Проклятие Энтаны

Из-за тумана я совсем забыла о том, к чему мне стоит приготовиться, и, когда изнутри меня дернул невидимый крюк, я едва удержалась от вскрика. К счастью, матросы были больше заняты туманом и навигацией, чем мной. Вновь ощутив биение теневого сердца, я постаралась незаметно коснуться груди – таким реальным было это чувство. Когда мы с Кьярой вернулись на корабль, теневое сердце просто затихло, и я даже не сразу обратила на это внимание.
Очевидно, разбуженный осколок камня-сердца подавляет Теней, а как только мы удаляемся от корабля на определенное расстояние, Тени, наоборот, оживают. Но в Квартале, насколько бы мы ни удалялись от камня, ничего подобного не происходило. Всё-таки рассказ Тевеи о Тенях служил тут единственным объяснением.
Я так задумалась над этим, что не сразу разглядела выплывший из белесой мглы пирс, а на нем – темную фигуру.
– Мы уж думали, вы не приплывете, – хмуро сказал Ферн, когда Кьяра первой поднялась к ним.
– Разговор вышел долгим, мы задержались, – коротко пояснила она. – А где остальные?
– У ворот, в сторожке, там не так промозгло. Мы решили дежурить по очереди. А этот куда? – с неприязнью спросил он, глядя мне за плечо.
– Я собираюсь побеседовать с вашими новыми знакомыми, – спокойно ответил вместо меня Каратель Дерри, поднявшийся на пирс следом.
Ферн встретился со мной глазами, и я заметила мелькнувшее в них разочарование, отчего меня на миг кольнуло болью. Однако я заставила себя не опускать взгляд: у нас не было другого выхода, и он должен был это понимать. Возможно, Тевея не обрадуется визиту Карателя, но она открыла нам свою тайну, прекрасно понимая, кто мы и зачем сюда приплыли.
Ферн отвернулся и первым зашагал с пирса прочь, а я как никогда отчетливо осознала, насколько мы с ним разные, и мне показалось, что между нами пролегла глубокая пропасть. Хотя, наверное, она была всегда.
Тайли и Донни при виде Карателя стушевались, и только Нейт остался внешне спокойным и повел нас всех к Тевее. Город, укутанный туманом, казался совсем чужим, незнакомым, и даже когда мы вышли на набережную, чтобы не заблудиться, я не сразу узнала дорогу.
Город звучал по-другому.
Я плотнее запахнула накидку, желая отгородиться от неприятного, тревожного чувства, словно пытающегося проникнуть внутрь вместе с туманом.
Едва мы свернули с набережной на улочку, ведущую к дому Тевеи, как впереди раздался потрясенный голос Ферна:
– Что за?..
Переглянувшись, мы побежали к нему. Тайли при виде дома испуганно вскрикнула, а Донни замер, открыв рот.
– Вы уверены, что это тот самый дом? – сухо спросил Каратель Дерри.
– Уверены, – в оцепенении ответил Нейт, глядя перед собой.
Мы с Кьярой оказались у дома последними. Вернее, у того, что от него осталось. Несколько секунд я пыталась осознать, что же я вижу, а потом медленно осела на землю. Рядом со мной Кьяра зашептала молитву.
Из молочно-сизой мути тумана выглядывал обугленный остов дома. Черепичная крыша сложилась внутрь, как лист бумаги, захватив с собой верхние куски внешних стен, которые единственные выстояли в этой схватке с огнем. Воздух горчил запахом гари и копоти.
Каратель Дерри первым пришел в себя. Сняв перчатку, он коснулся стены, потом, хрустя стеклом, подошел к окну и осторожно просунул руку внутрь.
– Всё уже давно остыло, – сообщил он, оттирая сажу с пальцев. – Даже с учетом погоды, думаю, прошло больше суток.
– Не может быть, – резко возразил Ферн. – Позавчера мы были здесь, и всё было в порядке.
– А позавчера ночью? – уточнил Каратель.
Ферн хмуро буркнул:
– Не знаю, мы же были в другой части города – всю ночь провели в Академии, искали камень, потом ушли отсыпаться.
– А где Тевея и Шани? – спросила Кьяра вполголоса, но ее все услышали. Казалось, даже туман замер после ее слов.
Мы все посмотрели на пожарище, и перед глазами у меня потемнело. Как сквозь вату я услышала Карателя Дерри:
– Мне понадобится помощь, чтобы разобрать завал.
– Мы поможем, – тут же вызвался Нейт, и Ферн мрачно кивнул.
  
Что-то сказала Кьяра, но я уже не разобрала. Меня пронзило стойкое предчувствие: тот раз, когда мы прощались с Тевеей и Шани, был последним.
  
Глава 10
 
Туман рассеялся, но солнце так и не продралось сквозь пелену облаков. Энтана лежала серая, поблекшая, словно вместе с туманом из города ушел весь цвет.
Мы с Донни сидели на скамейке на набережной вдвоем.
Поначалу он порывался помогать остальным, но Ферн ему строго запретил, а Нейт попросил меня увести мальчика подальше. Я знала, что эта просьба была не столько ради Донни, сколько ради меня самой – Нейт наверняка заметил, что я не в состоянии ничего делать и даже на ноги поднялась с большим трудом.
Избегая смотреть на обугленные руины, я безмолвно повела Донни к реке. Сначала он просто шел рядом, а потом, взглянув мне в лицо, стиснул мою руку. По сравнению с его рукой моя была ледяная.
Не знаю, сколько мы просидели в тишине, наблюдая, как рассеивается над Иммрой туман, когда сзади послышались шаги. Донни тут же обернулся, а я поняла, что не могу пошевелиться.
– Мы их нашли, – тихо сказал Нейт, остановившись рядом. – В доме.
– Это… это точно они? – охрипшим голосом спросила я и подняла на него глаза.
На его уставшем, запачканном сажей и пеплом лице отразилась печаль.
– Тела сильно пострадали, но да, это они. Каратель Дерри сейчас их осматривает.
– А нам можно?.. – начал Донни, но Нейт мягко покачал головой:
– Не нужно. Лучше… запомните их живыми.
В ушах у меня стал нарастать шум, и я не сразу заметила, что к нам приближаются остальные. Перепачканные, вспотевшие, Ферн и Тайли прошли мимо, уставившись себе под ноги, Кьяра же мельком взглянула на нас и вздохнула. По очереди они спустились по ступеням к воде и тщательно умылись.
Я отрешенно смотрела, как один за другим они поднимаются наверх, подставляя лицо ветерку, как Донни подходит к ним, как они достают карту и вполголоса спорят, где наиболее короткий и удобный путь к кладбищу.
– Надо придумать какие-нибудь носилки и найти лопаты… – донеслось до меня, и я едва сдержала рвотный позыв.
Нет, нет, я не хочу думать… Не хочу представлять, что Тевея и Шани превратились в обезображенные огнем тела…
Я закрыла глаза, заставляя себя медленно дышать, а через минуту моего лица коснулось что-то мокрое и холодное. С испугом я дернулась и встретилась взглядом с Донни.
– Это… ваша сестра попросила… – Он неловко передал мне платок и снова убежал, я не успела ничего ответить.
Кьяра мимоходом посмотрела в мою сторону, и я беззвучно прошептала: «Спасибо», – после чего ослабевшими пальцами приложила холодный компресс ко лбу.
Вскоре, посовещавшись, все ушли. Нейт передал, чтобы я осталась, поскольку Каратель Дерри хотел со мной поговорить. Я была благодарна за задержку, поскольку чувствовала себя разбитой, опустошенной, бессильной. Даже от Донни сейчас было больше толку, чем от меня.
Почему я такая слабая?..
…Когда Каратель Дерри сел на скамейку рядом со мной, я обратила внимание, что и руки, и лицо у него были чистыми, а взгляд – усталым и одновременно напряженным.
– Итак, – обратился он ко мне после небольшой паузы, – пожар. Как вы себе объясняете произошедшее?
Оставшись в одиночестве и немного придя в себя, я только об этом и думала, но объяснение у меня родилось лишь одно.
– Когда мы были здесь в последний раз, было холодно. В доме горели камины – и в столовой, и в гостиной. – Я тяжело сглотнула. – Тевея была слепой… Она бы не заметила выпавшего уголька…
– А как же ее приемная дочь, Шани? Она ведь была зрячей и присматривала за всем?
– Она… могла не уследить. Тем более если дело было ночью.
– Да, весьма логично, – сказал Каратель Дерри таким тоном, что я против воли повернулась к нему и спросила: