Трамвай в саду

– Я не нашел никакого жетона. Может быть, вы ошиблись и он просто куда-то завалился?
– Нет, – уверенно возразил Леня, – я своими глазами видел, как она его проглотила!
– Странно... очень странно... хотя, конечно, пищеварительный тракт собаки довольно сложный и протяженный, и жетон мог застрять где-то на полпути... тогда придется сделать ей рентген, без него ничего нельзя сказать уверенно.
Лора со смущенным видом вышла из-за занавески, цокая когтями по кафельному полу.
– Ну, дама, пройдем на следующую процедуру! – Ветеринар уверенно втащил овчарку на другой стол, над которым нависало сложное устройство на длинной поворотной штанге, связкой проводов соединенное с компьютером.
Собака вела себя на удивление послушно.
Врач включил прибор и направил его на живот овчарки. Затем он склонился над экраном компьютерного монитора. Передвинув прибор, повторил все еще раз.
– Нет, как хотите, я ничего не вижу! – проговорил он через несколько минут. – Можете тоже посмотреть!
Леня склонился над плечом ветеринара и взглянул на голубоватый мерцающий экран.
Он никогда не видел рентгеновского изображения собачьих внутренностей, но, во всяком случае, ничто из того, что было на экране, нисколько не напоминало монету государства Маньчжоу-Го. И вообще никакую монету.
– Да, действительно! – протянул Леня разочарованно. – Не видно ничего похожего...
И тут он вспомнил, что уже давно не слышал голоса своей боевой подруги. Что было для Лолы совершенно нехарактерно – обычно она болтает, не закрывая рта.
Маркиз выпрямился и оглянулся.
Лола стояла, привалившись к двери, и вид у нее был виноватый и очень смущенный.
– В чем дело? – подозрительно осведомился Леня. – Ты мне что-то хочешь сказать?
– Ты понимаешь, Ленечка... – пробормотала его боевая подруга, пряча глаза. – Я сейчас вспомнила... представила себе ту картину... ну, когда ты бросил монету...
– И что?! – холодно процедил Маркиз, когда молчание чересчур затянулось.
– Понимаешь, Ленечка, я, кажется, немного ошиблась... кажется, это было не то ухо...
– Не то?!
– Ну да... не левое, а правое...
– Значит, по твоей милости мы привезли не ту собаку?
– Боюсь, что так...
– Ты понимаешь, что это полный крах? Пока мы тут крутились, тасобака уже давно... ну, ты понимаешь! Избавилась от монеты естественным путем!
– И что же нам теперь делать?
Леня на минуту задумался и наконец проговорил:
– Поехали обратно к музею. Может быть, сумеем выманить вторую собаку, а нет – так хоть эту вернем. В конце концов, не можем же мы взять ее к себе домой!
– Действительно, Пу И будет очень недоволен! – проговорила Лола, пристально взглянув на овчарку.
Та, кстати, вела себя очень странно: меланхолично вздыхала, закатывала глаза, виляла хвостом и то и дело бросала на Маркиза томные, выразительные взгляды.
– Что это с ней? – спросил Леня ветеринара.
– Не знаю. – Тот пожал плечами. – Ей за сегодняшнюю ночь столько всяких лекарств надавали... и снотворное, и антидепрессант, и средство для снижения злобности. Черт его знает, как это сочетание могло повлиять на ее психику!..
Овчарка грустно вздохнула, прижалась к Лениной ноге и снова закатила глаза.
– Надо же, Ленечка. – Лола едва сдерживала смех. – Оказывается, твое мужское обаяние действует не только на секретарш, официанток и младший медицинский персонал, но даже на кавказских овчарок! Придется занести тебя в Книгу рекордов Гиннесса!
– Хватит болтать ерунду! – обиженно проговорил Маркиз. – Поехали! Времени нет! Каждая секунда дорога, может, мы еще успеем перехватить монету!
На этот раз овчарку посадили в салон машины, причем она мгновенно заняла переднее пассажирское сиденье, рядом с Леней, а когда Лола попыталась пересадить ее назад – угрожающе зарычала на нее и обнажила клыки.
– Леня, ты это видел? – возмутилась Лола. – Она мне угрожает! В конце концов, ты можешь поставить эту зубастую дрянь на место? Или теперь она будет твоим компаньоном и боевым соратником, а мое место на коврике у дверей?
  
– Девочки, не ссорьтесь! – примирительно проговорил Леня, садясь за руль. – Нам некогда выяснять отношения, нужно скорее возвращаться к музею!
Лола обиженно надулась и села на заднее сиденье.
Однако когда компаньоны подъехали к музею, они увидели, как красный от возмущения отставной майор Ноздреватый запустил вторую собаку в свою машину, закрыл за ней заднюю дверь и, прежде чем уехать, погрозил кулаком столпившемуся на пороге персоналу музея во главе с его владельцем:
– Вы мне еще ответите за мою Лорочку!
Минут за сорок до этого владелец музея господин Осетровский прибыл в свой музей, разбуженный звонком ночного дежурного. Дежурный встретил хозяина в дверях чрезвычайно смущенный.
– Тут у нас такое дело случилось... – начал он, пряча глаза. – Возле музея машина разбилась...
Дымящиеся обломки разбитой машины еще не были убраны с места аварии. Осетровский недовольно покосился на эти обломки и раздраженно осведомился:
– И какое отношение это имеет ко мне? Какого черта ты меня разбудил в такую рань?
– Но вы же велели вам звонить в случае ЧП... вот я и посчитал своим долгом...
– Да, но только в случае ЧП в моем музее, а не на всей прилегающей территории! В городе за ночь много чего происходит, да только ко мне это не относится!
– Тут, понимаете какое дело... – мялся дежурный. – Мы, само собой, вызвали пожарных и «скорую»...
– Ну, правильно сделали... – процедил Осетровский. – Да я-то при чем? И что ты мнешься? Что ты мямлишь? Что ты цедишь в час по чайной ложке? Ты профессиональный охранник или психотерапевт? Говори уж прямо, что еще у вас стряслось!
– Да вот, пока мы с этой чертовой аварией возились, кто-то пробрался в музей...
– Что значит – пробрался? – Хозяин задвигал желваками. – Вы, хомяки беспородные, ушли с поста? Пропустили вора в музей? Да я вас в порошок сотру! Больше того – вы мне возместите все потери!.. Вы мне все до копейки отработаете!..
– Он мимо нашего поста не проходил! – забормотал дежурный. – Христом-Богом клянусь, не проходил! Каким-то непонятным образом в зал пробрался!
Клятва дежурного стоила немного, поскольку он был уроженцем Дагестана и правоверным мусульманином, что было хорошо известно Осетровскому. Хозяин побагровел и затопал ногами, но дежурный показал ему на монитор:
– Вот, посмотрите, запись имеется... он зашел не с улицы, а изнутри, из служебного коридора...
Осетровский внимательно уставился на экран, увидел воровато согнувшуюся фигуру в маске мультяшного кролика и снова повернулся к охраннику:
– Что пропало?
– Да вроде бы ничего...
– В жизни не поверю, чтобы он устроил такой фейерверк, проник в музей и ничего не украл!
Осетровский влетел в музейный зал и оглядел его орлиным взором частного собственника. На первый взгляд все экспонаты действительно были на месте.
Хозяин обошел все витрины с монетами и наметанным глазом разглядел, что одна из них выглядит не так, как прежде.
Это была витрина с монетами недолговечного государства Маньчжоу-Го.
Склонившись над витриной, Осетровский увидел на месте одной из монет почетный значок «Победителю ежегодного смотра-конкурса художественной самодеятельности животноводческого колхоза „Красная свиноматка“».
Пропавшая монета не была особенно редкой, не представляла большой исторической или художественной ценности. Она была помещена в музее только из-за своего необычного дизайна. Однако неизвестный вор проник в музей, для чего ему пришлось отвлечь охрану и каким-то образом перехитрить электронную систему безопасности, и украл одну только эту монету.
В этом же зале находились очень ценные античные монеты – но он их не тронул. Это было непонятно, и это озадачило Осетровского. Неужели он чего-то не знает об украденной монете? Может быть, в ней есть какой-то не замеченный им дефект, который делает маньчжурскую монету необычайно ценной?