Право волка (СИ)
— Обычная. Мама медсестра, работает в роддоме, папа мотается вахтами на север. Ничего особенного.
— А братья, сестры у тебя есть?
— Нет, я одна в семье, — забрала готовый напиток из автомата, и мы поспешили на занятия.
Глава 2
Два месяца спустя
— Эля, не сходи с ума! — воскликнула я вгорячах.
— А почему нет? — подруга была решительно настроена и отказываться от своей идеи не собиралась.
— Потому что…
— Что? — смерила меня долгим взглядом. — Только не говори, что ты боишься, — решила взять на слабо.
— Места, которые посещает Хвостова, априори нужно обходить стороной, — пыталась втолковать ей. — Куда ты собралась с главной давалкой факультета?
— В бар. И не будь такой ханжой, люди любят сплетничать и преувеличивать.
Рокотова подтянула ноги и, подогнув их под себя, удобнее устроилась на диване. Я же занимала место за столом и заканчивала очередной заказ, быстро перемещая перо по планшету.
— В ее случае, слава вполне заслужена. Эль, поверь, ничем хорошим это не кончится.
— Вот не думала, что ты превратишься в мою мамочку, вернее, дядюшку, — девушка отфыркивалась от меня, не забывая при этом листать ленту событий в телефоне.
— Забыла, что только пару недель назад тебя стали отпускать ко мне?!
Поначалу тотальный контроль воспринимался мной как средневековая дикость. Эля никогда не ходила на студенческие посиделки, независимо от того, были они днем или вечером. За круглосуточной опекой скрывалась какая-то жуткая семейная история, где погиб ее отец, и не только он. Чувство такта не позволяло устроить допрос, хоть любопытство и мучило. Информацию о случившемся собирала из обрывков фраз, и услышанное казалось нелепицей. С экрана телевизора подобные новости кажутся чем-то вымышленным, или же настолько далеким, что невозможно представить, как подобное произойдет с тобой или твоими близкими.
И вот сейчас Элька на полном серьезе собралась посетить местный байк-клуб.
Я отложила перо и не моргая уставилась на подругу:
— Рокотова, я понимаю, что ты словно принцесса в башне несколько лет томилась под гнетом материнской заботы. Тебе приходилось испытывать ни с чем несравнимые лишения в виде отсутствия студенческих вечеринок. Где, поверь моему слову, ничего, кроме алкогольного отравления и невнятного секса с кем-то, получить нельзя. Но идти с Хвостовой в «Южный ветер»! Да те слухи, которые гуляют об этом месте…
— Вот именно, байки. Смотри, — девушка соскользнула с дивана и через секунду протягивала мне телефон, перелистывая пальчиком по экрану фото, — нормальное заведение, у них даже свой сайт есть. По выходным живая музыка.
— О, представляю… «Владимирский централ, ветер северный, этапом из Твери, зла немерено», — напела мотивчик, который я знала благодаря нашему соседу снизу — любителю летом поставить колонки у открытого окна и целый день просвещать о трудностях тюремной жизни округу.
— Какой «централ»?
— Никакой, забудь, — и я в очередной раз подивилась тому, насколько Эля была оторвана от жизни простых смертных — среднестатистических обывателей нашей России-матушки.
А ведь о ее семье ходили чуть ли не легенды. Не о самой семье, а об их благосостоянии. И среди многих студентов за Рокотовой закрепилась слава высокомерной, избалованной фифы, не желающей опускаться до общения с челядью.
Я же не поддерживала подобного мнения. Нежелание общаться с окружающими не делает человека высокомерным. Хотя, вспомнив ее дядюшку, осознала, что лукавлю.
Эля честно призналась: родственники не в восторге от перспективы нашего общения. Но я отчетливо понимала, что дело не лично во мне, а в том, что я посторонний человек. И подобную реакцию вызвал бы любой незнакомец.
— Не знаю, что за «централ» такой. Но в субботу будет выступать известная группа, я и пару песен их слышала. Лиль, пожалуйста-пожалуйста! Идем вместе. Без тебя меня даже из дома не выпустят, — подруга состроила жалобное личико и усердно заработала ресничками.
— М-да, передержали тебя дома. Что нормальные люди прошли в подростковом возрасте — ты стараешься наверстать сейчас.
— Но я же не виновата, — и снова жалобная мордашка, — Митя привезет меня. Скажем, что будем делать курсач или доклад. Соврем что-нибудь. Он не станет сидеть три часа под твоим подъездом и точно решит навестить какую-нибудь зазнобу, — она презрительно фыркнула и наморщила лоб. — Опять вся машина провоняет сладкими духами.
Наблюдая за эмоциями подруги, я, не сдержала себя и расхохоталась:
— Элька, Элька… Если ты морщишь нос от духов подружки брата, стоит ли идти в клуб? Я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что аромат там будет далеко не конфетный. Может, я свожу тебя в местную «тошниловку»? Тут не далеко — через три дома. И это зачтется за отвязное приключение среди волосатых и потных мужиков?
— Нет! Ты не понимаешь меня! — Эля обиженно запричитала. — Меня всю жизнь держат в клетке, в стерильных условиях. У меня никогда не было друзей вне нашей семьи. До этого момента, — мгновенно поправилась, глядя мне в глаза. — Я не гуляла одна на улице, не сбегала на свидания. Ты же видишь, что меня провожают до двери твоей квартиры и забирают, не позволяя спуститься одной в подъезде.
Пролистнув еще раз фото бара, перевела взгляд на подругу:
— Возможно, есть этому причины? Эль, ты сейчас напоминаешь прыщавого подростка, который жалуется на свою тяжелую судьбу, сидя на кожаном диване и с ленцой вертя в руках айфон последней модели.
— Не было у меня никаких лишений, — уж совсем по-детски и обиженно проворчала подруга. — Просто я хочу ощутить драйв, сделать что-то запретное!
— Хочешь, я тебе сигарет дам покурить и водки налью? У отца всегда есть запасы, — протянула телефон обратно хозяйке. — Я соглашусь при одном условии: мы уйдем сразу же, если мне хоть что-то не понравится.
— Согласна, — Рокотова активно затрясла головой.
— И идем без Хвостовой! Не хватало появиться там в ее компании.
— Да она, честно говоря, меня и не приглашала. Это я вчера случайно услышала, как та хвасталась девочкам новым парнем.
— Дай угадаю. Ее парень — байкер, тусующийся в том клубе?
— Ну да.
Я звонко рассмеялась. Девочки такие девочки: независимо от социального положения фантазируют о большом волосатом и мускулистом мачо. И рассмеялась еще громче, осознав, что хочу того же.
Кто в своем уме откажется от сильного, — чтоб косая сажень в плечах и кулачищи — во! — красивого, как черт, желательно богатого, щедрого, умного — дураки нам не нужны, — с чувством юмора, и чтоб за его спиной себя чувствовать в полной безопасности?!
Правильно, никто! Усмехнулась своей бурной фантазии — мифическое существо получилось: вероятность встретить единорога значительно выше, чем мужчину со всеми вышеперечисленными качествами.
Глава 3
Заразившись каким-то детским предвкушением «праздника», мы несколько дней продумывали план. Эля сочинила правдоподобную легенду о курсовой работе: скоро сессия, — как тут не поверить?
Мне приходилось одергивать ее на занятиях: все мысли подруги витали далеко от учебы.
— А что надевают в такие места?
— Как и в любой клуб. Выбор наряда зависит от того, с какой целью ты идешь.
— Я не была в клубах.
Мой красноречивый взгляд был лучше любого возгласа удивления.
— Джинсы и удобную кофту. Лишнее внимание не нужно.
Эля понятливо кивнула и продолжила записывать лекцию.
Субботний вечер был выбран неспроста. Свободным в семье Рокотовых, по словам Эли, был только брат, а отказать сестре, тем более в учебе, он не посмел. Подруга нервно попрощалась с Дмитрием, чуть ли не силой вытолкнула эту детину из коридора моей квартиры и закрыла дверь перед его носом, не дав нам поздороваться.