Тулса (СИ)

Они нырнули, держась за руки. Светоч нащупал на дне корень и уцепился за него стопой. Открыл глаза и быстро приспособился к не очень прозрачной воде. Коломбина выглядела расслабленной, заранее готовясь к долгому испытанию. Ментаграмма сама поняла, что происходит и каким-то образом замедлила физиологические процессы в теле Светоча, заодно дав команду нервной системе убрать непроизвольные конвульсии в легких до самого крайнего момента.
Прошла минута, вторая. Коломбина выглядела все такой же расслабленной, будто дышала жабрами. Уже Светоч стал испытывать недостаток кислорода, а она все никак не проявляла готовности проиграть спор. Прошла еще одна минута. Кровь молоточками застучала в висках. Ментаграмма больше не помогала, чтобы нечаянно не утопить своего хозяина, но проигрывать не хотелось. Светоч крепился изо всех сил.
— Критически низкий уровень кислорода в крови. — Сообщила ментаграмма. — Через минуту наступит потеря сознания.
Светоч начал обратный отсчет пятидесяти секунд. Чтобы сэкономить остатки кислорода ментаграмма ослабила зрение и слух. Тишина и темнота окутала упрямого парня. Он больше не видел Коломбины и с трудом ощущал ее руки в своих.
— Тридцать шесть. — Произнес он про себя.
В этот момент Коломбина замахала ногами и вырвалась из его рук. Светоч тоже всплыл, отплевываясь и глубоко дыша.
— Так нечестно, тебе помогали. — Произнесла девушка, отфыркиваясь от воды.
— Зачем было спорить, если ты не готова проиграть? — Светоч усмехнулся.
— Я была уверена, что выиграю. Вы тут все малохольные.
— Не знаю, что это за слово, но я не такой.
— Вижу. — Коломбина нахмурилась. — Только давай договоримся, ты не будешь смотреть, пока я лезу.
— Расслабься, я прощаю тебе проигрыш. Я получил удовлетворение от победы.
— Ты серьезно. — Изумилась Коломбина. — И тебе неинтересно посмотреть на меня?
— Не при таких обстоятельствах. К тому же в воде я пялился на тебя всю дорогу. Но если ты сама этого хочешь, я не против.
— Нет, пожалуй, против. Не хватало еще навернуться голышом с дерева или разодрать себе попу. Вот девчонки меня засмеют. — Коломбина рассмеялась. — После погружения открывается сильный аппетит. Знаешь, что я предлагаю? — Она хитро прищурила глаза.
— Что?
— Сходи домой, принеси ужин, а я соберу дров, разожгу костер и буду ждать тебя здесь.
— А разве здесь можно жечь дерево? — Удивился Светоч.
— Можно. Барьер притягивает дым в свою сторону, поэтому тут существуют послабления. Давай вместе встретим рассвет?
— Рассвет? А как же выспаться?
— И это говорит человек, который смог просидеть четыре минуты под водой? Тебя пугают такие мелочи. Поспишь на занятиях. А у нас с тобой такого вечера больше никогда может не выдаться.
Светоч оделся и убежал домой. Вернулся через четверть часа с двойной порцией ужина. Под деревом горел небольшой костерок.
— Как ты это провернул? — Удивилась Коломбина.
— Ментаграмма сказала, что я потерял в воде двойную норму калорий. — Ответил он, протягивая одну порцию девушке.
— Врет. Наверняка знала про меня и решила тебе подыграть. — Девушка рассмеялась.
— У тебя тут очень уютно.
— Когда совсем стемнеет, будет еще уютнее. Как дома. — Последняя фраза прозвучала с ностальгической грустью.
— Ты скучаешь?
— Да. Каждый день.
— Хотела бы вернуться?
— Это невозможно. Родители не поймут. И с другой стороны я понимаю, что меня там ждет. — Она вздохнула. — Так, сегодня только веселье. — Она украдкой вытерла слезы. — Ты любишь тосты?
— А что это?
— Надень бутерброд на палку и подержи над огнем. — Посоветовала Коломбина.
Они смеялись, шутили друг над другом, гоняли комаров до поздней ночи. Затем произошло то, что и должно было произойти. Для Светоча это стало настоящим откровением, наполненное иным смыслом, нежностью и теплотой.
  
Глава 7
 
Глава 7
— Многознай Возвышенный и Любогляда Откровенная сделали свой выбор. — Произнес Добронрав перед строем «салаг». — Их с нами не будет.
 
— А куда они делись? — Спросил Ясноум.
— Их перевели в другое место. — Пространно ответил Добронрав.
Светоч не поверил ему. Куда их могли перевести, если все внешнее кольцо это клоны одних и тех же служб через равные промежутки. Вряд ли бы выскочки удостоились чести сменить работ со службы по контролю за внешними территориями, на работу на ионизирующем барьере. Дело тут было нечисто, и Светоч предпочел не задавать наводящих вопросов. Он уже понял, что свобода, к которой его приучали в городе, здесь ничего не значит.
Утром он встретил Блажену.
— Ты добавила что-то в бокал с пивом? — Спросил он у девушки.
— Какой прозорливый. — Усмехнулась она. — А ты думал, посвящение это секс с танцовщицей. Нет, это был прощальный секс в той роли, которой у тебя никогда больше не будет. Теперь ты на коротком поводке и будешь защищать интересы МАКа иным способом.
— Мне что-то вживили?
— На линейке все скажут.
От ее былой дружелюбности, которой она отличалась позавчера, не осталось и следа.
— Все внимание сюда. — Похлопал в ладоши Добронрав. — Очень важная информация, которая будет стоить вам жизни. Вчера каждому из вас был вшит хирургическим путем передатчик, аналогичный «клещу», но с той разницей, что он не программируется и рассчитан на выполнение небольшого количества функций. Он нужен, чтобы вы как можно скорее без лишней ломки и прочих соплей начали делать то, что от вас требуется. Постигать военную науку, уметь беспрекословно выполнять приказы, держать язык за зубами и не совершать глупостей. За последние два пункта устройство вправе лишить вас жизни?
— Как? Зачем? Это античеловечно? — Раздались выкрики со стороны «салаг».
— Чтобы совершать бесчеловечные вещи, вы должны стать античеловеками. Живя в городе, вы пребывали в сладкой дреме относительно того, что творится за барьером и какой ценой это достигается. Эра Гармонии началась только для нас, дикари живут по старому летоисчислению, по старым законам и для них ничего не поменялось. Они все так же любят войны и устраивают их, чтобы решить любые проблемы. Города, подобные Тулсе, для них это инородное, малопонятное и опасное место, мешающее им жить. Они не прекращают попыток дотянуться до него. Кто будет защищать наш город? Вы можете представить себе обычного горожанина, которому дадут в руки оружие и отправят воевать.
«Салаги» отрицательно замотали головами.
— Вот и я не представляю, и МАК тоже не представляет. Вы оступились и поэтому выбор пал на вас. Не надо лить слезы, плакать и проситься назад, на меня это не действует, да и невозможно это. Устройство, которое мы прозвали «гнидой», хоть вы и не знаете значение этого слова, убьет вас, если вы удалитесь от внешнего кольца больше чем на пять километров в сторону города. Если все же соберетесь, советую взять гравилет, тогда смерть будет самой быстрой.
— Я видел, как Многознай и Любогляда вчера утром шли к стоянке гравилетов. — Шепнул на ухо Светочу Ясноум.
Это могло объяснить причину их отсутствия.
— Вам очень повезло, сегодня из рейда возвращается группа. Будет произведена ротация с теми, кто ждет своей очереди здесь целый месяц. Вам предстоит пообщаться с воинами, которые по-настоящему бились с дикими, и которые смогут передать вам личный опыт. Это намного ценнее, чем сидеть в симуляторах. Вот что я хотел вам сегодня рассказать.
— Важное дополнение. — Произнесла Красавина. — Вам теперь запрещено рассказывать новеньким, которые придут за вами, обо всем, что касается внешних территорий. «Гнида» умеет анализировать речь, и вы сразу почувствуете болевой спазм, как только попытаетесь сказать лишнего.
— Да, спасибо, Красавина, забыл. — Добронрав усмехнулся. — А может и специально промолчал. Пусть всему учатся через боль. Это очень сильно сокращает время погружения в новую жизнь. Хорошего дня и отличной учебы. Самых прилежных по итогам дня премируем чем-нибудь, чем я еще не придумал.