Ребенок от лучшего друга (СИ)

— Кареты не будет, все заняты другими монаршими особами, — заявляю, откидываясь на спинку.
Кристя подрывается настолько резко, что я на автомате подскакиваю.
— Есть идея!
И улыбка такая кровожадная, что мне становится жалко объект, на который Кристя нацелилась.
Она выскакивает из кабинки, я хватаю телефон и наши рюкзаки и выхожу вслед за ней.
— Простите, — Кристя по очереди заглядывает в кабинки. — Так, тут тоже нет. О, нашла!
Вижу третью кабинку, и сердце ухает вниз. Ну как я могла не догадаться-то сама?
— Константин! — кричит в нутро кабинки моя сеструля.
Я же быстрым шагом подхожу к ней и вытягиваю в коридор.
— Ты с ума сошла? — шиплю на нее.
В этот момент хочется уже влепить ее затрещину, чтоб прекращала вести себя как малолетка.
— А что такого? Я, между прочим, пытаюсь доставить нас домой.
За спиной сестры появляется Костя и ухмыляется.
— Кость, извини, она просто дурит.
— А вы не могли бы нас подвезти? — и улыбка такая премилая, что у меня даже сердце вздрагивает, а Костя так вообще офигивает. — Просто такси никак не получается вызвать, а домой уже пора. Пожалуйста.
И даже щеки краснеют, а сеструля опускает глазки в пол. Только не хватает того, что начнет носком ботинка с тракторной подошвой ковырять пол.
— Да конечно, без проблем. Только попрощаюсь.
— Кость, да не стоит, мы решим сами…
— Ален, ну я же предлагал сам, — прерывает меня парень и скрывается за дверью.
Кристя коварно улыбается, и я понимаю, что весь этот образ скромняшки — только пыль в глаза.
— Ну ты и актриса, сеструля, — качаю головой.
— Ну сработало же, — складывает руки на груди и показывает язык. — Обещаю быть паинькой и не отпугивать твоего ухажера потенциального.
— Кристь, мы просто с ним коллеги. Не больше. Мне отношения не нужны сейчас.
— Ну как скажешь, мне все равно, — дергает плечом и отводит взгляд.
И вот почему-то мне кажется, что не все равно, но не успеваю спросить. Выходит Костя и приглашает пройти на улицу.
Загружаемся в его авто. Я вытягиваю ноги вперед и блаженно вздыхаю. Кристя на заднем сиденье начинает беспокойно ерзать.
— Блин, и чем вас так кожаные салоны привлекают? Преет же все, в шортах не посидеть.
Костя фыркает, нажимает какие-то кнопки, и сестра затихает.
— Ты обалдел совсем?! — салон наполняется визгом. — Решил мне ягодицы отморозить?
Между нашими сиденьями появляется злющая физиономия сестры. А Костя притворно расширяет глаза:
— Ой, я, наверное, не то нажал. Прошу меня простить.
Кристя уже хочет что-то ответить, но захлопывает рот и исчезает из виду.
Костя подъезжает к дому и останавливается.
— Спасибо за доставку, — бурчит Кристя и выбирается из машины.
— Спасибо, Кость, — вторю ей и распахиваю дверь. — Еще раз прости.
— Все нормально, и… — Костя обхватывает меня за запястье, — друзья?
Киваю, покидаю машину и поднимаю глаза на окна Макса. Внутри все обмирает, когда вижу широкоплечую фигуру в окне его кухни.
— Максимка, что ли, пасет? — Кристя останавливается рядом и тоже задирает голову.
Ничего не отвечаю, просто вздыхаю и бреду в подъезд.
Мне пофиг! Че ему не спится в четвертом часу, и почему он стоит возле окна?
— Если я прямо немедленно не смою с себя пыль сегодняшнего дня, она меня придавит своим весом, и моя смерть будет на твоей совести, — с громким заявлением Кристя скрывается в ванной, оставляя шокированную меня в коридоре.
Дверь содрогается от громкого стука, и я уже даже знаю, кого увижу по ту сторону.
Делаю глубокий вдох и распахиваю дверь, вопросительно выгибая бровь.
— Нагулялась со своим Костиком? — рычит злющий Макс, прожигая меня взглядом.
  
Глава 17
 
Макс
Встал, блин, водички попить! Наблюдаю теперь, как во двор заруливает машина этого козла, и оттуда выпрыгивает мелкая со своей сеструхой. Меня до сих пор от нее типает, хотя, по сути, Кристинка все правильно сказала, только я вот бы не против что-то сдвинуть, но не получается ж нихрена.
Леля задерживается и что-то говорит Костечке. А до него так и не дошло, чтоб даже пасть не разевал на нее.
 
Бесит! Бесит, что она откуда-то с ним вернулась, еще и ехала на переднем сиденье.
Бусинка подходит и что-то возмущено пищит. Ну еще бы, бросил одну в кровати. Я уже даже свыкся с ее присутствием. Есть в этом что-то… домашнее, что ли?
Снова перевожу взгляд на улицу, и кажется, что встречаюсь с мелкой глазами. И сердце кувырок делает от ее взгляда. Она смотрит, прищурившись, на мое окно, сложив руки на груди. Минуту, не больше, но за эту минуту внутри все переворачивается, и дальше я уже просто действую на животных инстинктах.
Залетаю в кровать, натягиваю спортивки, футболку. Заруливаю в ванную, чтобы хоть умыться. Как раз в это время слышу, как хлопает ее дверь.
Ага, попалась, птичка!
Чуть ли не через три ступеньки перескакиваю, пока спускаюсь, и долблюсь в дверь.
Застываю, пытаясь привести дыхание в норму, потому что дышу так, словно пробежал километр, а не два пролета.
Алена открывает дверь и вопросительно выгибает бровь, и меня накрывает, мать его! Язык явно отсоединяется от мозгов, потому что я выдаю прям ей в лоб:
— Нагулялась со своим Костиком?
А голос как у раненного зверя. Даже самому непривычно, потому что не ревновал никогда никого. Да некого было! Мелкая с другими-то не гуляла, а тут вон на что я способен.
— Не твое дело.
И снова, мать его, складывает руки на груди.
Ну ты попала!
Выдергиваю ее из квартиры, как пробку из бутылки. Леля успевает что-то пискнуть, но я захлопываю дверь и вжимаю ее в стену.
Глаза мелкой расширяются от шока, пока я сокращаю расстояние между нами и вдавливаю ее в поверхность своей грудью. Чувствую, как у нее бешено колотится сердце, и ликую. Знаю, что не боится. Значит, что-то испытывает.
— Это что за фигня, мелкая? — шепчу на ухо, с наслаждением наблюдая, как кожа на шее Аленки покрывается мурашками.
Маленькие ладошки упираются в грудь, и она пытается меня отодвинуть. Но куда уж ей?
— Макс, — и голос тихий, продирает до костей, — отпусти.
— Не-а, не отпущу.
— Я буду кричать.
Слабое сопротивление, и по моим венам растекается лава.
Перед глазами темнеет оттого, что она так близко. Ловлю ее судорожный вздох и отпускаю тормоза.
Вплетаю пальцы в ее распущенные волосы и врезаюсь в губы. Снова писк. Дергается в моих руках, но я сильнее стискиваю руку на талии, а ее прижимаю еще теснее к себе. Так, чтоб стать одним целым.
В голове взрывается фейерверк от ощущения ее теплых губ и неуверенного ответа. Прикусываю ее нижнюю губу и слышу слабый стон. Кровь вскипает, отрываюсь от ее такого желанного рта и прокладываю дорожку за ухо. Алена дрожит, теснее прижимаясь ко мне, посылая электрические разряды по телу.
— Прекрати бесить меня. Не буди зверя, и хватит дурить уже, Лель.
Не знаю, какого хрена я это выдаю. Но чувствую, как она каменеет. Дергается, отталкивая меня с такой силой, что я офигеваю.
Подъезд оглашает звонкий шлепок, а щеку обжигает от боли. Шиплю и поднимаю на мелкую непонимающий взгляд.
Какого хрена? Нормально ж все было!
— Не указывай мне, что и как делать, Макс! Ты мне никто! — шипит змеей и скрывается за дверью.
А я отмираю наконец и снова долблю по двери.
— Алена, блин, хватит дурить!
Из квартиры вылетает разъяренная Кристя и одаривает меня таким взглядом, который вполне себе мог бы меня превратить в горстку пепла.
— Ты че опять устраиваешь, Макс?
— Алену позови, — вот ее носа еще не хватает в наших и без того непонятных отношениях.
— Бегу и спотыкаюсь. Перестань, ты смотри, до чего ты, блин, ее довел. И подумай наконец своей башкой, что ты творишь! — упирает палец мне в грудь, оглушая словами.
— А что я творю? — злюсь до красных пятен перед глазами, сжимаю кулаки, чтоб не долбануть куда-нибудь.