Тулса (СИ)

Добронрав и Красавина ушли, оставив «салаг» в сильнейшем смятении чувств. Они, чуть ли не со слезами на глазах, смотрели друг на друга.
— Ребята, а нам что, назад дороги нет? — Дрожащим голосом спросил Чудозар.
— Такого быть не может! — Уверенно произнесла миниатюрная Радослава. — Нас пугают. Это такой способ перевоспитания или наказания, чтобы мы осознали и раскаялись в содеянном.
-А где Многознай и Любогляда? — Спросил Ясноум. — Они вчера пытались улететь в город, я своими глазами видел.
— Так может они и там. — Радослава выставилась на него, как на полоумного.
— Кто-нибудь из вас вчера пробовал отойти от внешнего кольца на несколько километров? — Спросил Светоч у братьев и сестер по несчастью.
— А зачем? Я вчера болел, встать не мог. — Признался кучерявый Умнодел.
— А я пытался и чуть не погиб. Эта «гнида» про которую нам рассказали, вызывает сильный болевой спазм в груди, даже дышать трудно. Хорошо, что я был не один.
— А я видел тебя с дикаркой на машине. — Признался коренастый Мечтаил. — Ты что, серьезно решил начать с ней отношения?
— А к нашему положению это как-то относится? — Спросил с вызовом Светоч.
— Ну, нет, — Нехотя согласился тот, — только как-то отталкивающе это выглядит. Я бы никогда не спутался с дикаркой. Это ниже моего достоинства.
— Фу, Светоч, а с виду ты казался нормальным. — Радослава скривила носик.
— Это не ваше дело. Что-то я не заметил, чтобы кто-то на той вечеринке проигнорировал танцовщицу. Все поддались, как ягнята, несмотря, что танцовщицы были дикарками. — Напомнил Светоч.
— Так мы думали, что это и есть посвящение. Пришлось превозмогать отвращение. — Соврал Мечтаил.
— Ага, два раза. — Фыркнул Светоч. — Скажу вещь, которая вам не понравится, но дикарка намного приятнее в общении, чем любая из горожанок.
Его слова были встречены гулом неодобрения.
— Ну, теперь ясно, ты сюда попал за дело.
Радослава выбрала поучительный тон, от которого нервы Светоча зазвенели, как перетянутые струны. Он сдержался с огромным трудом. Выдохнул и продолжил.
— Как вы думаете, с тем, что мы узнали на внешнем кольце, нас вернут в город? Вы вообще хоть раз встречали вживую человека, который признался бы, что он прошел полугодовой курс повышения рейтинга в службе контроля за внешними территориями? Вспоминайте.
«Салаги» задумались, но никто так и не смог вспомнить человека, вернувшегося с внешнего кольца.
— А если им стирают память и возвращают? — Предположил Ясноум.
— В чем тогда смысл перевоспитания, если ты его не помнишь? — Усомнилась в таком варианте Любокраса. — В любом случае мы должны верить, что МАК не оставит нас. Все его поступки продиктованы желанием вернуть нас на правильный путь к гармоничному сосуществованию, какими бы пугающими они не казались.
— Очень оптимистично. — Мечтаил захлопал в ладоши. — Кстати, а как прошло предпосвящение у девушек? Я что-то пропустил этот момент.
Радослава и Любокраса смутились и не стали отвечать на нескромный вопрос. В этот момент ментаграмма сообщила о начале и месте занятий. Группа молодых нарушителей отправилась в кабинет с симуляторами.
Чтобы заглушить неприятные мысли о будущем, а так же навязчивые и уже приятные воспоминания, связанные с Коломбиной, Светоч погрузился в учебный процесс. Он старался постигать военную науку, предполагая, что от этого будет зависеть его жизнь. Его напарники по экипажу, наоборот, вели себя как дети, которым дали порулить игрушечной машинкой. В науку им, у всех, кто симулировал обучение, случился болевой спазм, продолжающийся минуту. Светоча не тронули. Он наблюдал за корчившимися напарниками и был солидарен с теми, кто придумал такой простой и действенный способ стимулирования к обучению.
Пугающая суть перевода на внешнее кольцо постепенно овладевала умами самых скептически настроенных горожан. Судя по тому, как часто они бегали пить, их ментаграмма постоянно добавляла дозу антидепрессантов в воду. Только благодаря этому приему занятия оказались не сорванными. И все равно чувствовалось, что мыслями люди находятся далеко от органов управления «мастодонтом» или «птеродактилем».
 
Вечером, за четверть часа до окончания занятий, затряслась обстановка внутри здания. «Салаги» кинулись к окнам и застали момент отключения барьера. Участок в двести метров потух. За ним стояла потрепанная колонна из пяти гусеничных машин и двух летающих. Лязгая гусеницами, она направилась к «кубу». Навстречу ей вышли Добронрав и Красавина.
— Смотрите, смотрите! — закричал Ясноум. — У второго мастодонта пушку укоротили наполовину.
Светоч пригляделся. Действительно, вместо полноценного орудия из башни торчал обрубок. Под ним, на броне носовой части корпуса, чернела обожженная рана с вывернутыми наружу расплавленными краями. Группа с трудом досидела окончание занятий и выскочила на улицу.
У колонны с техникой уже толпились санитарные роботы. Четверо носилок, аналогичных тем, что использовали службы спасения в городе, занимались ранеными. «Салаги» и те, кто уже отзанимались месяц, выстроились перед закопченными суровыми воинами. Перенесенное испытание оставило на них отпечаток. Светочу показалось, что лица воинов из дерева, а не плоти и крови. Глаза выражали не только усталость, но и твердость, суровость несвойственную горожанам.Выглядели они старше, чем указанный ментаграммой возраст.
— Три экипажа птеродактиля безвозвратно. — Доложил Добронраву командир отряда. — Мастодонты все на ходу, четыре раненых служащих. Потеряли орудие. У диких появилось новое оружие против птеродактилей. Боевой ИИ не успел найти противодействие в процессе боя. Схему всей вылазки, хронометраж и собранные параметры уже отправил МАКу.
— Земля пухом погибшим. Все во имя Гармонии. — Произнес Добронрав делано трагическим тоном. — Вы честно заслужили отдых. Располагайтесь и наслаждайтесь поднятым рейтингом. Все бары и прочие злачные места в вашем распоряжении.
— Не сегодня. — Устало ответил командир отряда. — Распускаю?
— Конечно. МАК оценит вклад каждого из вас в общее дело.
Отряд, состоящий из парней и девушек, бесшумно разошелся. Техника, прошедшая сражение, источала едкий запах горелого железа, резины и смерти. «Салаги» и те, кому пришла пора самим идти во «внешку» осмотрели раны на бронированных боках «мастодонтов» и «птеродактилей».
— МАК изучит собранные данные и представит доработанную методику, по которой уже вы начнете свое обучение. — Обратился Добронрав к «салагам».
— А почему нельзя уничтожить врагов издалека? — Спросил Мечтаил. — К чему этот риск?
— А не заменить ли тобой весь МАК? — Усмехнулся Добронрав. — Если ты думаешь, что враг настолько глуп, чтобы стоять и ждать, когда ему на голову упадет бомба, то у меня для тебя плохие новости. Враг хитер, коварен и предусмотрителен. Это он устраивает засады, а не мы и потому нам намного сложнее. Если бы не такое преимущество, как непрерывно совершенствующийся МАК, берущий на себя функции боевого искусственного интеллекта, мы несли бы более существенные потери. — Он подошел вплотную к Мечтаилу. — Салаги могут идти домой, а «старшаки» остаются. Приводите технику, на которой завтра выходить, в порядок.
Светоч на мгновение представил себя на их месте и задохнулся от накатившего волнения. Нет, он был не готов к такому. Увиденное поразило его воображение и еще сильнее укрепило в желании постичь военную науку, чтобы не остаться трупом на той стороне барьера. Он вприпрыжку побежал домой, чтобы как можно скорее помыться и проведать Коломбину. Единственное, что радовало во всей нелепой ситуации.
— Ну, как тебе служба? — Ироничным тоном поинтересовался сосед, вернувшийся одновременно со Светочем.
— Пока не нравится. — Честно ответил парень.
— А чего такой счастливый?
— Рад, что на сегодня все закончилось.
— Ну-ну, оптимист. — Милодел цыкнул и зашел в свой модуль.
Спустя минуту через стенку донеслось его жуткое пение. Светоч помылся, заказал ужин и решил вместе с ним навестить Коломбину. Он был не против еще и сегодня посидеть у костра, чтобы повторить незабываемые ощущения вчерашней ночи.