Преимущество на льду (ЛП)

Не в прямом смысле — надеюсь, что нет, — но в переносном смысле они доведут меня до могилы раньше времени.
Тревор пару раз связывался со мной с тех пор, как я вернулся домой, и последние два раза, когда друзья убеждали меня пойти с ними отдохнуть, мы сталкивались с ней. Я даже не знаю, что в этой женщине такого, что меня в ней притягивает, но хочу выяснить. Хватает того, что мысли о ней постоянно крутятся у меня в голове в любое время суток. Во время тренировок, когда я дома готовлю ужин с Рори, или поздно ночью, держа в руке член, представляю ее миниатюрное тело поверх моего или под ним. Я не привередлив.
Харрис и остальные парни сказали бы, что это из-за приватного танца, и они не ошибаются; это было чертовски невероятно. Но дело не только в этом. Есть что-то, что она скрывает, что-то словно кричит, чтобы ее освободили, и я хочу узнать об этом больше.
Когда мы столкнулись с Сойер сегодня вечером, понял, что ни за что не позволю другим парням приставать к ней. К черту. Поэтому, когда Харрис — или «Красавчик Гарри» — попытался уговорить ее сыграть с ним в бильярд, я вмешался и потребовал, чтобы мы играли командами.
На меня это совсем не похоже. Это все Тревор. Он ревнивый, эмоциональный, помешанный на девушках тип, тогда как мне обычно наплевать на то, что делают окружающие.
Интересуешься мной? Круто, можешь провести со мной одну ночь. Не интересует? Круто, наверняка Харрис или Майлз были бы рады познакомиться с тобой поближе.
Но Сойер? Да пошло оно все. Они ее не тронут.
Никто не тронет. Включая меня. Я встречаюсь с женщинами, к которым у меня нет эмоционального влечения, и Сойер, к сожалению, не попадает в эту категорию. Хотя, черт возьми, я бы хотел, чтобы было наоборот.
— Что у тебя за взгляд, чувак? Все в порядке? — спрашивает Тревор, садясь в кресло рядом со мной.
— Обычный взгляд. Все в порядке, — огрызаюсь я.
— Ты выглядишь так, будто кто-то только что взял твою игрушку без спроса, — хмыкает он.
— Не будь идиотом. Нет, не в порядке. Я просто сижу здесь и смотрю на вас, дураков.
— Нет. Ты сидишь здесь и задумчиво смотришь, как Сойер помогает Харрису с его бильярдной «техникой». Я вижу на твоём лице недовольство.
— Я… — Прежде чем успеваю придумать какое-нибудь глупое оправдание, Сойер наклоняется к Харрису сзади, чтобы помочь ему отрегулировать руки для удара. Ярость зарождается в груди, я сжимаю кулаки, пока не чувствую, что сейчас взорвусь. В этот момент Харрис оглядывается на меня и подмигивает.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не встать и не оторвать его от нее, но смех Тревора останавливает меня. Посмотрев на него, вижу в его глазах огонек, который мне хочется погасить. Он думает, что это чертовски смешно. Интересно, насколько смешным ему это покажется, когда я надеру Харрису задницу и заставлю его самого со всем разбираться.
Не в первый раз и уж точно не в последний. В конце концов, мы хоккеисты. Мы привыкли надирать людям задницы, а иногда и получать по заднице. Но именно так мы решаем проблемы. Вот почему, когда вы смотрите хоккей и происходит драка, большинство из них заканчивается похлопыванием по руке или улыбкой и смехом. Это решает наши проблемы.
— Над чем ты сейчас смеешься? — спрашиваю я, сжимая пиво до белых костяшек.
— Над тем, что ты ведешь себя как пещерный человек из-за женщины, с которой встречался дважды. Плюс, Харрис делает все это специально, и ты это знаешь, — говорит Тревор, кивая в сторону Харриса.
— Я. Не. Пещерный человек, — рычу я.
— Да, ты отлично это доказываешь.
— Заткнись, Тревор.
— Я просто рад видеть, что ты способен на большее, чем просто пустой взгляд на женщину, особенно на такую сексуальную как она.
Я бросаю взгляд на Тревора, который тут же поднимает руки в знак капитуляции. Если он не прекратит намеренно действовать мне на нервы, я ударю его по носу.
— Я имею в виду для тебя. Ты знаешь, что она не в моем вкусе, — быстро добавляет Тревор.
Даже я могу признать, что он прав. Она чертовски сексуальна. Но дело даже не только в этом. Просто в ней есть что-то такое пленительное, помимо красивого лица.
 
— Конечно, она не в твоем вкусе. Она ведь не дочь твоего тренера.
Тревор смотрит на меня, но ничего не отвечает. Он нападающий команды «Нью-Йорк Циклон» и уже давно влюблен в дочь своего тренера, но даже он не настолько глуп, чтобы пойти по этому пути. Тренер его убьет, к тому же его дочь немного диковата для Тревора.
— Я хочу сказать, что можно развлекаться, иногда выходить в свет и знакомиться с кем-то, не чувствуя себя виноватым. Одно или два свидания не означают, что ты опустишься на одно колено, — серьезно говорит Тревор, серьезнее, чем многие видят его. — То, что ты встретил кого-то и тебе понравилось его общество, возможно, ты даже провел какое-то время вместе, не означает, что делаешь что-то неправильно. Ро всегда будет для тебя на первом месте, но твоя личная жизнь по-прежнему важна.
— Я тебя понимаю и, честно говоря, хотел бы, чтобы все было так просто. Все свободное время я провожу с дочерью. Прежде всего я ее отец.
— Но до того, как стал ее отцом, ты был просто Рексом. Ты можешь оставаться им. К тому же, мистер У Меня Нет Времени, ты сегодня не дома, — возражает Тревор, постепенно пробивая брешь в моих рассуждениях — не то чтобы я когда-либо это признал.
— Да, но это потому что дочка у Стеллы и они устраивают девичник у меня дома. Нельзя сказать, что я свободен на всю ночь. Как только мы закончим здесь, я вернусь домой и приступлю к отцовским обязанностям, пока Стелла будет спать.
— И что? Разве тебе это мешает развлекаться прямо сейчас? — возражает он.
— Нет, но я считаю бессмысленным начинать то, что, как мы все знаем, должно закончиться.
— Почему ты говоришь, что это закончится?
— Так бывает. Все всегда уходят. Мое прошлое — тому доказательство, так почему сейчас все должно быть иначе?
— Потому что она не… — Я прервал его, прежде чем он закончил фразу. Я не в настроении слышать это имя, мы редко говорим о ней, и знаю, что с таким количеством алкоголя во мне сейчас, если он произнесет его, я его ударю.
— Ради Бога, давай поменяем тему. Может, поговорим о тебе и Клэр?
Его глаза сразу же темнеют, очевидно, ему не нравится упоминание ее имени.
— Заметано. Пойду заставлю Харриса купить нам всем еще по бокалу. Думаю, в нем достаточно алкоголя, чтобы он не стал спорить, — с улыбкой говорит Тревор и идет к нашим друзьям.
Я сижу и смотрю, как все шутят и веселятся. Чувствую почти горькую зависть к ним. Не в том смысле, что завидую или ненавижу их. Я просто скучаю по тому времени, когда жизнь казалась проще. Не поймите меня неправильно, я бы ничего не изменил в своей жизни. Рори — весь мой мир. Только она и я, и иногда быть родителем-одиночкой — это чертовски тяжело.
Мои друзья самые лучшие, но они отвечают только за себя. У них нет никого, кто бы полагался на них в повседневных нуждах. У меня все по-другому. Мы находимся на разных этапах нашей жизни, и иногда мне просто хочется пойти куда-нибудь и провести веселый вечер, не беспокоясь о том, что делает Рори и хорошо ли Стелла или моя мама ее накормили.
Прежде чем встать, чтобы присоединиться ко всем и поиграть в игры, решаю отправить сестре сообщение. Сейчас только девять вечера, так что в отличии от Рори она не должна спать.
Я: «Привет, Стел, как прошел вечер? Рори в порядке?»
Стелла: «Да. Все хорошо. Мы с Рори смотрим сериал «Настоящие домохозяйки» и едим полную миску кислого печенья».
Взяв телефон, сразу же набираю номер сестры, но звонок сразу же попадает на голосовую почту. Черт. Когда начинаю набирать еще одно сообщение для нее, она пишет мне ответ.
Стелла: «Братан. Остынь. Она спит уже почти два часа. Это я сижу на твоем диване и ем конфеты, которые ты припрятал. Думала, ты не ешь конфеты, старший брат».
Я: «Не будь такой врединой. Ты же знаешь, что это меня бесит».