Проклятие Энтаны

– Вы с этим не согласны?
Прищурив глаза, он произнес:
– Это один из вариантов.
– А второй?
Мужчина бросил на меня быстрый взгляд.
– Я не большой специалист по пожарам, однако, насколько я смог установить, в данном случае было несколько очагов возгорания.
– И? – непонимающе уставилась я на него. – Я же сказала, они зажгли два камина…
– А как они обе себя вели в вашу последнюю встречу? – ответил он вопросом на вопрос. – Это может быть важно.
– Тевея… за обедом много нас расспрашивала о жизни в Альвионе и Зенноне, о мелочах, а Шани выглядела… подавленной. До этого она проявляла любопытство, а тут больше молчала и казалась грустной… Ну а после, когда делилась с нами рассказом, Тевея очень волновалась, переживала всё заново… Почему вы спрашиваете? Какое это имеет отношение к пожару?
– Потому что вероятность спонтанного возникновения нескольких очагов возгорания чрезвычайно мала.
Несколько секунд я смотрела на него, пытаясь понять, к чему он клонит.
– Вы же не… – мой голос неожиданно сел. – Вы же не хотите сказать, что они сами устроили пожар? – Заметив его ровный взгляд, я разозлилась: – Они не сумасшедшие и не фанатички! Тевея… – я поколебалась, не признаться ли, что она собиралась очистить камень-сердце, но решила, что сейчас это уже не важно, и покачала головой. – В том, что вы предполагаете, нет никакого смысла. Вы… проверили курятник?
Каратель Дерри приподнял брови в удивлении.
– Курятник?
– Они устроили его в соседнем доме. Если бы Тевея с Шани задумали… задумали то, что вы предполагаете, разве они бы как-нибудь не позаботились о бедных птицах?
– Значит, вы не согласны с тем, что это был акт самосожжения?
– Нет!
– А что, если я скажу вам, что это был поджог?
Мое сердце забилось еще быстрее.
– Поджог?.. То есть… кто-то специально устроил пожар? – Я покачала головой. – Нет, нет. Кто это мог сделать?.. Здесь, кроме нас, никого не было.
– Вы уверены?
Помедлив, я ответила:
– Кроме Тевеи и Шани, мы больше никого не видели, а сами они считали себя единственными жительницами Энтаны…
Каратель Дерри молча приподнял брови, словно предлагая мне самой сделать вывод. А потом сказал:
– К тому моменту, как пожар распространился, они обе уже были мертвы.
Мою грудь сдавило от тяжести.
– Что это значит?
– Либо они задохнулись от дыма, либо… – мужчина внимательно посмотрел на меня, – либо их кто-то убил, а после устроил пожар, чтобы скрыть следы. К сожалению, из-за обрушения и сильных повреждений установить истинную причину смерти, тем более в таких условиях, невозможно.
– Зачем кому-то… – в ужасе прошептала я.
– Хороший вопрос. Для начала надо ответить на другие – кто мог это сделать? И почему именно сейчас – не раньше, не позже? – Каратель Дерри задумчиво посмотрел на противоположный берег Иммры. – Если в городе скрывается кто-то неизвестный, во-первых, он должен был знать о существовании Тевеи и Шани, знать, когда на них можно совершить нападение, то есть фактически следить за ними. А во-вторых, у него должна была быть причина действовать именно в этот момент. То есть что-то должно было его спровоцировать.
Он со значением посмотрел на меня, и мое сердце оборвалось.
– Вы считаете, это… из-за нас?
– Сколько именно времени эти женщины жили здесь – вопрос, но, похоже, достаточно долго. И вполне благополучно. Но вот они встречаются с вами, беседуют – и умирают.
По спине у меня прошел озноб.
– Нет, это не… Как этот неизвестный узнал о нашем разговоре? Неужели подслушивал?
– Я бы этого не исключал, – спокойно сказал Каратель. – Тевея сказала, что их всего двое. А что, если она вам солгала? Если был кто-то третий? Ведь она же сама вам сказала – в Ордене всегда трое хранителей.
– Но мы никого не слышали и не видели… – неуверенно пробормотала я, чувствуя на себе внимательный взгляд Карателя. – Зачем тогда они его скрыли? И почему он… так поступил?
– Вероятно, он был против того, чтобы открывать тайны Ордена.
– Но тогда он бы остановил Тевею и Шани раньше! Нет, нет, это какая-то бессмыслица!
  
– Значит, и эта версия вас не устраивает? Тогда, боюсь, оставшаяся вас и вовсе разочарует. Потому что если поджог устроил не кто-то нам неизвестный… – Каратель Дерри выдержал долгую паузу, – то это сделал кто-то из ваших друзей.
Я не заметила, как вскочила, от возмущения позабыв все слова.
– Вы с ума сошли? – наконец выпалила я. – И это вы говорили нам о фантазиях? Вы еще скажите, что это сделала я!
– Это точно не вы, – со спокойной улыбкой ответил он.
– Да неужели? – спросила я, чувствуя, что меня всю трясет.
– Даже если бы не наш разговор и не ваша реакция, я бы заподозрил вас в самую последнюю очередь по той простой причине, что вы единственная, кому есть что терять, если эта миссия провалится.
– Кинн… – против воли вырвалось у меня.
– О да. Поэтому в вас я не сомневаюсь, чего не могу сказать о ваших друзьях.
– Они все здесь, потому что вызвались помочь нам с Кинном!..
– Я был в Квартале и всё прекрасно слышал. И могу вам сказать: очень часто красивые слова – всего лишь слова.
– Вы ошибаетесь, – резко сказала я. – Так же как ошиблись, когда не поверили свидетельству Донни. Этот пожар – трагическая случайность.
Каратель Дерри медленно встал и без улыбки посмотрел на меня.
– Если бы вы видели столько, сколько видел я, вы бы тоже разучились верить в трагические случайности.
– Я верю в своих друзей, – упрямо произнесла я.
В его глазах впервые за всё время разговора показался холод.
– Вы забываете о том, что ваши друзья не люди, а дремеры.
– Что вы хотите сказать?
– Вы поглощаете Теней – этим уже всё сказано, – ровным голосом ответил Каратель.
Мне в лицо будто плеснули ледяной водой, но я не успела ответить. Мужчина снял закрепленную на руке маску и, надев ее, заговорил обычным вежливым тоном:
– Я вас предупредил, дальше действуйте сами. Помните, что ваша задача – отыскать камень-сердце невзирая ни на что.
– Но… Тевея же говорила… – начала я, однако он меня прервал:
– Придерживайтесь прежнего плана. Хотя я бы еще рекомендовал вам обыскать пожарище – кто знает, может, камень всё это время находился у них. Вы найдете дорогу до кладбища? – добавил он, накидывая капюшон.
Я кивнула и, поколебавшись, спросила:
– А вы?
– Возвращаюсь на корабль. Буду ждать вашего отчета послезавтра. – Он уже собрался уйти, но в последний момент обернулся. – Если случится что-то… экстраординарное, посылайте сигнал, мы отправим за вами шлюпку.
Когда Каратель Дерри ушел, я достала карту, нарисованную Кинном, и несколько минут смотрела на нее невидящим взглядом, потом встряхнулась и отправилась на кладбище.
…У ворот меня встретил Донни, и, когда мы дошли до тенистого уголка, где нашлось свободное место, Нейт с Ферном уже заканчивали рыть могилы. Рядом, в высокой траве, лежали тщательно прикрытые старыми шерстяными одеялами носилки.
– В больнице взяли, – прошептал Донни.
Я тут же отвела взгляд, чувствуя, что мне становится дурно: воображение тут же начало рисовать изувеченные тела в странной, неестественной позе. Я решилась посмотреть, лишь когда тела осторожно опустили – оказалось, на носилки тоже постелили по одеялу – и начали закапывать.
В вышине беспомощно шелестели листья, пахло травой и вывороченной землей, и каждый комок, падающий вниз, утверждал необратимость смерти.
В этот раз, когда Кьяра начала читать погребальные молитвы, слезы ко мне так и не пришли.
Я не верила подозрениям Карателя Дерри, но в глубине души ощущала: что бы ни произошло с Тевеей и Шани на самом деле, мы были к этому причастны. Если бы не мы, они бы не стали зажигать оба камина, если бы разговор с нами так не взволновал хранительниц, они были бы более бдительны… Если бы не мы, они остались бы живы.
Я подняла взгляд. Нейт и Ферн оба с мрачным видом слушали молитвы, которые читала серьезная, сосредоточенная Кьяра. Тайли стояла, опустив глаза, периодически вытирая слезы, а молчаливый Донни неожиданно стал казаться старше своего возраста.