Сезон охоты на невест

– Во дворец, – улыбнулся я хищно. – Нельзя заставлять ждать его величество.
Баронесса недовольно поджала губы, но отцепилась. Выказывать прилюдно неуважение монарху – самоубийственно для карьеры при дворе. А Алисия была весьма умна и весьма честолюбива.
А я действительно поехал во дворец. К черту бал, мне нужно поднять гвардию и найти истинную!
 
3
 
Саяра 
К госпоже Улле я шла в смешанных чувствах. Мало того, что меня до глубины души впечатлили перья нынешних модниц, так еще и явление этого герцога произвело неизгладимое впечатление. Почему-то было стойкое ощущение, что явился он по мою душу. Как будто это возможно! Меж лопаток так и чесалось, словно герцог продолжает смотреть мне в спину сквозь всю столицу.
Я успокаивала себя, что не сделала ничего предосудительного. Даже если вдруг когда-нибудь моя жизнь среди мещан станет известна благородной публике, всегда можно сослаться на эксцентричность. Вот такая вот у графа Роттора дочь вышла, с чудинкой.
Выбирать ткань на платье в таком состоянии оказалось задачей непростой. Мне не нравилось решительно все, но отложить вопрос было совершенно невозможно: сроки поджимали.
Я и до знакомства с пищащей модой не очень-то представляла, что на себя надеть, а после оказалась совсем растеряна. Госпожа Улла спрашивала про цвет, фасон, материал, а я лишь печально вздыхала и отвечала «Ну… что-нибудь».
Честно сказать, если бы ко мне пришла такая клиентка, я бы выгнала ее взашей. Но Улла была женщиной мудрой, да и вообще привыкшей к работе с тревожным контингентом.
– Это же не твои булочки, Саяра, – посмеялась госпожа Улла, когда я покаялась ей в своих мыслях. – Многие выбирают ткань на платья по особому поводу и хотят, чтобы все было идеально. А ткань – основа любого наряда. Ни один фасон не спасет скверную ткань, зато отличная ткань спасет некоторые скверные фасоны. Вот какое у тебя мероприятие?
Я снова печально вздохнула, но правдоподобная ложь на этот вопрос у меня была заготовлена заранее.
– Семейное торжество, – почти не покривив душой, ответила я.
А что, бал же торжество? Торжество. Меня туда послала мачеха? Значит, торжество семейное. Ну все сходится, не прикопаться.
– О-о-о, – понимающе протянула Улла. – Перед родственниками не грех и шикануть. Ты вроде бы говорила, они у тебя не в особом восторге от того, что ты съехала?
– Ага, – отозвалась я, наблюдая, как госпожа Улла полезла по приставной лестнице куда-то на верхние полки. – Мачеха свято уверена, что замуж за выбранного ею типа – самая страстная моя мечта.
– Кто б похлопотал о моем браке, – печально вздохнула женщина, на минуточку, трижды вдова.
Хотя это и звучит зловеще, на самом деле все три мужа у госпожи Уллы погибли при самых банальных обстоятельствах: кто-то любил закладывать за воротник, кто-то рыбачить в неположенных местах, а у кого-то заработок был в весьма сомнительном местечке. И вот вроде бы женщина ну совершенно ни при чем, а мужики теперь ее сторонились.
Сами виноваты, а на госпожу Уллу повесили все ярлыки паучьей вдовы!
– Вот, берегла для себя на особый случай, но, чувствую, не скоро пригодится, – сказала женщина, спуская рулон ткани.
Вот знаете, как бывает, ты вроде ничего не хочешь, или хочешь, но не знаешь что, или, может, и знаешь, но тебе этого не хочется, а тут вдруг видишь и понимаешь – ОНО.
Я всегда думала, что такое у меня случится с мужчиной, но пока случилось только с тканью.
Госпожа Улла спустила рулон плотной ткани темно-синего цвета с матовым блеском. Темно-синий – цвет герба моего графства и мне никогда не нравился, казался траурным. Но сейчас я смотрела на ткань и видела то самое идеальное платье, в котором я пойду на королевский бал.
– Вижу, что нравится, – довольно улыбнулась госпожа Улла. – Сколько возьмешь?
– Все, – не отрывая взгляда от ткани, ответила я.
– Все? – удивилась Улла. – Но здесь же много, хватит на десяток платьев.
  
Это если бы я собиралась шить обычные платья. А на графское бальное такого рулона как раз впритык хватит. Я растерянно посмотрела на женщину, судорожно пытаясь придумать логическое объяснение собственному внезапному транжирству, но, к счастью, госпожа Улла уже все сама придумала. Потрясающий талант!
– А-а-а, боишься, что кто-то еще ее купит… – протянула женщина и махнула рукой, решив, что мой случай абсолютно безнадежен: – Ладно, забирай.
Я радостно подпрыгнула и захлопала в ладоши.
Причин для такого искреннего восторга на самом деле было две: первая – мне действительно понравилась ткань. И вторая – я придумала, как не ощипывать всех курей в округе.
Беркант 
– Отменяй бал! – заявил я с порога королевского кабинета.
Его величество с лицом, полным невыразимой печали, читал какой-то отчет.
– Что? – не понял Август, пытаясь осознать мое внезапное возвращение.
– Я нашел ее! – воскликнул я, с трудом сдерживая переполняющие меня эмоции. – Прямо здесь, в столице!
– Так… – Друг отложил бумаги, помассировал глаза, снова посмотрел на меня.
Видимо, понял, что диалог с драконом в экстазе предстоит не из простых, а потому встал, сходил до барного шкафа, достал хрустальный шофт с коньяком и двум бокалами, разлил содержимое на два пальца и, придвинув один из стаканов ко мне, лаконично произнес:
– Пей.
– Зачем? – не понял я.
– Пей!
Ну, в принципе повод, конечно, прекрасный, хотя я бы лучше открыл игристое по такому случаю… но спорить с королем о выборе праздничного напитка не хотелось, а потому я опрокинул в себя бокал.
– Отменяй бал, – повторил я, плюхаясь в гостевое кресло. – Ну или не отменяй, но меня там все равно не будет.
Его величество вздохнул, снова разлил коньяк и сел на свое место.
– Я, конечно, очень за тебя рад, – совсем не искренно произнес друг, – но бал отменять не буду. И ты на него явишься. И девиц всех посмотришь.
Я выразительно приподнял бровь, а король продолжил:
– Герцогству нужен наследник.
– Как найду ее – так будет, – покладисто согласился я. – И не один.
Август опрокинул в себя второй стакан, даже не предлагая присоединиться, а затем, обновляя свою тару, спросил:
– А с чего ты взял, что твоя истинная за тебя пойдет?
– Я – герцог. За меня пойдет любая.
Друг расхохотался.
– А я – король. И что толку?
Медленно, очень медленно до меня начало доходить.
– Она может быть не твоего сословия. Может быть замужем. Ей просто банально может быть не нужен ни твой титул, ни все твое золото. Она может испугаться. И она может отказать. И ты не сможешь заставить ее.
Я посмотрел в свой бокал, где самый дорогой и изысканный коньяк материка ловил отблески магических светильников, и негромко произнес:
– Я сочувствую твоему горю.
– Не стоит, – криво усмехнулся друг. – Я – король, мне можно только завидовать.
Наши бокалы звонко дзынькнули, столкнувшись, и Август повторил:
– Герцогству Тореф нужен наследник. У тебя есть время до бала, попробуй найти ее.
Он помолчал и добавил:
– А если нет, то…
Теперь уже криво усмехнулся я:
– То герцогству все равно нужен наследник. Я понял.
Саяра 
Как я волокла на себе этот рулон ткани – отдельная, леденящая душу история. Нет, Улла, конечно, предложила мне посильную помощь в лице ее старшенького сына. Еще и подмигнула так задорно, мол, он чутка помладше, но кому это мешало? При молодом мущ-щ-щине и женщина молодеет!
Хотелось мне сказать, что не такая уж я и старая, но грубить женщине, оторвавшей от сердца такой шикарный кусок ткани, нельзя. В конце концов, ничего дурного она не делает, лишь пытается пристроить сыночку в хорошие руки. Поэтому, чтобы переключить внимание Уллы, я попросила золотые нитки. Много золотых ниток. Вообще все золотые нитки, что есть у нее и ее коллег.