Вторая попытка (СИ)
— Мне о том докладывал адмирал Дубасов, и как я знаю, заказы на изготовление восьмидюймовых орудий даны. К тому же начнется изготовление и десятидюймовых пушек для замены поврежденных и расстрелянных. К тому же, как я помню, у нас есть и береговые пушки этого калибра.
— Ваше императорское величество, простите, за год смогут изготовить всего два десятка 203 мм орудий. Двенадцать месяцев — и этого числа хватит только для вооружения двух новых броненосцев из пяти строящихся, по три ствола на борт вместо башен. И перевооружения только трех наших броненосных крейсеров — на «России» и «Громобое» дополнительно установить по паре таких орудий по носу и корме со щитами. На «Рюрике» произвести полную замену всех устаревших пушек Обуховского завода с длиной ствола в 35 калибров, с установкой уже полудюжины новых орудий, не удастся. И еще одну пушку на «Баяне» в щитовой установке по предложению вице-адмирала Макарова — между кормовым мостиком и четвертой дымовой трубой.
— Я дам указание, чтобы расстарались, и сделали больше, — негромко произнес император, призадумавшись. Рожественский решился произнести самое неприятное, как раз ту реальность, с которой придется смириться.
— Наши десятидюймовые пушки сразу трех типов — два предназначены для установки в башнях броненосцев, и один для береговых батарей. Последние в башни просто не войдут — они банально больше. В ГМШ пришел ответ из фирмы «Ансальдо» — наши орудия тоже не войдут в их башни, к тому же переработка проекта замены двух орудийных башен с 203 мм пушками на одноорудийные с 254 мм орудия и так оттянет срок вступления кораблей на три недели. Если вообще вносить изменения в башни, чтобы установить в них стволы береговых пушек, то сроки оттянутся еще на пару месяцев, и пушки придется ставить уже на Балтике.
— Что вы предлагаете, Зиновий Петрович?
— Принять у итальянцев корабли с их артиллерией главного калибра, свои орудия все равно не успеем сделать. А так и постреляем и ознакомимся вплотную с английской артиллерией и снарядами. И по мере изготовления наших корабельных орудий произведем замену. Меня куда больше тревожит устаревшая артиллерия двух «балтийских таранов» — в бою против японских кораблей она практически бесполезна ввиду малой дальности и чрезвычайно низкого темпа стрельбы, и остается надеяться только на очень удачное попадание, а такие в бою случаются редко.
— Вчера Федор Васильевич передал мне докладную записку в МТК командира Кронштадтского порта вице-адмирала Макарова. Вот она, оцените предложения Степана Осиповича, мне они кажутся вполне приемлемыми.
Взяв в руки бумаги, Зиновий Петрович быстро прочитал текст, досадуя на то, что его «обошли». Впрочем, не придерешься — начальник МТК имел на это полное право, минуя ГМШ. Никто интриги внутри ведомства не отменял. И предложения вполне дельные, своевременные — русские всегда отличаются смекалкой, а они с Макаровым выходцы из простонародья, которые буквально «выгрызли» себе чины ревностной службой, «обойдя» многих «родовитых», что вызывало к ним общее неприятие как к «беспокойным».
Степан Осипович предлагал вполне здравые вещи с приводимыми расчетами. «Наварин» в плавание не отправлять, а сменить на нем за три месяца артиллерию, причем в полном соответствии с прежними планами ремонта. В каземат установить новые шестидюймовые пушки, поставить противоминную 75 мм артиллерию вместо 47 мм стволов «гочкиса». А в башнях установить новые 305 мм орудия в сорок калибров взамен прежних, на дымном порохе и одним выстрелом в три минуты. Однако последняя замена вызовет изрядную перегрузку и без того низкобортного корабля, к тому же орудия будут отобраны у «Потемкина». Указывал на изначальную неуравновешенность башен, и то, что они станут при этом гораздо тяжелее.
И после этого предложил установить стволы от береговых 254 мм орудий, хотя ослабив формально корабль, переведя его из разряда «первоклассных», но фактически заметно усилив, так как новые орудия были вчетверо скорострельнее, и при этом значительно легче по весу, меньше размерами. В итоге «Наварин» превратился во второй «Ростислав», только перегрузка на нем в отличие от того допустимая. А вот для вооружения «императоров» кронштадтский «затворник» предлагал прибегнуть к банальной закупке «изделий» Круппа — 24 см орудий на замену 305 мм и 21 см на смену в казематах старых девятидюймовых орудий, совершенно непригодных. И, кроме того, прикупить с боеприпасами, в случае необходимости, 105 мм и 88 мм пушки.
— Вполне здраво, ваше императорское величество, только «Наварин» отправится в плавание не раньше сентября, может и догонит отряд из новых броненосцев, если поторопиться. Десятидюймовые пушки более перспективны — перегрузка чуть уменьшится, с «Ростиславом» составят вполне крепкую пару. Что касается «императоров», то не стоит на них устанавливать 240 мм орудия, лучше иметь единый калибр в 21 см — гораздо проще вести пристрелку. Разница в весе снаряда не так существенная — семь пудов против девяти, зато орудия в полтора раза легче. К тому же можно будет на юте установить одно такое орудие со щитом — этот вариант Степана Осиповича более перспективный. Да, пожалуй, так будет лучше.
Рожественский замолчал, тщательно обдумывая ситуацию. И затем достал из принесенной папки листок со схемами тех изменений в броненосцах, которые предлагали после русско-японской войны, стараясь хоть как-то приблизить их характеристики к строящимся дредноутам.
— Государь, нам нужны другие броненосцы, чем те, которые заложены в этом году. Два в Петербурге по типу «Бородино», с увеличенным водоизмещением и заменой шестидюймовых пушек среднего калибра на восьмидюймовые стволы. И пару на Черном море по образцу «Потемкина», где четыре 152 мм пушки будут заменены на 203 мм. Вот только данное перевооружение мало что решает — при возросших дистанциях боя, от тридцати пяти кабельтовых и дальше, а такое и будет с улучшением дальномеров, решающую роль в морском сражении будут играть исключительно орудия крупного калибра, уже достаточно скорострельные — в 12, в крайности 10 дюймов, но никак не меньше. Потому что только их снаряды способны пробивать броневые плиты толщиной от шести до девяти дюймов, в зависимости от расстояния.
Николай Александрович стал пристально рассматривать протянутые ему схемы, и адмирал увидел, как вспыхнули глаза еще в сущности молодого человека. И мысленно отметил, что самодержец любит флот, пусть не так как Петр Великий, но придает ему очень много внимания, ассигнования идут весьма значительные, интерес этот у царя искренний. В отличие от всех русских императоров, у которых корабли были на «втором месте» после армии.
— Вот посмотрите на эти схемы — при водоизмещении первого примерно в пятнадцать тысяч тонн и скорости в 18–19 узлов, второй чуть крупнее, и на две башни 254 мм пушек у него больше. Думаю, первый вариант будет намного предпочтительней, но с увеличенным до восемнадцати тысяч тонн водоизмещением, так как на нем необходимо поставить башни с одними двенадцатидюймовыми орудиями. Восемь орудий главного калибра дадут двойное превосходство в огневой мощи над любым вражеским броненосцем, а удвоенное число попаданий приведет к гораздо более серьезным для врага повреждениям. Точность будет лучше, если стрелять одним калибром. Противоминную артиллерию составят два десятка 120 мм пушек — шквал пудовых по весу снарядов отобьет атаку любого числа миноносцев.
— Благодарю вас за труды ваши, так мы и поступим. Проект надлежит довести до готовности в ближайшее время — я сам его передам адмиралу Дубасову. А вам, Зиновий Петрович, надлежит выехать литерным поездом в Порт-Артур, а там вместе с отбывающим из Японии военным министром генералом Куропаткиным и моим наместником адмиралом Алексеевым отработать план военной компании. Раз войны с японцами не избежать, то к ней нужно подготовиться. С вами отправляется и вице-адмирал Макаров — мы решили назначить его командующим Порт-Артурской эскадрой…
И такими могли быть русские броненосцы после Цусимы. И что самое удивительное, и до нее…