Полуночная девственница (СИ)

— Думаю, тебе также стоит принять душ. Ванна слева от лестницы на второй этаж, туда не поднимайся, а то прибьет еще чем-нибудь, падающим с крыши.
— Хорошо, — кивнула девушка, смущенно прижимая ноги друг к другу.
Оборотень вышел из спальни, его примеру последовала и Николетта, быстро юркнув в сторону в ванной комнаты. Там она приняла холодный душ (горячей воды не было) и на мокрое тело надела рубашку, которая дотягивала ей почти до колен. Выбравшись из душа, Никки стала рассматривать свое лицо в зеркале над раковиной, хотя раньше подобным не занималась. Голову девушка не мыла, так как она бы высыхала слишком долго, да и было настолько холодно, что она выбежала из душа почти через две минуты, как забежала.
Расчески не было, потому старшеклассница пригладила взлохмаченные волосы пальцами, пару раз проведя ими между прядей. Локоны она завернула себе за уши, пытаясь изменить что-то в своем облике. Ей всегда не нравились большие щеки, но, к сожалению, она ими обладала. И как бы она ни теряла массу тела, ничего не менялось. Почему-то сейчас она всерьез захотела воспользоваться макияжем: подкрасить рыжие ресницы, нарисовать скулы, подчеркнуть брови. На эту идею рыжеволосая покачала своей головой, по-прежнему считая, что естественной она нравится себе больше.
Умывшись холодной водой и еще раз глянув на себя в зеркало, Оулдридж покинула ванную и отправилась на кухню. При этом Никки немного опасалась внезапной встречи с голубоглазым, хотя бы потому, что чувствовала себя неловко без нижнего белья и боялась, как бы рубашка ни задралась выше. Ни в коридоре, ни на кухне никого не оказалось, и это её расстроило. Расстроило?! Кажется, она всерьез сходит с ума.
Решив приготовить обычный английский завтрак, разноглазая девушка заглянула в холодильник, однако продукты чуть ли не свалились с верхней полки, если бы она их не придержала. Причиной столь неожиданного обвала послужила нерациональная расстановка продуктов: большую часть пространства на средней полке занимала посуда с рагу, о котором вчера та так успешно позабыла.
Даже не решаясь заглядывать под крышку, рыжеволосая схватила несчастное блюдо под ручки и потащила на улицу. Мусорки в доме не было. Впрочем, вчера на улице Николь её тоже не наблюдала, но тем не менее решительно направлялась в сторону выхода. Улица встретила её прохладным ветром и солнечным светом, отчего та вздрогнула и прищурила глаза.
Голубоглазый рубил дрова, умело обращаясь с топором. Впрочем, умел он обращаться не только с топором. Подумав об этом, Оулдридж едва не залилась краской, но все-таки не выдала свои не очень лестные наблюдения. На нем не было футболки, и она могла разглядеть все то, что разглядеть вчера было не совсем возможно. Пожалуй, на его теле было немало шрамов, а на руке красовался довольно расплывчатый ожог. К её удивлению, тело брюнета не портили даже эти изъяны… ну или ей просто нравятся плохие парни. В последнем она уже почти не сомневалась.
— Что делаешь? — спросил оборотень, наблюдая кастрюлю в её руках.
— Выкидываю рагу.
— Зачем? Я ел вчера, это вполне неплохо…просто поставь на место и не трогай… — и если начинал он дружелюбно, то последнее добавил несколько грозно. — И я жду завтрак.
Спорить с ним Никки не стала, а если бы и стала, вряд ли бы спор закончился в её пользу. Отнеся рагу обратно на кухню, дева все же заглянула под крышку. "Что ж, пожалуй, не так уж и плохо… хотя и переварено". Пробовать данное блюдо она не собиралась, но от него не пахло гарью. Поставив рагу в холодильник и сделав в нем небольшую перестановку (чтобы ничего в следующий раз на голову не свалилось), старшеклассница наконец приготовила завтрак.
Вся комната пропахла яичницей и беконом, отчего Оулдридж попыталась открыть окна для проветривания. Небольшие окна выходили прямо во двор, где в это время голубоглазый готовил дрова для дома. Однако старая оконная рама не выдержала её натиска и вывалилась вместе со стеклом, громко ударившись о бетон у дома. Николетта так и застыла в оконном проеме. Благо, она не пострадала, вовремя отскочив. Не прошло и секунды, как оборотень оказался рядом с ней.
 
— Не можешь и минуты без приключений на задницу? — зло прошипел мужчина, проводя рукой по своим густым черным волосам.
— Почему же? Могу… — съязвила рыжеволосая и тут же пожалела.
Оборотень прижал её к себе вплотную так, что их грудные клетки соприкасались.
— Приключения могут быть совсем другого рода…
— Т-ты хотел есть… завтрак готов… — пролепетала Никка, смущенно отводя взгляд в сторону.
Он схватил один из её локонов своими грубыми пальцами, поднес к носу, втянул её аромат и задал совсем нестандартный вопрос:
— Каким шампунем ты пользуешься?
— Никаким… просто… ну знаешь, самодельный… — сейчас ей было очень неловко.
В этот самый момент у оборотня возникло острое щекочущее ощущение где-то в горле, её непосредственность порой распирала на ха-ха, но он просто занял свое место за столом и взял вилку в руку. Райнхард уже очень давно не пользовался столовыми приборами, но рука все еще помнила, как правильно держать этот прибор. Пожалуй, только в людской форме можно было насладиться вкусом еды.
Рыжая долго думала, присесть ли рядом или нет, но все-таки заняла стул рядом с ним. Она давно хотела обсудить свою дальнейшую судьбу в сложившихся обстоятельствах. Ей нужно было проведать свою семью, в особенности сестренку, появиться на дополнительных занятиях в школе и работать, но голубоглазый брюнет немного подпортил её планы.
— Мне нужно попасть домой и в школу сегодня… — начала было она.
Отдельное спасибо gil за поддержку романа первой наградой, вы вдохновили меня еще на несколько абзацев!
Спасибо за любую поддержку в виде оценки, коммента, репоста или подписки на мой профиль. Это вдохновляет и окрыляет!
6 Глава
После её слов вилка тут же упала обратно в тарелку, а оборотень зло повел челюстями. Отпускать девушку он не был намерен, но ему также не хотелось, чтобы её отношение к нему ухудшилось. Райнхард хотел, чтобы она была с ним по собственной воле или хотя бы по частичному принуждению. Да, его угрозы были относительно беспочвенны. Трогать её семью брюнет бы не осмелился. Да и он никогда не причиняет боль детям и их матерям. Больше никогда. Да и полнолуние уже прошло.
Не произнеся ни слова, оборотень глянул на девушку. Рыжеволосая уставилась на свои голые ноги, нервно переминая пальцы и закусывая губу. Райнхард тяжело выдохнул, затем потер переносицу и ответил вопросом:
— Сколько времени это займет?
Ника немного замялась, примерно прикидывая, сколько времени ей понадобится.
— Где-то до трех дня, а потом… несколько часов вечером до девяти, — наконец ответила дева, чем вызвала недовольство голубоглазого.
— Знаешь, тебе это дорого обойдется, — со злобой выплюнул тот, хватая девушку за руку и тут же рывком усаживая её к себе на колени.
— Что я должна сделать? — немного опешив, спросила Николетта.
У мужчины от такого заявление пересохло во рту. Он аккуратно схватил её за бедра, поудобнее усаживая ту на свои колени. Утреннее возбуждение говорило само за себя, упираясь рыжеволосой прямо в промежность. Он редко спал с женщинами днем и утром в особенности, чувствуя разочарование и неприязнь к даме, которая провела с ним ночь. Но Оулдридж никакого негатива не вызывала, разве что только потому, что должна была на какое-то время покинуть его дом.
— И что же ты можешь мне предложить? — хмыкает брюнет, прижимая её к себе, плотнее вдавливаясь своим стояком в ее промежность.
Она мало что могла ему предложить.
— Охх… — выдохнула рядом с его шеей разноглазая.
Райнхард напрягся.
— Больно?
— Да… с тканью неприятно, — протянула Никки.
— А без неё приятно? — довольно нежно поинтересовался голубоглазый, сверля девушку пристальным взглядом, рукой он провел по её волосам.
Ника внезапно зарделась, избегая зрительного контакта, внизу все еще болело и пекло, но в животе появилось странное трепещущее чувство.