Путь Стратега 4 (СИ)
Ого. Так Хилвисмера в курсе за Змеиную Колдунью. Надо расспросить его подробнее.
— Шторм Каламет?
— Древняя защита Сен-Тирата. Непрекращающийся вихрь, который пропускает лишь званых гостей или таких как я.
— А Каламет? Что про нее можно рассказать?
— Многое, но я лучше промолчу. Многие люди искали Каламет, зря в ней корень зла. Бедствие земель Шадда, которое нужно уничтожить. Но это заблуждение. Лучшее, что можно сделать — оставить Сен-Тират в покое. Пусть древние камни хранят свои секреты. Мы лишь пролетим мимо, но не станем касаться Сен-Тирата. И он не коснется нас.
— Я не собираюсь уничтожать Сен-Тират. Корня зла там искать не буду. Что если, меня и Каламет ждет приятное, взаимное сотрудничество? Может, дать нам шанс? Рассказать побольше об этом месте.
— Вы станете там искать оружие, стратег Михаир. Только его вы ищете. Эти поиски могут погубить вас, Сен-Тират или все сразу. Поэтому я промолчу.
Хм… Едва ли мне удастся его убедить рассказать больше. Ладно. Вернусь в стратегию и гляну запись боя. Возможность смотреть прошлые сражения дополнительных навыков не требовала. Это все находилось во вкладке Боевой журнал и было доступно даже на 1 уровне. Раньше я этой возможностью почти не пользовался. И так прекрасно помнил все важные детали каждого столкновения моих войск с врагом. Лишь некоторые моменты пересматривал со скуки. Теперь же уникальная ситуация! Заметную часть боя я вообще не управлял процессом, а был занят выкорчевыванием ростков Порчи из своей бренной тушки.
Ну что ж, вернемся назад. Вернемся в проклЯтый и прОклятый Сейд-Нирам. Город, где оживали мертвецы, а с неба падал пепел.
“Воспроизведение записи последнего боя”. — объявила мне система.
Пред моим взором оказалась вроде обычная стратегическая карта, но теперь появилась возможность ставить все происходящее на паузу и менять скорость воспроизведения.
Началось сражение с драки трое на трое. И боги… Как же хреново я бился. То есть нормально, учитывая результат и мои статы. Мы победили, в конце концов. Но на фоне других бойцов я смотрелся довольно неуклюже. Хотя Яхсада замесил вполне нормально. Не отказал себе в удовольствии несколько раз пересмотреть этот момент, а потом домотал до конца моего личного участия в бою. Вот я поднимаюсь на стену, а Вестник начинает бой с Тайкано.
Первой фазой был воздушный бой. Принц снова упорхнул на потоках ревущего ветра к свинцовым небесам. Я за ним угнаться не мог, а вот Вестник попытался. Расправив огромные крылья и окутав себя туманом порчи, инфернальная машина взмыла над руинами города. Тут же по Вестнику ударил направленный поток ветра, заряженный ледяными осколками. Если с интеллектом у порождения Сердца некоторые проблемы, то вот силы и упорства не занимать. Вестник начал просто взрывать пространство перед собой. Он выпускал не фантомы-камикадзе, а огненные сгустки энергии, которые распускались вспышками. Столкновение двух сил породило хаос. Потоки ветра и взрывные волны натыкались друг на друга. Все обратилось в безумную мешанину магии, под прикрытием которой, Вестник все же сумел взлететь. Едва ли он понимал куда движется. Потоки урагана мотали его из стороны в сторону. Однако инфернальная машина не особо унывала, испуская все больше тумана Порчи и бомбардируя пространство вокруг. Началась борьба за небеса. Еще недавно они были под полным контролем принца, но с каждой секундой влиянием Сердце распространялось. Среди вспышек стихийной силы молний уже можно было рассмотреть ало-багровые всполохи Великого Пламени.
Зря я сразу беспокоился за жизнь Тайкано. Всю фазу воздушного боя он легко уходил от не особо осмысленных ударов Вестника. Контратаковать принц тоже пытался. Однако здесь все было уже сложнее. Три раза ему удавалось, точным броском металлических игл наводить молнии прямо по Вестнику. Горели и трескались кости, но их тут же заменяли новые. Пространственный барьер вокруг источника силы Вестника казался неуязвимым. Фигуры Эйлит и Ларэн продолжали парить на фоне ало-багрового марева. Их общее сердце билось, наполняя инфернальную машину смыслом существования. Костяной гигант раз за разом возрождался из пепла, пытаясь выполнить мой приказ и уничтожить принца. Тайкано же избегал прямой конфронтации. Он то поднимался с вихрями к небесам, то терялся среди руин. Огненные столпы сравнивали целые дома с землей, расползался туман Порчи, поднимались и шли в бой сотни мертвецов, но принц был недосягаем.
И тогда случилось практически чудо. Вестник проявил нечто наподобие интеллекта. Вместо того, чтобы продолжать бессмысленную погоню, он развернулся и направился к ти-шадайскому кварталу, где укрылись соратники Тайкано.
Что там принц говорил своей подружке перед боем?
"Пока я здесь, никто из дорогих тебе людей не умрет".
Выполнение этого обещания оказалось под большим вопросом. Вестник атаковал ти-шадайский квартал.
Глава 2 ЭТОТ человек
Вестника сложно было в полной мере назвать разумным существом. Термин "инфернальная машина" мне нравился больше всего. Но и он не был до конца точен. У машины есть программа или оператор, с чёткими инструкциями. Вестник же повиновался эмоциям, противоречивым и бурлящим, как лава в жерле вулкана. Однако наблюдая его в Сейд-Нираме я понял, что это существо постепенно учится. В том числе копируя мои действия. Так перед непосредственным штурмом ти-шадайского квартала, Вестник выстрелил вниз по руинам города десятком костяных игл. Снаряды эти втыкались в землю и даже камни мостовой, тут же начиная меняться. Они пускали корни, распространяя вокруг себя призрачный туман. Вестник научился создавать Аквилы Порчи и решил перед штурмом укрепрайона врага подготовить наступательный плацдарм. Одобряю. Также перед штурмом он призвал дочь погибели и собрал доступных мертвецов со всего города. Часть из них превратилась в сплетенных потрошителей — тварей, мускулы и плоть которых заменили красные побеги Порчи.
В городе было много сильно поврежденных трупов. Раздавленные, разорванные, обожженные или промороженные. Из таких даже зомби не поднять. Однако вопреки логике эти куски мяса тянулись друг к другу. Я пригляделся к ним. Туда вселялись даже не потерянные души севера, искавшие привычные человеческие оболочки, а демоны. Хилвисмера мне недавно рассказывал, как он ощущал себя после переноса в этот мир. Он был простым набором импульсов. Ни страха, ни боли, ни эмоций. Демоны здесь не воплощения зла и грехов. Они лишь стихийные, яростные духи, а их безумие — результат перехода в неестественную среду обитания. Но у этих демонов, захватывающих куски мяса на руинах Сейд-Нирама все было иначе. С самого попадания в новый мир они оказывались в бурлящем котле Порчи. И вместо воды там кипели низменные страсти мертвых. Эти эмоции пропитывали сущности новопризванных, заменяя их изначальные импульсы. Своего рода обратная одержимость, когда демоны поддаются разрушительному влиянию человеческих пороков. Именно подобные духи брали под контроль фрагменты тел. Затем они тянулись друг к другу, сращивая свои новые оболочки. То что получалось в итоге носило гордое название “нечестивые отродья”. Это были одновременно жуткие и нелепые создания. Мясные двухметровые големы, с хаотично движущимися и дергающимися мускулами, часть из которых выросла не там где нужно. Сырая плоть топорщилась из прорех в лоскутной коже. Фрагменты человеческих голов или внутренних органов были вмурованы в чуждую разросшуюся плоть тварей. Полуслепые, неуклюжие и совершенно безумные, они однако отличались чрезвычайной живучестью. Толстые конечности было сложно перерубить. Даже покромсанные на части твари начинали быстро регенироровать. Лишь подавление или полное уничтожение могли оборвать их ужасное существование.