Группа поддержки. Второе зло

— Он гонится за мной! — повторила Корки, повернувшись и указывая назад.
Никого. Нет человека в капюшоне. Нет бледных-бледных глаз. Исчез. Или это был очередной кошмар?
Корки поморщилась. У нее болел бок, а от удара о гранитное надгробие она потянула лодыжку.
Очередной кошмар? Просто галлюцинация?
— Мы отвезем тебя домой, — произнесла Кимми, обнимая блондинку за плечи. — Идем, Корки. Идем с нами.
— Холодрыга какая! — заметила Ронни, зябко кутаясь в свою огромную куртку.
Дебра хранила молчание, глядя на покосившиеся надгробия в старой части кладбища. На ее лице застыла тревога. Она сжала рукой висевший на цепочке кристалл и что-то беззвучно зашептала.
— Дебра, пошли! — Голос Кимми, донесшийся уже от машины, помешал ей сосредоточиться. Девушка повернулась и двинулась вслед за подругами.
Через несколько минут Кимми въехала на гравиевую дорожку, ведущую к старому приземистому дому Коркоранов, и выключила мотор. Все четыре девушки поднялись на крыльцо. Корки пришлось долго воевать с ключами, прежде чем дверь открылась, и они наконец вошли.
— Брррррр! — поежилась Дебра и почесала ногой о ногу.
— Дебра, здесь же совсем не холодно, — заметила Кимми.
— Йааааии!
Из гостиной с воплем выскочила какая-то фигура.
— Шон, хватит дурачиться! — прикрикнула Корки на братишку, вытаращив глаза.
— Я вас напугал, — ухмыльнулся тот. Его синие глаза сверкали. Благодаря своим светлым волосам и высоким скулам он казался уменьшенной и обработанной под ангелочка копией Корки.
— Сейчас нам совсем не до розыгрышей, — ответила Кимми, вешая куртку на крючок.
— Может, сразимся в «Девять-десять»? — Мальчик потянул ее за рукав.
— В «Девять-десять»?
— Ага. Я достал «Мегамена-2».
— В другой раз, — ответила Кимми.
— Ну, хоть чуть-чуть поиграем? — канючил Шон, подтаскивая ее к лестнице.
Та беспомощно оглянулась на Корки.
— Уймись, Шон, — бросила сестра резко. — Сейчас нам не до игр.
Она заглянула в гостиную.
— А где мама с папой?
— За следующей дверью. — Мальчик неохотно отпустил рукав Кимми.
— Идемте, — сказала Корки подругам, увлекая их в гостиную. — Я пока сбегаю на кухню и поставлю чайник. Приготовлю горячий шоколад.
— Звучит заманчиво, — заявила Дебра, все еще дрожа и потирая плечи.
— Терпеть не могу горячий шоколад! — встрял Шон.
— Тебя не спрашивают! — взвилась сестра. — Отправляйся наверх. Живо!
— Дурочка! — ответил брат, в сотый раз на дню. Потом показал язык и кинулся в свою комнату.
Корки включила торшер, стоявший у стены, возле кожаной кушетки. Комнату залил бледный свет, окрасивший все в зеленоватые и коричневатые тона.
— Я сейчас вернусь, — произнесла Корки, направляясь к дверям. — А что вы там делали? В смысле — у кладбища?
— Ну… — Дебра сверкнула глазами в сторону Кимми.
— Тебя искали, — ответила та. — Мы собирались заехать к тебе домой, а потом увидели, как ты… ну… — Она замялась и не окончила фразу.
Бледные щеки Корки порозовели.
— Я навещала Бобби. Я бываю у нее иногда.
Никто не нашелся, что сказать. В комнате повисла гнетущая тишина.
— Пойду, поставлю чайник. — И Корки поспешно выбежала из комнаты.
Ее мысли лихорадочно скакали. Она никак не могла понять, зачем девчонки ее разыскивали. С тех пор как Корки ушла из группы поддержки, они общались довольно редко. Встречаясь с ней в школьном коридоре, все старались выказывать как можно больше дружелюбия, но ей совсем не хотелось ни с кем разговаривать.
Девушка услышала какой-то шум и выглянула в окно. Две кошки гонялись друг за другом по толстому ковру из опавшей листвы, устилавшему весь двор. И эта погоня напомнила Корки о странном человеке в капюшоне с холодными серыми глазами. Она вздрогнула и поспешила обратно к гостям.
Кимми и Дебра разместились по краям кушетки. Кимми нервно барабанила пальцами одной руки по другой, а Дебра крепко обхватила колени. Ронни стояла у окна, уперевшись руками в свои узкие бедра, и глядела на дорогу. Заметив, что Корки вошла в комнату, повернулась к ней и произнесла:
 
— Наконец-то мы согреемся.
Хозяйка уселась в кресло, развернутое к кушетке, и тут раздался неприличный звук.
— Шон! — вскрикнула она сердито и вскочила на ноги. На сиденье оказалась одна из прикольных штучек братца.
Девчонки покатились со смеху.
— У нас в семье любят шутить не словом, а делом, — объяснила Корки и забросила злосчастную игрушку в угол.
— А твой братишка забавный, — заметила Дебра, закидывая ногу на ногу.
— Хочешь, забирай его себе, — ответила девушка, снова опускаясь в кресло.
Ронни приблизилась к кушетке и села на ковер, скрестив ноги.
— Как ты себя чувствуешь, Корки? — спросила наконец Кимми заботливым тоном.
— Кажется, нормально, — ответила та поспешно, отводя глаза.
— Ты видела последний матч? — спросила Ронни.
— Нет, — покачала головой девушка.
Повисло напряженное молчание. Сверху доносились звуки, издаваемые электронной игрой Шона. Корки откашлялась.
— Ну так зачем вы хотели меня видеть? — спросила она.
— Мы хотели попросить тебя вернуться в группу, — выложила Ронни.
— Ага. Поэтому и пришли, — поддакнула Кимми, вперив в Корки взгляд своих синих глаз.
— Не знаю, — ответила та, качая головой и откидывая с глаз прядь волос.
— Нам тебя очень не хватает, — продолжала Кимми. — Теперь группа уже совсем не та.
— Точно, — добавила Ронни серьезно.
— Это очень мило с вашей стороны, — сказала Корки, снова опустив глаза. — Но…
Она мысленно вернулась в то время, когда они были в группе вместе с Бобби. Вспомнила, как вышла из себя Кимми, когда сестру назначили капитаном, и как пыталась настроить против нее остальных девчонок. Теперь она сама стала капитаном. Бобби умерла, а Кимми добилась того, чего всегда желала. Так зачем же ей понадобилось возвращение Корки в группу?
— Почему бы не попробовать? — начала уговаривать ее Кимми.
— Да. Потренируешься с нами пару раз, — предложила Ронни, вертя опаловый перстень на указательном пальце.
— Давайте не будем лукавить! — выпалила Корки. — Ведь именно вы всегда нападали на нас с Бобби.
Эти слова словно повисли в воздухе. Кимми и Ронни на мгновение застыли, Дебра тяжело сглотнула.
— Все изменилось, Корки, — сказала Кимми наконец. Потом добавила: — С той ночи.
Дебра уронила руки на колени и уставилась в окно своими льдистыми голубыми глазами. В неярком свете торшера ее лицо казалось совсем бледным.
— Думаю, мы и сами сильно изменились, — продолжала Кимми. — Во всяком случае я.
Корки вздохнула, но промолчала.
— Я была с тобой в ту ночь, — произнесла брюнетка с жаром. — И тоже видела злого духа. Видела, как кружилась земля над старой могилой. И никак… никак не могу выбросить все это из головы.
— Я тоже не могу, — поддакнула Ронни. — До сих пор кошмары снятся.
— И мне, — прошептала Дебра.
— Благодаря этому я изменилась, — продолжала Кимми, глядя на Корки. — Хотя и не потеряла сестру, как ты, но все-таки изменилась. Раньше я была такой злой. И ты верно сказала, — нападала на вас с Бобби. Ведь я не такая красивая и стройная, как вы. Но после той ужасной ночи на кладбище меня больше не заботят подобные вещи. Я поняла, как хрупка наша жизнь, увидела…
— Это заставило нас всех остановиться и задуматься о том, что же в жизни главное, — вклинилась Ронни. — Я тоже изменилась.
— И ты изменилась, — сказала Кимми, обращаясь к Корки. — Это видно.
Дебра кивнула, сохраняя молчание.
— Поэтому мы и решили, что для тебя будет лучше вернуться в группу, — продолжила Ронни. — Мы правда хотим тебе помочь.
— Мы подружимся, — произнесла Кимми, и ее розовые щеки стали ярче. — Потому что теперь противостоим чему-то по-настоящему страшному, и нам нужно держаться вместе.
Корки оглядела их одну за другой и подумала: «Они говорят искренне, они и вправду так думают. Ими действительно движет забота обо мне, и они действительно изменились». Ей захотелось перегнуться через чайный столик и обнять сразу всех троих. Однако она сдержала порыв и сказала: