Путь Стратега 4 (СИ)

Ларэн, Эйлит… Прошлое явилось за мной.
Я ощутил приступ горькой, пьянящей ностальгии, тянущей меня вопреки доводам разума к Вестнику. Наша связь, которую не успела разорвать ныне мертвая чародейка. Будущее уступило прошлому. И что мне оставалось теперь? Я устал. Проделал весь этот долгий путь до Дворца и по запутанным коридорам его тайн, но лишь вернулся к событиям Сейд-Нирама. Снова я, снова Вестник и…
Ход моих мыслей оборвался, когда земля вокруг сотряслась от чудовищной силы удара. Вестник исчез. Вместо него недалеко от меня и Направителя возник обломок скалы, размером с трехэтажный дом. Нечто, бросившее его, обладало исполинской силой. Неужели воскрес кто-то из гигантов, чьи скелеты украшали мертвую долину?
Вестник уже заметно заматерел относительно своего “рождения”. В инфернальной машине появилось подобие разума. Он выучил множество новых трюков и стал могущественнее, но с такой грубой, примитивной силой он еще не сталкивался. Вестник попытался сбросить камень десятком призрачных хваток, но их было недостаточно. Взрывы магии Порчи тоже не могли быстро разрушить такое препятствие. Тонны горной породы, вырванные из тела скалы, оказались весомым аргументом. Я принялся озираться, пытаясь понять что происходит. На место боя прибыл кто-то из Первых? Взор мой упал на часть скалы из которой вырвали камень. Что же это за сила такая? Наконец Вестник смог выбраться, проделав тоннель под камнем. Инфернальная машина появился из соленого, мертвого песка ближе ко мне. Я же наконец заметил его нового врага, не веря своим глазам. Так не бывает. Маги умирают, если разрушено вместилище их разума. Они не обычные смертные, но все же смертные по сути своей. Однако Нэл, видимо, вышла за пределы этих категорий. Ее тень зависла ныне там, где из скал вырвали фрагмент. Глаза мертвой волшебницы были затуманены и полны горя, но она пыталась… создать себе новое тело. Словно демон или дочь погибели, она формировала из энергии Великого Пламени материальную оболочку взамен утраченной. Получалось плохо. Скелет напоминал неудачный рисунок нейросети с десятком лишних или неправильно расположенных костей. Сверху его начали слоями покрывать лоскутные мускулы. Часть из них напоминала человеческие, а другие явно представляли собой типичную для демонов плоть. Какие-то жгуты, трубки и щупальца непонятного назначения свисали с несуразного тела. Тень Нэл, будто брезгуя этой недоделанной оболочкой, не вселилась в неё целиком, но лишь слегка касалась её. Что вообще происходит? Само тело, будто понимая свое несовершенство, начало вырывать из себя куски демонической плоти и наросты. Страшное, искаженное лицо, лишенное кожи, оскалилось в гримасе душевной муки и ненависти к себе. Кажется, на Вестника этому существу было теперь плевать. Однако инфернальная машина уже восприняла искаженную Нэл как врага, а врагов следует уничтожать. Вестник восстановил повреждённые крылья, расправляя их над мёртвой землёй. Десяток огненных вспышек направил он в сторону странный твари, в которую обратилась некогда прекрасная волшебница. Однако взрыва не произошло. Проклятый огонь, смесь Великого Пламени и ненависти потерянных душ, вдруг подчинился воле Нэл. Искаженное тело волшебницы протянуло длинную когтистую руку. Колдовской огонь закрутился, сжимаясь в одну небольшую сферу, которую Нэл теперь держала на ладони. Вестник не спешил атаковать снова. Возможно, он охренел насколько позволяло его мышление. Я так точно охренел.
Нэл внимательно разглядывала сферу колдовского пламени мутными глазами своего демонического тела. Вместо белков что-то серое, с красными прожилками, но по центру этих жутких очей можно было различить грязно-синие пятна. Неудачная попытка восстановить голубые глаза чародейки. Тень Нэл существовала практически отдельно от уродливого тела. Полупрозрачные губы двигались. Я не слышал её, но был уверен, что она вызывает к потерянным друзьям, как и делала каждую ночь. Наконец, налюбовавшись сферой колдовского огня, Нэл затушила её пальцами словно то было пламя жалкой свечи, а не смертельные чары полубога.
 
Едрить.
Вестник вполне логично рассудил, что раз у противника защита от магии, то надо переключаться на физический урон. Материализовалось еще три костяных копья, которые инфернальная машина метнула в сторону демонического тела Нэл. Все три попали в цель. Два разворотили грудную клетку, одно оторвало правую руку. Нэл или скорее некая ее инстинктивная часть явно расстроилась из-за произошедшего. Ее можно понять. Столько работы над новым телом и всё насмарку. Оболочка и так получилась неказистая, а три костяных копья сделали всё ещё хуже. Демоническое тело Нэл издало вопль, от которого у меня кровь застыла жилах. А я то уж толк в ужасающих воплях знаю. Посох рядом со мной вспыхнул. По воздух вокруг нас прошлась рябь. Похоже, что Направитель закрыл меня от звуковой волны. Интересно получается. Нэл дала мне свой посох для защиты. Как оказалось для защиты от нее самой.
Пространство вокруг Нэл наполнил ало-багровый вихрь. Энергия Великого Пламени бурлила вокруг обезумевшей заклинательницы. Я видел как сила иных миров проходит волнами сквозь ее несчастную тень. Та сохраняла форму и свою личность, несмотря на давление. Душа обычного человека уже давно бы выгорела, обратив его в умертвие, но Нэл прошла инициацию магов.
Вестник атаковал снова. Одно за другим он отправлял в полет копья и осколки камней, а Нэл не защищалась. Но потеряв одно тело, она тут же воплотила другое. Еще более демоноподобное, но уже относительно функциональное. Темно-серая кожа с красными прожилками обтягивала костлявую фигуру, в которой однако угадывались черты знакомой мне девушки. Белые шипы торчали из локтей, костяшек пальцев и короной обрамляли голову. Чёрные маслянистые волосы блестели в багровом мерцании колдовского огня. Были даже подобия талии и женской груди, хотя пока очень схематичные. Новое тело волшебницы увернулось от нескольких копий, двигась с запредельной скоростью и гибкостью. Оно будто телепортировалось. Мгновенно перетекало в новую позу.
И закипел бой.
Нэл очень верно выбрала для встречи с Вестником мертвую, пустую долину. Потому что, где бы не проходило это мифическое сражение монстров, то место обратилось бы как раз в мертвую, пустынную долину, где и травинки не растет.
Вестник взлетел к темным небесам, закрытым туманом Порчи. Инфернальная машина собирала силы для контратаки и вскоре обрушила вниз целые столбы проклятого огня.
Нэл теперь уворачивалась, угадывая линии вражеских атак. Ее тень колыхалась рядом с телом, не всегда поспевая за ним. Удивительное зрелище. Жива она или мертва? Или же вовсе вышла за пределы таких нормальных понятий, как жизнь и смерть.
Представляя бой Нэл с Вестником, я наивно полагал, что ярости и могуществу инфернальной машины волшебница противопоставит свой интеллект. Вышло все по сути наоборот. На точные и выверенные атаки Вестника Нэл отвечала хаотическими всплесками силы. Невероятно разрушительными, но одновременно зачастую бессмысленными. Красными жгутами телекинеза Нэл вырывала целые валуны из окружающих скал и бросала их во врага. Эти рукотворные метеоры сотрясали землю. Если бы не защита посоха, я бы давно валялся оглушенный. Волшебница посылала в небо колоссальные взрывы, но целиться или соизмерять расстояние не пыталась. Её огонь бушевал напрасно. Пыль и пепел поднимались от мёртвой земли. Всё вокруг за какие-то несколько минут обратилось в космический пейзаж. Песчаная буря на Марсе во время метеоритного дождя. Пыль и призрачный туман Порчи все плотнее закрывали мне обзор. Вскоре я оказался полностью изолирован от происходящего снаружи барьера. Огонек над посохом мерцал успокаивающим, золотистым светом. А за пределами защиты бушевали пламя, ветер и колдовство. Отголоски жутких пронзительных криков доходили до моих ушей, не суля ничего хорошего. Победит ли Нэл? А если победит, то вернёт ли себе разум? Что с ней не так?