Совенок. Путь к трону. Пятая часть (СИ)

— Что это было? — ошарашенно уточнил у себя огонь. — Как это понимать? Он что? Отказался?
До обидного громко хлопнула дверь, и стихия осталась одна.
— Он?
Фигура взметнулась до потолка, разом превращая воздух в зале в раскаленную печь.
— Отказался?
Факелами полыхнули занавески. Засветилась защита на троне. Пузырями пошла роспись на потолке.
— Сжечь! Наказать!
Стихия разъяренной молнией металась по залу, в ее облике мелькали сотни лиц. А воздух все раскалялся и стекла уже трещали от жара.
Оглушительно завыли сирены. К тронному залу устремились безмолвные и дежурные маги.
Выругался Четвертый, поднимаясь из-за стола, где он ужинал с семьей.
— Не волнуйся, я разберусь, — проговорил он, целуя жену в щеку.
— И почему именно на праздник⁈ — с тоской высказался Харт, выскакивая в коридор и активируя на ходу браслет. — Поймаю идиота, придушу лично.
А тронный зал уже полыхал.
* * *
В кабинете стоял едкий, густой запах гари. Его величество успел переодеться в чистое после ночного пожара, но вонь отмываться не пожелала.
Открывалась дверь, впуская принцев. Они приглаживали мокрые волосы, торопливо застегивали рубашки. Эта ночь выдалась тяжелой у всех. Стихию удалось угомонить ближе к середине ночи усилиями половины ветви. Напоследок им гулко хлопнули окнами зала, выбив стекла и грозно пообещав вернуться.
Тронный зал остался стоять, точно после налета калкалосов — черная копоть на стенах, пустые глазницы окон, крошево стекла на полу. Мощная защита, наложенная еще предками на корону, браслеты и трон, помогли регалиям остаться целыми, но сам зал сильно пострадал.
— Так это точно был Шестой? — уточнил Харт, недовольно разглядывая черную копоть, забившуюся под ногти.
Его величество растер усталым жестом лицо. Они вчера прилично выложились, успокаивая разбушевавшиеся потоки огня.
— Он последний, кто заходил в хранилище и брал корону в руки, — нехотя проговорил Рельгар.
Фильярг выругался. С раздражением заметил не отмывшееся пятно копоти на ладони и начал его оттирать.
— Может, кто-то пояснит, что здесь происходит? — прихлебывая обжигающую агру, раздраженно поинтересовался Второй.
Фильярг страдальчески вздохнул.
— О как! — встрепенулся Ларс. — У нас появились секреты друг от друга?
— Секрета нет, — его величество тяжело поднялся из кресла, прошелся перед камином, остановился, глядя на танцующее в нем пламя. Ночью огня было слишком много и после работы со стихией тело ощущалось ватным, вдобавок нестерпимо тянуло в сон. И это в день Зимнего бала! Рельгар никогда не бил детей, но сейчас руки чесались провести воспитательную беседу через нижнюю часть туловища сына.
— Мы подозреваем, у Шестого конфликт с огнем, но подробностей нет. Альгара пока не нашли, так что спросить не у кого, — ответил за отца Третий.
— Его хотя бы искали? — удивился Пятый. — Что значит «не нашли»?
— То и значит, — разозлился Харт, — я отправил всех на поиски. После полуночи подключились безмолвные. Результат нулевой.
— Ассара? — мгновенно уточнил Лиестр.
— Говорит, с ним все в порядке, но не знает, где он.
— Врет! — убежденно выдохнул Второй. — А я предупреждал, что она встанет на его сторону, даже если это будет вредить короне.
— Не будем трогать ассару, — его величество повернулся от огня, обвел сыновей тяжелым взглядом красных от дыма глаз, — я вынужден вас просить принести клятву. Клятву малого огня. Шестому.
— Что? — Ларс подскочил с кресла, вывернул на себя кружку с агрой, выругался, отряхивая капли с жилета.
— С чего такая необходимость, отец? — Пятый подошел, встал рядом. — Разве Альгару угрожает опасность?
— После сегодняшней ночи я бы не стал в этом сомневаться, — проворчал Харт, — так и хочется надавать паразиту затрещин. Устроить такое!
 
— Посмотрел бы я на тебя в двадцать шесть, если бы ты узнал о таком, — встал на защиту младшего брата Фильярг.
— Еще и Майра эта… Зачем он так рано связался с этой девицей⁈ — Первый неодобрительно покачал головой.
— А кто-то, помнится, ею восхищался, — насмешливо напомнил Харт, — говорил о гениальности, называл гордостью менталистики.
— Восхищался, — не стал отрицать Лиестр, — но сейчас из-за нее Шестой сходит с ума.
— У тебя есть средство заставить его разлюбить?
— Нет, но я могу этим заняться.
— Хватит! — резко оборвал спор братьев Рельгар. — Я жду клятвы, а после мы продолжим рассуждать о том, кто и кого должен любить. Дело не в том, что я не доверяю кому-то из вас, но вы должны понимать — речь о будущем нашей страны. Я не желаю рисковать короной.
— Неужели это правда⁈ — потрясенно уточнил Пятый. — Он избран? Так рано?
— И как ты понимаешь, Шестой не в восторге от оказанной ему чести, в первую очередь из-за Майры, вот и довел, как мы полагаем, стихию своим отказом до безумного огня, — криво усмехнулся Фильярг.
— Впервые на моей памяти огонь так буйствовал из-за смертных, — тихо добавил Харт.
— И если в ближайшее время мы не помирим этих двоих, — Рельгар обвел сыновей испытующим взглядом, — место будущего короля окажется свободным. Есть желающие его занять?
Принцы озадачено переглянулись. Огонь, конечно, делал выбор сам, но для выбора требовалось добровольное согласие избранного.
— Шестой потенциально сильнее любого из нас, — тихо проговорил Лиестр, — да и темный защитник есть лишь у него. Что касается молодости… до трона у него будет время набраться опыта.
— Довести стихию из-за любимой женщины… — с завистью выдохнул Второй, покрутил головой, размял плечи, с раздражением принюхался к себе. — Так-то дурость, конечно, но уважаю.
Его величество неодобрительно кашлянул, однако говорить ничего не стал.
— Мозгов ему не хватает, как и терпения, но способен, поганец, что и говорить. От слежки ушел — мои парни в восторге. Да и в академии настолько популярен, что о нас уже и не вспоминают. Гвардию вон свою завел, — добавил с усмешкой Харт.
— Я за него особо не переживаю, — объявил Фильярг, поджимая губы, — у него ассара есть, а вот за ассару… — и Четвертый страдальчески вздохнул, Второй понимающе похлопал по его плечу:
— Не поверишь, мы все за нее переживаем. Огонь, а не женщина.
— Если вы думаете, что я поддерживаю идеи своей матушки, — Пятый запнулся, отвернул исказившееся от боли лицо к окну, — то я давно научился жечь собственный костер. Да и путешествия мне больше по душе, чем каменный трон под задом.
— Вижу похвальное единомыслие, — одобрительно усмехнулся Рельгар, — хоть наши предки и не одобрили бы его. Тогда клятва, а потом думаем, что делать с нашей малолетней проблемой, раз правда вышла наружу.
* * *
Бал из тронного зала перенесли в зал Почтения. Подданные не слишком радостно восприняли инициативу короны, им хотелось разгульного праздника, а отплясывать под суровыми взглядами предков — это постоянно помнить о почтении к ушедшим в огонь. Зато в этот зал прекрасно вписывался чуть подкопченный трон, ну а к легкому запаху гари и так все привыкли — им знатно провонял весь дворец. Не помогли ни поднятые магами ветра, ни распыленные в воздухе ароматы. Гарь мгновенно въелась в обшивку мебели, гардины, одежду, прилипла к стенам. Даже призрачные вальшгасы, казалось, воняли ею.
Его величество поправил корону, подавил навязчивое желание снять и проверить оттерли ли копоть с регалии. Кашлянул. Этот Зимний праздник он не забудет. Такое устроить… Н-да… Однозначно, придется включать в хронику, но не сейчас, а после коронации Шестого.
— Дорогие наши подданные, мы рады приветствовать вас на Зимнем балу.
Благодаря многолетнему опыту, проблем с праздничной речью у его величества не возникло — слова сами рождались в голове. Он скосил взгляд на награды. Как хорошо, что их не оставили в тронном зале, унеся в хранилище. Нашел глазами ассару. Многозначительно кивнул. Пусть знает, что он недоволен. Рельгар, конечно, не ждал помощи от Юли — ассара, она и есть ассара — но хоть намекнуть могла бы, где сейчас ее подопечный.