Пепел жизни
– Я сделаю все, чтобы помочь тебе, маленький. Доверься мне, хорошо?
Волк в ответ заскулил. Я почувствовала внимательный взгляд Мулцибера и обернулась. Если так подумать, то этой прогулкой я смогу убить двух зайцев – узнать окрестности и сбежать, если почувствую опасность, и обговорить с демоном условия освобождения души вурхэнгсона.
– Идем? – как бы между делом спросила я и чуть было не улыбнулась, когда увидела радость на лице Мулцибера. Демон сошел с крыльца и навис надо мной, подобно скале, внимательно изучая лицо. Спустя пару мгновений он чуть отошел назад на пару шагов, протянул согнутую в локте руку и чуть вздернул голову вверх в пригласительном жесте. Внешне демон был спокоен, но нервно дернувшийся кадык доставил мне некое удовольствие от мысли о том, что Мулцибер нервничал.
– Как вам будет угодно, правитель.
Демон сморщился, будто съел лимон, и, наклонившись, прошептал:
– Мулцибер. Называй меня по имени.
– Это приказ?
– Просьба, – отрезал демон и, положив свою ладонь поверх моей, медленно повел по окрестностям дворца. Он подстраивался под мой шаг, рассказывал, как и что тут устроено, отзываясь о каждом, кто проживает в его владении, с некой нежностью и любовью.
Мы прошлись по поляне, которая прилегала ко дворцу. Здесь не было ничего примечательного, не считая пары деревьев, листва которых была окрашена в багровые оттенки. Остановившись около одного из них, я поймала удивленный взгляд Мулцибера.
– Тебя что-то заинтересовало здесь?
Я убрала ладонь со сгиба локтя демона и прикусила нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку, когда Мулцибер на мгновение дольше положенного держал мои пальцы, не желая отпускать. Подойдя к деревьям, коснулась грубой коры и приложила ухо, прислушиваясь. Я услышала, как бьется сердце внутри, как разгоняет жизнь по дереву.
Освободи… помоги…
Я вскрикнула и отшатнулась, едва не упав, но Мулцибер обхватил меня за талию. Не выпуская из своих объятий, он мягко, но властно развернул к себе лицом и убрал пальцами выбившуюся прядь волос за ухо.
– Что произошло?
Дрожащими пальцами я вцепилась в рубашку Мулцибера, упорно смотря на разрезы на ткани, которые переливались в солнечных лучах.
– Я слышала голос… там… в дереве… он просил освободить и помочь.
Мулцибер нахмурился и посмотрел на деревья. Его грубые черты лица ожесточились еще больше, шрамы, как продолжение рта, тянулись почти до скул.
А вдруг?..
Подавшись порыву, я коснулась пальцами шрама с левой стороны, наблюдая за тем, как моя магия впитывается в кожу демона. Секунда, две. Ничего не произошло. Шрамы на лице не затянулись, как случилось с торсом. Я нахмурилась и вновь коснулась его, вызывая больше магии. Мулцибер нежно обхватил мое запястье, притянул руку к своим губам и поцеловал, встретившись со мной взглядом. Одной рукой демон удерживал меня за талию, водя блуждающими движениями по ткани, другой удерживал ладонь, обдавая горячим дыханием. Я попыталась отдернуть руку, но Мулцибер развернул ее и вновь коснулся кожи поцелуем.
– Не стоит тратить свои силы на меня, фея. Они тебе еще понадобятся.
В нежном жесте он опустил мою руку себе на грудь и положил сверху ладонь, чуть сжав пальцы. Несмотря на то что Мулциберу были подвластны похоть и страх, от него веяло уютом, лаской… домом. На минуту показалось, что мы могли бы стать друзьями – такими, которые будут делиться друг с другом радостью и печалью, взлетами и падениями.
– О чем ты задумалась?
Я мотнула головой, прогоняя морок, и чуть приподняла голову. Нашла в себе силы улыбнуться, но воспоминания прошлого обрушились лавиной, заставляя вновь проживать все издевательства. Дриада, Йенс…
– Касандра?
Я молчала, зная, что как только я заговорю, слезы вырвутся наружу и пробьют брешь в щите, который так долго выстраивала вокруг своего сердца. Мулцибер отпустил мою руку и коснулся ладонью щеки, водя по коже круговыми движениями.
– Ты можешь мне довериться. Обещаю, что все останется между нами.
Я всматривалась в глаза демона, в которых не было ничего, кроме сожаления и желания помочь, поддержать, забрать часть боли себе, чтобы ослабить удавку на сердце.
И я доверилась. Слезы подобно прорванной плотине потекли по лицу, когда я рассказывала, как дриады из селения пытались убить, сломать, уничтожить. Что вся дружба и то ценное, что связывало меня с Йенсом, в одночасье рухнуло, прогнав морок и открыв глаза на жестокую реальность. Что не знала, кто я, были ли у меня родители, почему родилась.
Мулцибер молча выслушивал и впитывал каждое слово, изредка убирая скопившиеся на подбородке слезы. Я всхлипывала, пытаясь сохранить остатки здравого смысла и взять себя в руки, но нежные прикосновения демона и его сопереживание вскрыли червоточину. Когда слова начали тонуть в слезах, Мулцибер обхватил мою талию одной рукой, другой распустил низкий пучок и запустил пальцы в волосы, массируя затылок. Голова лежала на его плече, окропляя рубашку соленой жидкостью. Демон чуть покачивался из стороны в сторону, будто пытался убаюкать и успокоить. Я порывисто обхватила его за шею и всхлипнула последний раз, почувствовав странное умиротворение. Что-то теплое коснулось души, уничтожая всю боль, что скопилась за столько лет. Заплаканным взглядом увидела, как багровая дымка за спиной Мулцибера, подобно туману, растекается по поляне.
Я охнула, поняв, что он призвал магию. Попыталась освободиться от хватки демона, но он, продолжая крепко удерживать, заставил запрокинуть голову назад. Я всматривалась в красивое, жестокое лицо, на котором залегли темные круги под глазами, и тонкая сеточка отравляющей магии расползлась по коже. Кадык Мулцибера дернулся, когда он шумно сглотнул и спросил:
– Тебе плохо сейчас, со мной?
– Нет, – честно отозвалась я. Чувство благодарности охватило душу так ярко, что не хватало воздуха для полноценного вдоха. – Откуда у вас шрамы на лице и теле? – тихо спросила я, боясь растеребить старые раны. – Если промолчите, я пойму.
На лице демона залегла глубокая складка между бровями. Он медленно опустил меня на травяной ворс, который приятно холодил кожу стоп. Я готова была провалиться сквозь землю от стыда, что задала столь бестактный вопрос. Но в следующее мгновение вскрикнула, когда Мулцибер легким движением подхватил меня на руки. Я интуитивно обхватила его за шею и скрестила ноги в лодыжках. Демон неспешным шагом направился обратно во дворец, крепко удерживая мое тело в своих объятиях. В его голосе не было ничего, кроме напускной вежливости, пронзительный взгляд направлен вперед.
– Я обязательно тебе все расскажу, но позже. На сегодня достаточно откровений.
– Хорошо, как скажете.
– Касандра, – измученный голос Мулцибера раздался около уха, – запомни простую истину – пролитые слезы еще никого не сделали слабее. Они – лишь инструмент, помогающий сделать тебя непобедимым. Если вдруг когда-то захочется выплакаться и высказаться, я всегда к твоим услугам.
– Не думаю, что у правителя континента и одного из Высших найдется на меня столько времени, – я усмехнулась.
Мулцибер резко затормозил и посмотрел на меня так, что я вся сжалась.
– Всегда, Касандра. Я всегда найду на тебя время.
Я едва заметно кивнула. Лишь когда Мулцибер продолжил идти ко двору, выдохнула. Он осторожно поставил меня на крыльцо и, обхватив мою ладонь своими пальцами, поднес ее и коснулся кожи поцелуем.
– Мне надо ненадолго отлучиться – на день или два. Если будут какие-то вопросы или пожелания, прислуга поможет и подскажет. На худой конец попроси Клерса.
– Это того сатира, который пил всю ночь и не давал спокойно спать жителям дворца?
Мулцибер издал низкий смешок.
– Да. Он буйный, но безобидный.
– Я надеюсь.
Тишина, которая повисла между нами, не смущала, наоборот – казалась уютной. Мы стояли напротив друг друга, Мулцибер удерживал мою ладонь, поглаживая ее большим пальцем, изучая лицо с некой заинтересованностью. Если уж суждено нам проживать под одной крышей какое-то время, то нет смысла делать существование невыносимым. К тому же, кажется, демон не так плох, как могло показаться на первый взгляд.