Время для жизни (СИ)
- Так, Иван и… Игорь, да! Мы тут немного переиграли! Придется Вам переехать в репетиционный зал. Да, где сейчас танцоры. Нашим певицам мы отдали Ваш кабинет. Там же и музыканты, Игорь! В зале. Ну ничего – там места много, на всех хватит!
- Да ладно… но там же и девчонкам где-то переодеваться будет нужно. Танцовщицам! Будет ли это удобно?
- Ничего страшного! Там рабочие уже несколько ширм поставили. Они за ширмами переоденутся. Уже и костюмы туда перенесли, и Ваши, и их!
- Ну… пусть так!
Калошин подмигнул ему, замахал рукой – «пошли, мол!».
- Подальше от начальства! Пусть и от сцены чуть дальше, но зато – спокойнее.
М-да… в этом зале уже стояли посредине столы и стулья – видимо для вечернего мероприятия. Всю эту мебель составили баррикадой посредине зала, разгородив его таким образом на две неравные половины – меньшая отошла танцорам, там уже и ширмами «отрезали» один угол; большая – калошинцам и ему. Вполне нормально сюда «вписалась» занесенная откуда-то мягкая мебель – тройка диванов и несколько разных кресел.
— Вот! Видишь – даже присесть с удобствами есть где! Так… ну-ка, ребятки, поправим немного столы… Да-да! Вот так! Ну – Вы и сами соображаете! – командовал Игорь своими музыкантами, - Так! Только… сами знаете – ни грамма больше необходимого! Все ясно? Виталий! Геннадий! Вот Вас это в первую очередь касается! И не надо мне ничего говорить! Все уже сказано, и я не раз слышал Ваши оправдания!
Посмеиваясь, Калошин вернулся к Ивану, усевшемуся на диване:
— Это я так… для проформы! У меня ребята – профессионалы, сами знают – когда и сколько можно принять!
Вот курить – приходилось выходить на «черную» лестницу, довольно далеко. Что было не совсем удобно.
На стене зала, возле выхода, была помещена информация о концерте – очередность номеров, их примерная продолжительность. Это Илья подстраховался, хотя по коридору носилась уже девчушка-метеор со сценарием концерта в руках. Именно она будет помогать распорядителям в подготовке к выходам артистов на сцену. Все было довольно просто. Сомнения вызывали лишь выступающие официальные лица. Как сказал тот же Елкин – чаще всего регламент выступлений их – не соблюдается от слова совсем. Ну тут уж – как пойдет! Ладно… нужно выдохнуть! И это когда-нибудь пройдет – уже вечером они будут вспоминать о всей этой нервотрепке, репетициях, ругани и обидах, как о прошлом.
Иван с Игорем, чтобы не мешать Илье, Савелию и Кире, отошли подальше от кулис.
- А пойдем к девушкам зайдем? Поддержим их, пошуткуем-посмеемся…
В гримерке сидела за столом перед зеркалом Лиза, а Лида что-то поправляла ей в прическе. Подруга была уже в костюме для выступления, если можно так назвать довольно простенькое платье, туфли и косынку на плечах. Лиза была бледна, только глаза лихорадочно блестели.
С места в карьер Калошин стал рассказывать что-то веселое. Лида смеялась, а Лиза лишь вымученно улыбалась.
- Красивая моя! Ну чего же ты так? Ты же – учительница пения! Сколько раз ты пела перед ребятами, да и в концертах разных участвовала не раз! Ну что за волнение, право слово? – Иван наклонился к ней, сжал легонько плечи и чмокнул к щечку.
Лиза благодарно улыбнулась, но здесь откуда-то сзади послушался недовольный голос Вари:
- Ну я так и знала! Костюмы развесили вовсе не по порядку! Ну все нужно проверять самой!
Косов повернулся на голос. Ну да, Варенька была бы не той Варей, если бы не придумала, как привлечь к себе внимания! Она стояла спиной к ним к блузке, чулках с поясом и туфельках. Только вот юбки на ней не было! А блузка по длине вовсе не скрывала всей прелести «пятой» точки певицы, одетой в белые трусики.
«М-да… а задница у нее все же – зачетная! Ух какая задница! И крепкая такая, ладная! И груди – ага! Ростом, вот только не удалась. Этакая… Сабрина… «бойз-бойз-бойз! Хотя нет, все же не тот типаж. Орлова, может… Ладынина. Но в тренде она сейчас!».
Как ни в чем ни, бывало, Варя повернулась к присутствующим и протянула:
- Ребята! Ну и что мне делать? Я ведь не помню точно – в каком костюме петь ту или другую песню!
Спохватившись, Иван снова повернулся к зеркалу, откуда на него с укоризной смотрела Лиза. Она прикрыла глаза и покачала головой, шёпотом: «Ну кобель же!».
Неловкую паузу сбил Калошин:
- Варя! Ну какая проблема? Ты у нас в любом наряде – королева сцены! Вот… хоть так выйди и фурор в зале будет обеспечен!
Все расхохотались – действительно! Фурор будет! Правда, сопряженный со скандалом, но все-таки!
Иван вытащил из внутреннего кармана куртки любимую фляжку, взболтнул ее:
- Ну, что, девчонки! По тридцать граммов, чтоб дома не журились?
Лида улыбнулась:
- А закусить чем?
- Ну что за вопросы, сударыня? Все учтено и приготовлено! – из другого кармана Косов – «ал-ле, ап!» - достал большую плитку шоколада.
Лиза повеселела, засмеялась ему в зеркале, залихватски махнула рукой:
- А-а-а-а… давай!
«Ну вот! Такой она больше похожа на прежнюю Лизу!».
Калошин плеснул граммов по семьдесят женщинам. Остатки поделили Иван и Игорь.
- Ну вот! Зарумянилась Лизетт! И стала еще краше! – Косов снова поцеловал подругу в щечку.
- И хватит уже разглядывать ее ляжки! Слышишь, Косов?! – шёпотом она ему.
«Ну вот! Это – прежняя Лиза!».
Так они и болтались с Калошиным по закулисью до трех часов, когда Илья объявил сбор всех в актовом зале – для последней «накачки!». Все расселись на креслах двух-трех первых рядов зрительного зала.
«Х-м-м… а немало нас здесь, не мало! Как-то не задумывался, сколько людей задействовано. Калошинцы, мы с Ильей, девушки, танцоры, ребятишки Тонины, рабочие и обслуживающий, подсобный персонал… Человек тридцать с лишним получается, ближе к сорока, наверное!».
Илья, и стоявший рядом с ним директор ДК, смотрели строго, сосредоточенно. Их речи он и не слушал толком. Сколько таких инструктажей прошлось пройти в прошлом? Нет, не именно вот таких творческих, концертных, но… Все эти инструктажи, планерки, оперативки чем-то похожи друг на друга, пусть и из разных сфер деятельности мероприятия.
- Скажите, а сколько всего будет выступающих от руководства и гостей? – подняв руку, с места спросил Елкин.
Илья с директором переглянулись, и директор откашлялся, ответил:
- Всего, по сценарию праздника выступающих четверо – сам директор завода, два его заместителя, и представитель от обкома партии. По регламенту – выступления от двадцати минут до получаса. Но тут уж, товарищи…, - директор развел руками, - Затем еще четверо… Нет! Пятеро товарищей с приветственным словом. От комсомольцев, от облисполкома… Да! Еще парочка – от приезжих высоких гостей. Будут от Наркомата авиационной промышленности, и еще… от сельскохозяйственного машиностроения. То есть… часа на два официальная часть получается! Вот… как-то так!
- Не менее двух с половиной, а то и трех часов кидай на это, уж я-то знаю! – прошептал ему на ухо Калошин, - Любят наши начальнички поговорить, показать себя!
- Итить твою… так это получается – сам концерт начнется не ранее семи, а то и восьми часов вечера? Так что ли? – поразился Косов.
Калошин в ответ кивнул и развел руками.
- Так… товарищи! У меня есть вопрос в связи с озвученной информацией, - поднял руку Косов.
- Да, слушаем тебя, Иван! – дал ему слово Илья.
- Получается… что все присутствующие, и дети в том числе, с утра и до позднего вечера – будут голодными? И при этом… нагрузка и физическая, и на нервы… Я сейчас к чему? Может можно как-то организовать перекус? Прямо здесь… Вон в том же зале, в которым мы расположились?
Директора переглянулись, и местный чуть смущенно потер скулу:
- Да… об этом мы как-то… Сами понимаете, товарищи, в столовую, которая расположена внутри территории завода, мы вас провести не можем. Предприятие режимное как-никак!
- Но можно же… бутерброды какие-нибудь, чай, компот…
- Да, сейчас что-нибудь такое… организуем! Буквально полчаса мне нужно! – и директор ДК умчался, прихватив с собой часть местных работников.