Пятница, 13-е

Пикап был подарком отца Неда за дипломы с отличием, полученные сыном за то время, что он учился в высшей школе. До этого Нед валял дурака, и его отец с легкостью согласился пообещать наследнику за хорошую учебу все что угодно, будучи уверенным, что даже это не поможет… но недооценил его.
У них было соглашение: если Нед возьмется за ум и неплохо поработает в течение четырех лет, то на окончание школы ему будет преподнесено авто, и плюс к этому сын будет иметь право выбора любого из колледжей. Небольшой договор двух мужчин и ничего более. И Неду было совсем несложно выполнить его — слишком уж высок был стимул: за хорошую учебу гоночный пикап красного цвета с белой крышей, оборудованный противоугонной системой, и право, наконец, уехать в Калифорнию для учебы в «Ю-Си-Эл-Эй»[9].
И он никак не мог дождаться этого момента. Нед грезил о пляже в Малибу, о девушке, которую он там встретит, о будущих съемках во всевозможных фильмах. Он уже подобрал добрую дюжину рубашек разных цветов, подтверждавших надписи: «Зачем взрослеть, когда ты умеешь делать кино?» А если добавить к этому еще и несколько пар джинсов и новенький «Рибок», то получится целый гардероб для будущей жизни в колледже. Сейчас же ему оставалось всего лишь провести несколько «ленивых» недель в лесу, ходить с детьми в походы, учить их плавать, стрелять с ними из лука, валяться около костра перед сном, пить пиво и покуривать, мечтая о будущем в Калифорнии. Все было просто прекрасно. И все эти грезы, включая главную — познакомиться с какой-нибудь девчонкой, — станут явью уже этим летом.
Джек, с другой стороны, и не собирался «ловить свой шанс». Он его уже поймал. Все эти годы они с Марсией были неразлучны. Они вместе подписали договор о работе этим летом, чтобы сообща провести этот сезон перед тем, как разойтись по разным школам. Они продолжали уверять друг друга в том, что их чувства должны продолжаться, но, по правде говоря, уже были уверены, что это невозможно, ведь очень скоро они разъедутся по разным штатам, поступят в разные колледжи, будут встречать разных людей… Честно сказать, это должно было произойти. Они оба это прекрасно понимали, и их отношения находились в том же состоянии, что и бомба, каждую минуту готовая взорваться.
Нед взглянул в зеркало заднего вида и позвал девушку:
— Эй, Марсия!
Она прервала свой долгий поцелуй с Джеком, только сейчас вспомнив о присутствии Неда.
— Да?
Нед усмехнулся.
— Как ты думаешь, там будут еще девочки, такие же хорошенькие, как и ты?
— Неужели, Нед, секс — это единственное в жизни, что тебя интересует? — рассмеялась Марсия.
— Нет… Конечно, нет!
— Ха! Рассказывай! — Марсия скорчила ему рожу.
— Нет, ну иногда я конечно думаю о том, чтобы поцеловать какую-нибудь девушку, — произнес вспыхнувший Нед в ответ на эту усмешку.
Он-то знал, что отношения Джека с Марсией доэтогоеще не дошли. Как-то ночью немного перебравший пива Джек признался ему в этом. Он рассказывал, что Марсия просто сводит его с ума: «бесспорно, она целуется как готовый расплавиться ядерный реактор, но как только дело доходит до постели, тут уж она проводит невидимую черту». В то же время Джек утверждал, что он и любит ее именно за это… Задетый усмешкой Марсии Нед вспомнил подробности того разговора.
— Подожди, — сказал он тогда. — Дай мне переварить твою откровенность. Ты говоришь, что тебя бесит то, что она не хочет с тобой переспать. И в то же время ты утверждаешь, что именно это тебе в ней и нравится.
Джек влил в себя очередную порцию пива.
— Мне кажется, что здесь нет ничего такого уж странного. Подумай сам… Если парень собирается заняться сексом, то вокруг всегда крутится множество девиц, которые безо всякого нажима согласятся с ним переспать. И заставлять Марсию лечь со мной в постель я не хочу. Если ты любишь кого-то, то никогда не будешь на него давить, принуждать его к чему-либо. Любовь — это надежда, а надежда всегда должна быть желанной.
— Э, но мне кажется, что вы просто боитесь чего-то со стороны друг друга, — произнес Нед. — Любовь и страсть…
 
— Ну, смотри, я люблю Марсию. Так? — попытался объяснить Джек. — А если ты любишь кого-нибудь, я имею в виду, если ты по-настоящему любишь, а не морочишь сам себе голову, то ты никогда не затащишь девушку в постель вопреки ее желанию. Если она против, если она устанавливает какой-то предел, то ты, парень, не будешь дальше навязывать ей свою любовь, свои желания. Ты будешь стараться действовать как-то иначе. Ну, а если ты слабак или дешевка, то конечно такого удара тебе не выдержать. Но ведь ты же, в конце-то концов, не покупаешь обед только для своей правой руки?! Ты кормишь обедом всего себя, все тело, все свои органы. И если ты давишь на нее, то это уже не любовь. Тогда это уже называется эгоизмом.
— Черт тебя подери, Джек, — усмехаясь сказал Нед, — а ты оказывается романтик.
— Значит так? И ты считаешь это смешным? Черт возьми, а что плохого в романтизме? Может быть, если бы побольше людей было бы романтиками, то много большее их число жило бы сейчас в мире друг с другом.
— Ах, вот ты значит о чем! — вспетушился Нед. — А веришь ли ты сам в то, что говоришь? Ты понимаешь, что это будет последнее лето, когда вы будете вместе? И это сможет произойти либо этим летом, либо уж теперь никогда.
— Я-то понимаю… — Джек уперся взглядом в банку с пивом. — Я это знаю. И ты вовсе не должен был себя утруждать, чтобы мне об этом напомнить.
Они выехали на грязную дорогу, обозначенную новым указателем с надписью «Кэмп-Кристал-Лейк». Нед немного снизил скорость и поехал по этой петлявшей по лесу тропе, пока перед его взором не возник большой щит с начертанными на нем словами: «Добро пожаловать в Кэмп-Кристал-Лейк. Осн. в 1935».
Усатый худощавый мужчина в очках, но с оголенным торсом, махал неподалеку топором, с каждым ударом наклоняясь вместе со своим орудием, пытаясь, видимо, срубить под корень какой-то пень. Нед проехал мимо и припарковал свою машину.
— Эй, не хотите ли мне помочь? — крикнул усач, как только ребята вылезли из автомобиля.
— О, конечно, — ответил ему за всех Джек.
Мужчина повернулся и крикнул в сторону коттеджей:
— Элис!
Из какого-то помещения вышла миловидная блондинка с веником в руках.
— Значит так… Я хочу срубить это чертово дерево, — объяснил им усач. — Вставайте на той стороне. Толкните его, а я посмотрю, что получится. На счет «три», ладно? Эй, Элис, где ты там?!
— Иду, — крикнула блондинка, направляясь к ним.
«Командир» просчитал до трех, и все они уперлись руками и плечами в дерево. Мгновение пень сопротивлялся, а когда поддался дружному напору, Джек с Недом по инерции повалились на землю.
— Это просто замечательно, — констатировал усатый, снимая рукавицы. Он подал Джеку руку и представился:
— Я — Стив Кристи.
— Джек Кэндалл. Это Марсия Гилкрист.
— Привет.
— Нед Рубинштейн.
— Ну что ж, друзья, добро пожаловать в Кэмп-Кристал-Лейк, — сказал Стив. — А это Элис, — отрекомендовал он блондинку.
— Привет, — с улыбкой произнесла Элис. — Кстати, Стив, с коттеджем «Би» все в порядке.
— Хорошая новость, — обрадовался Стив. — А где бродит Билл? Интересно, закончил он, наконец, уборку лодочного домика?
— Не знаю, — ответила Элис. — Я его не видела уже с полчаса.
— Да уж… — начал Стив. — Было бы весьма неплохо, если бы он уже начал красить.
Нед с немым вопросом посмотрел на Джека и Марсию.
— Ладно. А как там Бренда? — продолжал Кристи.
— Ты сказал ей, чтобы она шла устанавливать мишени для стрельбы из лука, — напомнила Элис.
— Нет-нет, будет лучше, если именно она пойдет красить. — Он повернулся к остальным, — Ладно, пошли.
Кристи хлопнул в ладоши и бросился вперед как человек, пытающийся одновременно сделать добрый десяток дел.
Нед взглянул на Элис с ярко выраженным замешательством: