.
— Короче, завтра в вашем «Континенте» мегараспродажа. Там скидосики чуть ли не восемьдесят процентов. А я хочу обновить гардероб.
— Эм… — ищу в голове причины для отказа, но их нет. — Хорошо, без проблем.
— Ес! — победоносно пищит сеструля. — А сегодня, короче, бабуля нас ждет на голубцы. Ты же помнишь голубцы моей бабули?
При воспоминании о коронном блюде бабы Зои у меня громко урчит желудок, а рот наполняется слюной. Вот что-то, а аппетит у меня за эти дни заметно улучшается.
— У-у-у-у-у-у-у-у, — мучительно стону, — ты изверг, мне еще три часа работать.
 
Кристя смеется:
— Расцениваю это как согласие. Короче, я к тебе подгребу к концу рабочего дня.
— Договорились.
Отключаюсь и вспоминаю, что надо сообщить о решении Макса женщине, которая звонила мне. Быстро сообщаю, что кошечку мы отдавать передумали. Она стенает, что очень жаль и что им очень понравился котенок. Я еще раз извиняюсь.
Дорабатываю и выхожу из кабинета. В лифте сталкиваюсь с Костей. Он с кем-то разговаривает по телефону. Слышу обрывки фраз про права и обязанности. Понимаю, что работа у парня все еще продолжается.
Он задерживает меня и дает знак, чтобы я не убегала.
— Я на улице подожду, — тихо говорю и получаю кивок.
Кристя уже меряет шагами парковку и при виде меня вскидывает руки к небу, словно ждет тут с самого утра, как преданный песик.
— Неужели?! Слушай, у вас тут все такие скучные?
Выгибаю бровь, а Кристя закатывает глаза к небу.
— Кроме черного, белого и серого, можно какие-то цвета еще носить? — удивленно спрашивает она, провожая очередного сотрудника скептичным взглядом.
Усмехаюсь. К нам подходит Костя и морщится при виде сестры, а мне уже хочется рассмеяться громче.
Забавно за ними наблюдать со стороны и даже интересно, что в этот раз она ему ляпнет.
— О, ну вот, пожалуйста, — тыкает наманикюренным пальчиком в рубашку Кости, — еще одна серость.
Костя хмурится и смотрит на свой костюм.
— А что не так с моим костюмом?
Ой, кажется, кто-то еще не принял боевую стойку рядом с сестренкой.
Кристя хлопает глазами. Теряется, потому что явно ждала чего-то более бурного.
— Скучно же, — как-то даже беспомощно.
— Зато тебе слишком весело, — окидывает равнодушным взглядом очередной ядерный наряд сеструли Костя. — Ты была на фабрике конфет?
— Почему? — сестра опять хлопает глазами.
— Мне кажется, ты попала как раз в эпицентр взрыва на этой фабрике.
Кристя надувается и уже готовится ответить достойно, но я поднимаю руки, пытаясь предотвратить большой бум.
— Брейк, ребята. Костя, — поворачиваюсь к нему, — ты что-то хотел?
— Хотел подвезти… — начинает Костя, но снова смотрит на сеструлю, которая накручивает розовую прядь на палец и надувает жвачку.
Она приободряется. Глаза вспыхивают воинственным огоньком, а мне хочется взять ее в охапку и спасти Костю.
— Так это мы всегда рады. Показывай карету.
Ну и воспитание Кости не позволяет ему отказать. Я отключаюсь от очередной их перепалки, погружаясь в мысли.
Что делать с новостью о беременности? Как сказать? Да и как выбрать удачный момент?
— Спасибо, Константин, за столь увлекательную поездку, — Кристя слишком бодро это произносит, и я наконец обращаю внимание, что щеки Кости полыхают, а сам он явно растерян.
Кристя выскакивает из машины и распахивает дверь передо мной.
— Долго собираешься просиживать свою офисную юбчонку? Вперед, на встречу приключениям. Пока, — это уже все так же молчавшему коллеге.
— Спасибо, Кость, — бормочу я и вываливаюсь из джипа.
Он рвет с места и слишком быстро скрывается за поворотом.
— Что ты ему наговорила? — все же рискую уточнить причину такой реакции Кости.
— Спросила, в каком спортзале он накачал свой «орешек», ну и он чет растерялся.
У меня глаза лезут из орбит, а сеструля только фыркает и тащит меня в дом.
  
Глава 18
 
Кристя лихо упаковывает меня в шорты и майку, вручает рюкзак, пока я только успеваю хлопать глазами, и вытаскивает из квартиры.
Даже удивительно, как ловко она управляется со всем и доставляет меня к баб Зое. Это мама Кристининого папы, а роднимся мы по мамам. Баба Зоя, низенькая кругленькая дама — язык просто не поворачивается назвать ее старушкой, — уже суетится на кухне.