Разрушение Дьявольского Акра (ЛП)

— Обратимся к главе… правильно, твоей любимой. А теперь садись к маме на колени.
Нур напряглась и попыталась отступить, но Ви схватила ее за запястье и крепко держала.
— Садись.
— Мой вопрос, мама.
Ви притянула ее к себе. Нур поежилась.
— Садись, садись, садись. Мама скучает по тебе.
— Пожалуйста, — взмолилась она.
— Почитай вместе со мной…
Нур испустила дрожащий вздох. Енох обвел пальцем более настойчиво, широко раскрыв глаза.
— Хорошо, мама.
— Нур, — в голосе мисс Сапсан послышалась тревога, — Ты уверена, что хочешь этого?..
— Со мной все будет в порядке. — А потом она села на стол и позволила Ви притянуть ее к себе на колени. Ви вздохнула с глубоким удовлетворением, обвила руками грудь Нур и крепко прижала ее к тому, что осталось от ее собственной.
Нур выглядела так, словно вот-вот умрет.
— Расскажи мне, — сказала Нур. И пока остальные смотрели со смесью удивления и ужаса, Ви положила подбородок на плечо Нура и начала рассказывать историю.
— Давным-давно, очень давно, жила-была девочка, у которой на спине росли шипы, как у дикобраза. Люди боялись и избегали ее, а родители беспокоились за ее будущее. Как-то зимой по деревне прокатилась болезнь и убила бедного отца девочки. Прошлой зимой ее мать унес голод. И когда душа отца покинула его тело, он услышал, как девушка поет: «Вернись ко мне, дорогой отец, вернись ко мне, как можно скорее!»
Имбрины обменялись многозначительными взглядами.
— И этот человек так любил свою дочь, — произнесла Нур по памяти, — что вместо того, чтобы отправиться за своей великой наградой, его душа поселилась в любимой кукле девочки.
— Правильно, дорогая, — прохрипела Ви. — Совершенно верно. — Она выглядела опустошенной, измученной от усилий говорить так много. Ее голова опустилась на плечо Нур. Енох обвел пальцем круг. Сердце в его руке замедлило свой бег.
— А теперь, мама, мой вопрос…
— Извини, дорогая, придется подождать до утра. Пора спать, — мечтательно произнесла она, затем отпустила Нур и неподвижно откинулась на стол.
Мисс Королек ахнула.
— Да ладно тебе! — сказал Енох, встряхивая сердце, как остановившиеся часы.
Нур, дрожа, спрыгнула со стола.
— Ты в порядке? — сказал я, притягивая ее к себе.
Енох бросил измученное сердце на пол.
— Это все? — крикнул он Ви. — Я беру на себя все хлопоты, чтобы вернуть тебя из мертвых, и мы получаем сказку на ночь?
— Это была одна из «Сказок о Странностях», — сказала мисс Королек. — По крайней мере, ее начало.
— Это была моя любимая история, когда я была маленькой, — сказала Нур. Она вся дрожала. Я подвел ее к одной из подушек на полу, и мы сели рядом. Она казалась в порядке, потрясенная, но в порядке. Но у Нур была тысяча слоев под ее кожей, и она умела их скрывать.
— Какая пустая трата сердец, — с горечью сказал Енох.
Дверь открылась, и наши подслушивающие друзья ввалились внутрь, не в силах больше сдерживать свое любопытство. Мисс Сапсан даже не возражала; она была поглощена негромким совещанием с мисс Королек.
Оливия бросилась туда, где сидели мы с Нур.
— Это было ужасно? Или чудесно? С тобой все в порядке?
Нур непонимающе посмотрела на нее, словно смущенная вопросом.
— Слишком рано, — сказала Оливия. — Прости.
Мисс Сапсан и мисс Королек разделились и принялись отдавать приказы.
— Оливия, — сказала мисс Сапсан, — я хочу, чтобы ты нашла полное издание «Сказок». Оно находится в секции 3-Ф на седьмом этаже архива. Возьми на помощь Бронвин, оно довольно тяжелое. Вам понадобится мой значок, чтобы пронести его на выходе из здания. — Пока мисс Сапсан рылась в карманах и вытаскивала удостоверение в форме железной звезды, мисс Королек обратилась к Милларду:
— Мистер Наллингс, принесите, пожалуйста, самую старую Карту Дней, какую только сможете достать. Спросите у Перплексуса, если вам не хватает картографических справочников. Енох, заверни Ви в саван, положи ее в лед и попроси в морге подготовить ее к похоронам.
— Мы закончили с ней? — растерянно спросила Нур. — А тебе не придется снова ее будить?
 
— Это займет несколько часов, — сказал Енох. — Мне нужно будет собрать вдвое больше сердец, и на этот раз даже лучше.
— В этом нет необходимости, мистер О'Коннор, — сказала мисс Сапсан.
— Но она еще не сказала нам, где место встречи! — запротестовал Хью.
— Вообще-то, — в один голос сказали обе имбрины, а потом мисс Сапсан закончила:
— Я думаю, что она вполне это сделала.
  
Глава десятая
 
— Ви читала «Сказку о Пенсевусе», — сказала мисс Королек. — Это не одна из самых известных историй.
Мы собрались на кухне, где Оливия и Бронвин только что вернулись из архива, таща очень старое и очень большое издание «Сказок».
— Архивариус сказал, что для создания этой книги потребовались шкуры трехсот овец, — сказала Бронвин, слегка задыхаясь, когда она бросила ее на кушетку рядом с Фионой, которая поморщилась, когда она приземлилась с хлопком и от нее облако куриных перьев взлетело в воздух.
— Книга, которая у нас была, была написана от руки, — сказала Нур, — поэтому я всегда думала, что это что-то придумала мама, написала сама. Чтобы утешить осиротевшего ребенка и объяснить, как я стал жить с ней.
— Как вы думаете, в нем содержится ключ к месту встречи? — спросил Гораций.
— Подозреваю, что да, — сказала мисс Сапсан — Как вы знаете, в Сказках часто закодированы тайны.
— Но Ви рассказала только начало, — сказала мисс Королек, усаживаясь между Фионой и огромным томом в кожаном переплете. — Давайте прочитаем остальное и посмотрим, чем это еще может быть полезным.
С помощью Бронвин она открыла обложку, затем пролистала десятки восковых пергаментных страниц, пока не нашла рассказ. Держа на кончике длинного носа бифокальные очки «кошачий глаз», она начала читать.
— «Давным-давно, очень давно, жила-была девочка, у которой на спине росли шипы, как у дикобраза». — Она прищурилась и перевернула страницу. — Да, да, мы это помним… а, вот оно. «И ее умирающий отец так любил ее, что вместо того, чтобы отправиться за своей великой наградой, его душа поселилась в Пенни, любимой кукле девочки. Он сделал это для того, чтобы присматривать за ней все дни ее жизни. Она очень любила куклу и, хотя не понимала, что в ней заключена душа ее отца, чувствовала себя привязанной к ней, повсюду таскала ее с собой и разговаривала с ней. Иногда ей казалось, что он отвечает».
Нур закрыла глаза, и ее губы зашевелились, пока она молча рассказывала историю вместе с мисс Королек.
— «Став старше, — продолжала мисс Королек, — она стала неосторожно обращаться с Пенни и однажды во время путешествия оставила ее на пассажирском судне. К тому времени, как она осознала свою ошибку, корабль уже вышел из порта. Она видела, как он уплывает, но было слишком поздно, для того, чтобы вернуть ее. Она стояла на причале и пела: „Вернись ко мне, дорогая Пенни, вернись ко мне, как можно скорее“…»
Некоторые из нас обменялись взглядами. Опять эта фраза.
— «Она повсюду искала куклу. Прислушивалась к его голосу в шуме ветра. Она не слышала Пенни, но начала слышать другие голоса, голоса, которые другие люди редко замечают или утруждают себя вниманием. Голоса животных. Они чувствовали себя в безопасности, разговаривая с девушкой, теперь уже женщиной, потому что она их не боялась. Она брала их к себе, когда встречала, и заботилась о них, как о своих собственных детях, и построила большой дом, чтобы они были в безопасности. Ее дом стоял у самого моря, и иногда его сотрясали страшные штормы. Однажды ночью разразился шторм, какого они никогда не видели, и во время шторма корабль разбился о скалистый берег. Когда ветер перестал шуметь, она вышла посмотреть, что случилось, и там среди обломков остался один выживший, маленький мальчик. Мальчик весь промок и дрожал, а в руках сжимал куклу. Он подбежал к женщине и обнял ее, и, хотя она никогда раньше не видела этого мальчика, она взяла его на руки.