Право волка (СИ)
— Ну, как я выгляжу? — она повернулась вокруг своей оси, демонстрируя стильные прямые джинсы и джемпер нежного лавандового оттенка. Русые волосы лежали идеальной волной, лицо подчеркивал обманчиво легкий макияж. И вроде бы все сделала, следуя моим инструкциям, но выглядела девушка так, словно спешила на вечеринку закрытого женского клуба Кембриджского университета. — Не то, да?
— Пару штрихов, — затащила подругу в свою комнату и протянула черную толстовку с капюшоном. — Переодевайся и волосы собери. Отлично, — осмотрела девушку.
— Как думаешь, он уже уехал?
Я вышла из спальни и прошла в комнату родителей, где не горел свет. Осмотрела двор: выдался погожий вечерок, люди болтали, сидя на лавочках, гуляли с детьми.
— Вроде, уехал.
Не теряя времени накинула бомбер, удобные свободные штаны и кеды.
— Такси будет через две минуты. Идем, заказала машину к соседнему дому.
Опасливо спускались по лестнице, оглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху. Я испытывала легкий азарт, словно меня наказали родители и я сбегаю из дома, совершая что-то запретное. А подругу переполняли эмоции: она нервно хихикала и шарахалась от каждого прохожего, боясь быть пойманной.
— Элька, не дергайся, — на нас с прищуром смотрели бабульки, обсуждающие очередное повышение цен на гречку.
***— Оу! — воскликнула Эля с непосредственностью ребенка.
Я надеялась, что в семь часов бар будет пуст: мне всегда казалось, что брутальные мужики должны появляться глубоко за полночь, разрывая ночную тишину рокочущим звуком мотора.
Но каково же было разочарование! Перед баром стояла пара десятков припаркованных байков.
— Шикарные, дикие, возбуждающие, — Рокотова подбирала эпитеты, обходя по кругу «железных коней».
— Элька, ты меня пугаешь! — усмехнулась.
— Сфоткаешь меня? — она уже занесла ногу, желая изобразить лихую гонщицу, как дверь распахнулась, и на улицу вывалились четверо мужчин.
— Эй, милая, — один из них окликнул подругу, — а ты знаешь золотое правило?
— Что, простите? — залепетала она в ответ, вызвав смех у остальных.
— Чтобы прокатиться, нужно дать хозяину!
Элька отпрыгнула от мотоцикла словно ошпаренная:
— Я лишь хотела сфотографироваться, — оправдывалась, приближаясь ко мне.
Мужчины раскатисто захохотали.
— Фотографируйся, это мой, — выкрикнул другой. — И не бойся, не упадет, если на него сядешь.
— Просто так? — уточнила подруга.
— Просто, — отмахнулся от нас и прикурил сигарету.
Пока Рокотова принимала позы крутой байкерши, я делала фото и прислушивалась к мужскому разговору.
— Я сегодня недолго: завтра едем к теще.
— Что, Вано, опять пьяный тесть унитаз снес? — мужчины издевательски хохотали.
— Бачок. Третий за этот год! Урод. Когда он уже допьется… достали все эти родственники!
Хм, оказалось, что крутые мужики в кожаных куртках и потертых засаленных джинсах имеют своих тещ и человеческие проблемы. Это открытие заставило посмотреть на них под другим углом.
— Наверняка у них и трусы растянутые, и носки с дырками, — хохотнула про себя.
Обычные такие мужчины, с небольшими пузиками. Один чуть лысоват и в очках, — не удивлюсь, если он профессор в каком-нибудь универе. Второй, скрученный остеохондрозом. Ссутулившись, пинал носком ботинка окурок, выдавал в себе офисного работника. И все до смешного обычные и ничем не примечательные… А тут, собираясь компанией, тешат свою мужицкую удаль и силу.
— Эй, барышни, вы заходите или как? — хозяин байка придержал входную дверь и сделал приглашающее движение рукой.
— Да, спасибо, — Эля торопливо пробежала к входу, не забыв прихватить меня за локоть.
— Спасибо большое, — я тоже поблагодарила незнакомца, и мы вошли внутрь.
— Что ж, — протянула Рокотова, рассматривая обстановку, — атмосферненько.
Двухуровневое помещение напоминало гараж. Бетонный пол с выщербленными кусками, грубо выкрашенные стены завешаны стягами с различных мероприятий.
У ближайшей стены — деревянная барная стойка с разномастными стульями. Грубо сколоченная мебель, выполненная с явной ленцой, пара огромных бочек, приспособлены вместо столов. Высокие потолки и второй уровень с отдельными столиками.
Но что удивило, не было ограждений. Опасно. Высота и алкоголь — вещи несовместимые.
— Недолофт, — проворчала я себе под нос.
— Как думаешь, у них несчастные случаи были? — Эля подняла голову, рассматривая компанию: мужчины и женщины сидели на диванчиках второго этажа.
— Больше чем уверена!
Ожили картинки старых вестернов, где ковбои во время драки падают через перила, — а здесь и перил-то нет!
— Я хочу сесть у бара! — Эля заняла самое дальнее место у стойки.
Зал практически полон — лишь несколько свободных мест у входа и барной стойки. Заказав пива и луковые кольца, мы рассматривали посетителей. В основном это мужчины сурового вида: они прохаживались от столика к столику, хлопали друг друга по плечу, обменивались приветствиями и шутками.
— Да они же милахи! — прокомментировала подруга.
— Ну да, — недоверчиво фыркнула.
— Поверь, — Эля с аппетитом ела луковые кольца, — ты еще не знакома с моей семьей, — девушка рассмеялась своим мыслям.
Раздались аплодисменты. Чтобы увидеть происходящее, мы вытянули шеи, выглядывая из-за массивной колонны. Теперь-то ясно, почему эти места не были заняты.
На сцене разогревались музыканты, бренча тягучую мелодию. Пришлось выйти ближе к центру зала и встать, опершись спиной на колонну: так хоть что-то видно.
— Если сейчас выйдет полуголая девица и начнет танец со змеей, делаем ноги. Мы попали в вампирский бар, — хохотнула я.
На невысокой сцене — пятеро мужчин, одетых в кожу, готовились к выступлению. Все с длинными волосами: у кого-то они схвачены в хвост или прикрыты банданой, у других — висящие сосульками у лица.
— Не бойся, вампиры предпочитают более пафосные места.
На мои взлетевшие брови подруга ответила:
— В фильмах так показывают.
— Ну да…
— О-о-о, привет, девчонки, — с изумлением воскликнула Хвостова.
Вместе с другой нашей одногруппницей они только вошли в бар и сразу же заметили нас, к несчастью.
— Мы не знали, что вы тут бываете, — обращалась Наташка ко мне и с недоверием осматривала Рокотову.
— Пришли послушать парней, — не моргнув, соврала я.
Одногруппницы все еще косились на Эльку: богатенькая выскочка, как называли ее за глаза, и в дешевом баре. Нонсенс!
— Идемте с нами, у нас столик. Со второго этажа отлично видно сцену.
Не успела я отказаться от приглашения, как меня опередила Эля, приняв его.
Поднявшись на второй этаж, Хвостова прильнула к одному из присутствующих.
— Парни, знакомьтесь: Эля и Лиля. А это парни, — девушка скользнула на колени самого крупного из них. — Рос, Дед, Бегемот и Мазутное брюхо, — указав на каждого пальчиком, она повернулась к своему парню.
В другое время я бы рассмеялась, услышав подобные прозвища, но не сейчас.
— Падайте, — Мазутное брюхо похлопал ладонью по обивке дивана рядом с собой. По тому, как мужчина осмотрел Элю, приглашал он именно ее.
Отлично, нас привели скрасить одиночество. Самохина поступила по примеру подруги: девушка в позе наездницы восседала на мужчине лет сорока. Тот кисло ей улыбался и поглаживал спину, запустив руку под топ.
— Мы тут присядем, — Эля не горела желанием «падать» рядом с тем, кого называли Мазутное брюхо и заняла пустующее кресло. Она максимально придвинулась к краю, освобождая мне место.
— Рожей не вышел, Брюх, — заржал Бегемот. Он был самым молодым из присутствующих, со впалыми от худобы щеками и неприятными, все время бегающими глазами. Взгляд не задерживался долго на чьем-либо лице. Парень возвращался глазами к своим рукам и поглаживал подушечкой большого пальца ногти, тем самым пересчитывая каждый палец руки.