Глаза Сатаны (СИ)

Вдруг подбежал оборванный мальчишка, стал клянчить милостыню. Хуан отмахнулся, потом достал три мараведи и бросил нищему. Тот завопил, что его унижают, бросая монетки на землю.
Появились три амбала из цветных, приблизились, успокоили мальчишку. А один из них подошёл к Хуану, нагло осмотрел его худую фигуру, сказал с угрозой в голосе:
– Обижаешь нищего, белый подонок? Ну-ка подними и подай, как следует!
– Кто ты такой, что взялся учить меня? – сдерживая гнев и беспокойство, спросил Хуан. – Пусть скажет спасибо, что так получил ни за что. И не мешай мне. Я жду человека.
– Ты вздумал перечить мне, который здесь всем заправляет? – рука потянулась к поясу, где в ножнах висел нож.
Подошли ещё двое. Стали полукольцом. Один из них крикнул задорно:
– Пако, врежь этому белому дохляку! Пусть не путается под ногами!
– Ребята, ребята! – Коротышка выступил вперёд. – Чего пристали? Никто никого не трогал. Мы по деду сюда пришли. Идите себе.
– А это что за обрубок сейбы? – хохотнул третий. Он подошёл вплотную, сильно толкнул Пабло, но свалить того оказалось нелёгким делом. Он только отступил на шаг, проговорив мирно:
– Ребята, не нарывайтесь! Алькальда с альгвасилом позовём.
– Ха! Альгвасилом испугал! – это второй замахнулся на Коротышку, тот успел увернуться, приняв удар плечом. – А ну, что у тебя, доходяга, в карманах? – И с этими словами протянул руку к поясу Хуана, где висел мешочек с монетами.
Хуан отступил, выхватил шпагу.
– Вас просили не нарываться, ребята! Нападение на дворянина вам так просто не простится! Идите с миром!
Третий метис зашёл сбоку, готовя сорвать кошель.
Хуан резко махнул рукой со шпагой. Она хлестнула плашмя по шее, бандит взвыл, согнулся, зажимая багровую полосу.
Выхватив ножи, бандиты кинулись на Хуана с Пабло.
Пришлось отступить. У Пабло в руке оказалась цепь в два фута длиной. Он её вращал, не подпуская их близко.
Собрались люди поглазеть на весёлое зрелище. Начали делать ставки, заключать пари и криками подбадривать сражающихся. Слышались смешки в сторону напавших, что подзадоривало их на активные действия. На помощь пришёл ещё один их друг, и уже вчетвером они бросились на хилого, как казалось всем белого и смешного коротышку-метиса с цепью в руке.
Хуан успел выстрелить, свалил первого, кто оказался ближе всех, другого отогнал шпагой, а Пабло всё крутил цепью, от которой отскакивали нападавшие под вопли собравшихся зевак и спорщиков.
Появились альгвасилы с алебардами, разогнали народ.
– Что за драка? – громыхал старший охранник. – Сеньор, кто вы?
Хуан вложил шпагу в ножны, слегка склонил голову, ответил, переведя дух:
– Хуан де Варес, сеньор. Португалец, – добавил он, опережая вопрос.
– Какова причина драки, сеньор де Варес?
– Эти сеньоры обиделись, что я бросил монетки нищему мальчишке на землю. Видите ли, они посчитали себя оскорблёнными.
Хуан нарочно говорил витиевато, что должно было поднять его статус.
– Я вижу Пако. Это вы его ранили, сеньор?
– Видимо да, сеньор. Он хотел посмотреть содержимое моего кошелька.
– Понятно! Эй, Пако, ты опять взялся за своё?
– Полагаю, он никогда и не бросал своего занятия, – отозвался второй альгвасил, пнул ногой раненого, заявил: – Придётся тебе посидеть на вёслах, голубчик. Это тебя живо остепенит.
– Остальные убежали, – оглядел опустевшую пристань старший. – Вы по какому делу здесь, сеньор? – повернулся к Хуану.
– Два дня назад договорился с метисом по имени Ампаро. Он должен был договориться с хозяевами о продаже мне баркаса, сеньор. Да что-то нигде его не видать.
Гм! – усмехнулся альгвасил несколько презрительно. – Этот Ампаро вечно ищет наивных простаков, вроде вас сеньор. Он дружок этого Пако. Так что у вас будет ещё время поискать себе другого агента по продаже судов. Кстати, сколько запросил ваш приятель за баркас, если не секрет, сеньор?
– Двадцать золотых, сеньор, – смутился Хуан.
– Поистине, сеньор, в мире правит наивность, – заметил старший, давая понять, что можно было сказать и сочнее. – Альварес, поможем дону Варесу в его деле? Всё ж пострадавший.
 
– Я готов, сеньор. Только прикажите. За такие деньги на многое можно согласиться. Вот только погрузим Пако в колымагу и я займусь сеньором.
Раненого Пако уложили в двуколку, запряжённую ленивым мулом, возница с безразличным лицом чмокнул губами, а Альварес с улыбкой сказал:
– Сеньор де Варес, прошу за мной. Мы сначала осмотрим баркасы, а уж потом вы сами решите, который вам подойдёт.
Альварес нашёл лодчонку, сел на вёсла и умело погрёб к ближайшему баркасу. Этот оказался старой развалиной с плескавшейся водой на дне. Альгвасил сам отказался его смотреть и поплыл дальше.
– Вот, сеньор, то, что вам может подойти, – пристал он к другому баркасу.
– Помнится, он год назад как построен. И каютка имеется. Посмотрите, а я подожду, – угодливый испанец уверенно придержал лодчонку у борта баркаса. – Не стесняйтесь, дон Хуан. Хозяин не обидится, я его знаю. Да тут все друг друга знают.
Хуан тщательно осмотрел баркас. Он ему понравился. Лишь парус следовало заменить да некоторые снасти. Был даже чугунный якорь фунтов на сто, что делало судно солидной посудиной.
– Спасибо, сеньор Альварес, – бодро заметил Хуан. – Я готов купить судно. Ведите к хозяину.
Хозяин, пожилой мулат с жидкой бородкой и узкими глазами был рад покупателю. Тут же заломил цену в двадцать пять золотых.
– Ты, братец, не дури, – остановил его Альварес. – Твоё корыто и половины не стоит. Но сеньор достаточно щедр и может предложить пятнадцать монет. Соглашайся, а то мы подберём другое судно.
Торг длился несколько минут, после чего хозяин уступил, получил деньги, а Альварес, выйдя на улицу, заметил с хитринкой:
– Вы не возражаете, если я попрошу вас выплатить мне комиссионные, дон Хуан? Цена ведь оказалась вполне приемлемой.
– Во сколько вы оцениваете своё посредничество, Альварес?
– Всего-то пять золотых, сеньор! И то вы остаётесь в выигрыше. И большое спасибо, вы достойны всяческого уважения. О баркасе не извольте беспокоиться. Его никто не тронет. Могу предложить хорошего человека в качестве матроса или сторожа на всякий случай.
– Сторож мне подойдёт, Альварес, – ответил Хуан. – Как его звать?
– Метис по имени Кристобаль, дон Хуан. Вполне надёжный человек, не юнец.
– Полагаю, мне не обязательно с ним знакомиться предварительно?
– Вы правы, дон Хуан. Я о вас ему поведаю, он будет выполнять свою работу, что вы ему зададите. Полагаю, вы это сделаете, сеньор.
– Да, Альварес. Заменить слабые канаты, парус починить и кое-что подкрасить. Дней через десять, пятнадцать я заявлюсь. Вот вам два золотых за работу. И я надеюсь на вас, сеньор Альварес.
Щедрость Хуана очаровала альгвасила. Они расстались почти друзьями.
– Сеньор зря так сорит деньгами, – хмуро заметил метис.
– Ничего, Пабло. Пусть не думает, что я пустышка. И тебе перепадёт немного, мой друг. Теперь у нас ещё одно серьёзное дело. Самое серьёзное. Завтра мы с тобой выполним самое главное.
Они вернулись вечером, заглянули по дороге к Кумбо, пообещав скоро посетить его снова. Сеньора Корнелия встретила своих гостей вопросительным взглядом.
– Спасибо вам, сеньора, за предупреждение. На нас напали, как вы и говорили. Но, как видите, всё обошлось.
– Всегда слушай старуху, Хуан. Ты готов заполучить деньги?
– Готов, сеньора. Завтра мы с Пабло доставим всё к Кумбо. Вам не обязательно быть там, сеньора. Вы слишком трудно переносите это путешествие. Мы зароем всё в прежнем месте, будьте спокойны.
– Хорошо, – ответила старая сеньора, пристально смотрела в глаза Хуану, и тому стало плохо от этого пронизывающего взгляда. – Я тебе верю, – тихо добавила она, помолчала, и до шёпота понизив голос, прошептала: – Это всё для Миры. Она не должна так бедствовать, как я все эти годы.
– Я думаю, что это вполне справедливо, сеньора. – Хуан поклонился сеньоре, но та не обратила на это внимания. Её мысли улетели в прошлое.